Видящий-5. На родной земле

Глава 6

            - Верно! – тут же подхватил кто-то из купцов. – Правду Лют Вышатич говорит! Отвечай, конунг – на что твои свеи Вышеграду сгодятся? Почто всю зиму у           князя столоваться будете?

            Рагнар сдвинул брови, но промолчал. Только повернулся в мою сторону и коротко кивнул. Обращаться к Мстиславу он должен был сам, лично – а вот «окучивать» бояр и купцов предстояло уже ярлу из местных – то есть, мне. Что ж, мой выход.

            - Дозволь слово молвить, княже. – Я чуть отодвинул лавку и поднялся на ноги. – Ведомо мне, чего боярин знать желает.

            - Говори, ярл, - кивнул Мстислав. – Ты над людьми конунговыми старший, да и речь нашу разумеешь. Отвечай, чего Лют спрашивал.

            - Велика дружина княжья, - заговорил я, - против конунгова хирда впятеро больше. А где пятеро прокормятся, там и еще одному завсегда хлеб найдется. Но не про то я слово молвлю.

            Я сделал небольшую паузу, позволяя Люту задать закономерный вопрос – но тот промолчал, и вместе с ним промолчали и остальные. Похоже, среди знати и купцов авторитет боярина немногим уступал княжескому. Что ж отлично: уболтаю его – уболтаю и остальных.

            - Власть княжья не златом держится, - продолжил я, - а людьми ратными. За то и привечает князь гридей своих, бояр да сыновей боярских, да потчует их что в лихое время, что в доброе… Так и мы к вам не побираться пришли! – Я возвысил голос. – Случись беда – встанем рядом под знамена княжьи, и будем стоять за землю Вышеградскую, как за родную, а уж в ратном деле свей скловена не хуже… Но и не про то я слово молвлю!

            На этот раз Лют явно собирался что-то возразить – но не успел.

            - Невелико богатство конунгово, не многое мы смогли забрать с островов. Но сыщется у нас злато и хлеба с медом купить, и люду рабочему заплатить по-справедливому, и девкам красным на платки да на серьги. – Я снова прервался, позволив сидевшим вперемежку хирдманнам и дружинникам вдоволь похихикать. - Но и не про то я слово молвлю!

            Притихли все. Я уже выложил пару весомых аргументов, каждый из которых сулил  Вышеграду некоторую выгоду – но дал ясно понять, что основой еще впереди. И вновь никто не попытался меня перебить или затянуть излюбленное купеческое «гнать свеев метлой поганой». Хорошо. Слушайте. Ближе, бандерлоги, ближе…

            - Умеют люди торговые свою выгоду посчитать, да не злато единое цену имеет на земле скловенской.- Я упер руки в бока. – Не службу конунг князю предложить желает, а побратимство настоящее. А кто на беде братской наживаться посмеет? То и людям противно, и богам неугодно – что вашим, что нашим, северным… Да только и не про то я слово молвлю!

            Есть! Удалось. Последний мой пассаж выглядел откровенно слабенько для главного козыря – и купцы уже набрали легкие воздуха, чтобы словесно разорвать меня на части – но не тут то было! И если до этого кто-то слушал вполуха, уделяя больше внимания собственной тарелке, то теперь все взгляды устремились на меня – оставалось только прихлопнуть бояр, купцов, дружинников, князя и весь Вышеград разом предложением, от которого не отказаться.

            - Дорогого стоит дружба княжья – то мне ведомо. – Я чуть склонил голову. – И брататься пристало равному с равным. Мы же покамест в Вышеград гостями пришли, да милости княжьей просить. Но сыщется у конунга для Мстислава Радимича да для Вышеграда-батюшки такой подарок, что разве от брата принять впору.

            И снова в цель. Купцы, бояре – а на сей раз и гриди гневно зашептались. Виданое ли дело – я желал обменять дружбу князя на какой-то там подарок. 

            - Вот оно как? – Мстислав грозно сдвинул брови. – И за что же ты дружбу мою покупать собрался, ярл? Уж не за злато ли? Или за иную подать?

            - Разве мало тебе злата, князь? – Я выдержал недобрый взгляд не отводя глаз. – И мехов, и мечей добрых, поди, найдется в избытке, и другого добра. Да сам знаешь – не все добром да златом меряется… Скажи, княже, верно говорят, что ты Ратшу, князя каменецкого, едва не за отца почитал?

            - Верно, - проворчал Мстислав. – К чему спрашиваешь, ярл?

            - Стало быть, месть Саврону твоя – кровная… Кровь-то, вестимо, любого злата дороже. – Я возвысил голос. – А подарит тебе конунг, княже, ни много ни мало, а целый Каменец!