Видящая

Глава 1. Последний Хэллоуин

Вирджиния Блосс ненавидела Хэллоуин.

Не всегда. В детстве она обожала этот праздник — наряжаться ведьмой, собирать конфеты, чувствовать себя кем-то другой хотя бы одну ночь в году. Но после шестнадцати Хэллоуин превратился в соревнование: у кого откровеннее костюм, у кого дороже, кто напился быстрее всех, кто с кем ушёл в темноту.

Вирджиния больше не хотела в этом участвовать.

Но Кол хотел.

— Видишь? — сказал он, обводя рукой особняк, когда они выходили из машины. — Это называется «жить полной жизнью». Попробуй как-нибудь.

— А я думала, это называется «пялиться на чужую богатую жизнь», — ответила она, поправляя маску ворона на палочке. — Но спасибо, просветил.

— Ты слишком много думаешь, — сказал он, когда они выходили из машины. Его рука лежала на её талии чуть ниже, чем следовало бы, если бы они были просто друзьями. Но они не были просто друзьями уже три месяца. Или были. Вирджиния до сих пор не решила.

— А ты слишком мало, — ответила она, но без злости. С Колом невозможно было злиться долго. Он улыбался своей кривой, мальчишеской улыбкой, и мир снова казался простым.

Они шли по дорожке к дому, откуда доносилась музыка. Чей-то особняк в престижном районе, родители уехали на выходные, весь город в курсе вечеринки. Вирджиния провела рукой по своим волосам — чёрным, длинным, сегодня распущенным. Костюм был простым: чёрное платье, которое она носила на выпускной своего кузена, и маска ворона на палочке. Кол не стал заморачиваться вообще — джинсы, белая футболка, и поверх — дешёвый пластиковый плащ вампира, который он купил в супермаркете за пять долларов. Ему шло.

Внутри было душно. Пахло потом, дешёвым алкоголем и чем-то сладким — возможно, ватой из чьей-то трубки. Вирджиния сразу пожалела, что приехала. Кол потянул её за руку к дивану, где уже сидела его компания: Джейсон, Эшли, пара других ребят, чьи имена она никак не могла запомнить.

— Ви! — Эшли радостно завизжала и полезла обниматься. Эшли обнимала всех подряд, даже людей, которых видела впервые. Вирджиния подозревала, что она обняла бы и грабителя, если бы тот вовремя представился.

— Привет, — сказала Вирджиния, выныривая из объятий и делая шаг назад, прежде чем Эшли решит, что они теперь лучшие подруги.

Ей налили чего-то красного в пластиковый стаканчик. Она сделала глоток — слишком сладко, слишком приторно. Отставила в сторону.

Кол сидел рядом, слишком близко. Его колено касалось её бедра. Он говорил с Джейсоном о какой-то машине, которую хотел купить, но пальцы рисовали круги на её спине через тонкую ткань платья.

Вирджиния смотрела на его профиль: русые волосы, зачёсанные назад, волевой подбородок, ресницы, которые были длиннее, чем у неё. Он был красивым — она не спорила. Все девчонки в школе хотели быть с ним. Он выбрал её. Она до сих пор не понимала почему.

— Ты какая-то кислая, — заметил он, поймав её взгляд.

— Просто в восторге от этой вечеринки, — сказала Вирджиния. — Ещё чуть-чуть — и я начну коллекционировать пластиковые стаканчики на память.

— Можем уехать, — сказал он так легко, будто они были одни во всём мире.

Вирджиния покачала головой. — Нет, оставайся. Я сама возьму такси.

— Не глупи. Я тебя не брошу. Я отвезу.

— Ты пьяный, — напомнила она.

— Немного. — Он раздвинул пальцы на полсантиметра. — Вот столько.

Вирджиния посмотрела на него, потом на его руку, потом снова на него.

— Убедительно. Прямо цирк уехал, а клоуны остались.

Кол рассмеялся, пропустив шутку мимо ушей. У него это отлично получалось.

Она должна была почувствовать тепло от этих слов. Они звучали как обещание. Но внутри было пусто.

Через час Вирджиния сбежала в угол гостиной, подальше от танцпола и от компании Кола. Здесь музыка звучала глуше, а воздух был хотя бы пригодным для дыхания.

Она не заметила, как рядом кто-то сел, пока не услышала знакомый голос.

— Твоё лицо говорит «спасите меня», но твоя поза говорит «я сама разберусь». Запутанный сигнал.

Она повернула голову. Ренди Сэттермэн.

Он был в шортах-бермудах и гавайской рубашке с ананасами. На фоне всех этих вампиров, зомби и медсестёр его костюм выглядел так, будто он заблудился по дороге на пляж. Или ему было плевать. С Ренди никогда не угадаешь.

— Ты пришёл на Хэллоуин в гавайской рубашке? — спросила она.

— А что? — Ренди улыбнулся, откинул со лба рыжую прядь. — Туристы тоже люди. И они тоже иногда умирают в ужасных мучениях. Почему бы не почтить их память?

— Ты гений маркетинга, — сказала Вирджиния. — Иди открывай агентство.

— Обязательно. Как только научусь делать вид, что меня волнует чужое мнение.

Ренди улыбнулся, откинул со лба рыжую прядь. С ним было легко. Он не пытался к ней прикасаться, не смотрел так, будто ждал чего-то. Он просто сидел рядом и говорил глупости.

— Кол ищет тебя, между прочим, — сказал он.

— У него отлично получается. Он профессиональный искатель пропавших девушек.

— Слышал, он хочет снять с тобой квартиру.

Вирджиния резко повернулась к нему. — Откуда ты…

— Джейсон проболтался. — Ренди пожал плечами. — А Джейсону, видимо, сказал сам великий стратег. Видимо, считает, что это романтично — сообщать всем раньше, чем тебе.

— Романтично, — повторила Вирджиния. — Да. Прямо как зубная боль.

Ренди посмотрел на неё. В его зелёных глазах мелькнуло что-то — не насмешка, скорее понимание.

— Слушай, Блосс, я, конечно, не эксперт по отношениям. Моя последняя девушка бросила меня за то, что я надел эту рубашку на ужин с её родителями. — Он поправил воротник с ананасами. — Но даже я вижу: ты не хочешь того же, чего хочет он.

— Спасибо за диагноз, Доктор Сэттермэн. Я запишусь на приём.

— Запишись. У меня окна открыты по вторникам.

Она не ответила. Ренди не настаивал. Он просто сидел рядом и через пару минут начал вслух комментировать проходящих мимо людей.

— Вон тот парень в костюме гигантской хот-догини. Вопрос: он сам решил, что это сексуально, или ему кто-то подсказал?