Вика и ее эзотерика

12. Кафе "Кошки" -2

Если совсем честно, за время работы в «Кошки» не покидала мысль, что, конечно, работа официантом временная. Было немного стыдно выходить утром вытирать столики и смотреть в окно на людей, которые спешат на работу. Мне же казалось, что я стою большего, чем убирать за кем-то посуду. Это вбивалось с детства. Я всегда достаточно неплохо училась и ставила большие цели. А теперь оказалась в чужом городе, почти одна, без денег и на работе, которая мне не особо нравилась. Я не понимала людей, которые получались от нее удовольствие. А такие были, некоторые мои коллеги. Они ни о чем не думали. Их разговоры сводились к тому, чтобы после работы быстро прокутить заработанные деньги. Все. Никаких целей. Никакого жизненного предназначения. Какие-то пираты. Награбить и пропить. Но так ведь… Нельзя…? Или можно? Такая эзотерика? Логика-то в чем? Мне всегда хотелось чего-то большего. Пробовать что-то новое, интересное. Такая философия. А здесь она в чем? Целый день пропахать, а потом все это пропить, и с утра снова, по кругу? И ведь некоторые из коллег были старше меня. И зачем такая эзотерика? А некоторые так всю жизнь живут, представьте? Зачем? Жизнь одна. Все мы смертны. А если не успеть…?

Сделать все, что задумала…?И это ведь действительно страшно. Как там…? «Помни о смерти?». Страшно прожить жизнь просто так. Ничего не добившись. Впустую. Еще страшнее — уйти на пике. Неожиданно. Наверное, глупо думать об этом в 20 лет. Но ведь думается. По сути, человеческий век короток. И, кто знает, что там насчет нас решили наверху, если там действительно кто-то решает. Вдруг, это будет завтра? А вдруг, через 30 лет. Или 10. А я еще даже толком не знаю, чего хочу. И никто не знает, по какому принципу там распределяется, когда кому уходить. Кого-то в 40 забирают. А кого-то в 15, и то раньше. Непонятно. Важна память, которая останется. Больше ничего. Нет в гробу карманов. Важен след в истории. И слово, которое о тебе потом скажут.

И вот с этими мыслями я возвращалась в «Шайбу». Не подумайте, что я жалуюсь. Я просто ною. Если вы жили в неком подобие хостела, то поймете. Атмосфера в «Шайбе» была классной. Куча интересных, необычных людей. Мы душевно проводили время, много болтали. Но это лишь в первое время. Потом это надоело. Любому надоест месяц жить в хостеле, где нет личного пространства. Это жутко давило. Хотелось побыть одной, но в «Шайбе» это было невозможно. Иногда сбегала на пустырь, смотрела на Озеро, огромное, казалось, бездонное. Но и тут меня находила Мотыга. Ирка — экстраверт. Она не может находиться одна. Обязательно нужно с кем-то говорить. Да, мы сдружились. Но личного пространства жутко не хватало. Со временем от этого хотелось выть.

И да, мне было жутко стыдно от того, что я вру. Папе. Да, мы созванивались каждый день, и я каждый день пыталась не проговориться. С одной стороны, что я должна была ему сказать? Что я — дура, которая профукала свои вещи и теперь работаю официантом? Да, ему можно было объяснить, что это не такая плохая работа, и теперь я сама зарабатываю, но он разве для этого меня растил? Получается, что я не оправдываю его надежд. Он столько нервов и денег в меня вложил, а я теперь вот тут. Получается, я плохая дочь? Скорее всего, он подумал бы так. Я не знаю, потому, что мы мыло разговаривали. А я не хочу быть плохой дочерью, ибо отец у меня хороший. Я все исправлю. Не хочется… Терять доверие отца.

А с другой стороны, я ему вру. Получается, что все-таки плохая. И какой тут выход? Я лучше пока буду врать. Пока все не придет в норму. Пока я побуду плохим ребенком для себя. Пусть меня ест маленькими ложками моя совесть. Но правду я ему рассказать не могу. Не хочу расстраивать. Он не заслуживает. Такая эзотерика.

Слушайте, а тогда такой вопрос. А врать родителям — это плохо? Вроде бы, с детства учат, что врать плохо по определению. В принципе. Но тогда полностью отсутствует жизненная гибкость. А ведь без нее тяжело. Да невозможно вообще. Прогибаться под изменчивый мир не стоит, но извивать надо. Придется, так или иначе. И вот ты, вроде бы, врешь папе. Или маме, не суть. Правду они не знают, и им спокойнее, и тебе. И ты надеешься все исправить до того, как они узнают. Но чаще всего, это как сломанная игрушка, которую ты поломала и спрятала. Они, скорее всего, все равно узнают и расстроятся. Плевать, что родители будут ругаться, хотя иногда боишься именно этого. Они расстроятся. Это ведь плохо. Тогда это уже похоже на бегство от проблем и простую трусость. Получается, лучше сразу все рассказать? Но тогда родители тоже расстроятся. В одном случае им будет плохо от того, что у тебя все плохо, а в другом еще и от того, что ты им врала. И, чего? Какая тут должна быть эзотерика? Получается, надо фильтровать. Когда врать необходимо, а когда ты просто «игрок желтого льда». Но врать родителям все равно плохо. Это сделка со своей совестью. Лучше, конечно, до этого не доводить. Эх, если бы всегда так получалось Но нет же. Приходится.

Наконец, погода. В Инкери страшно мало солнца. Жутко. Добавилось еще и это. Первоначальный восторг от города ушел, и я начала уходить в депрессию. Ведь это огромная разница, приехать на новое место как турист и совсем другое - жить в нем. Погружаться в рутину. Шарм города пропадает. А здесь могло быть пасмурно недели две подряд. Плюс еще зима. С утра идешь на работу солнца еще нет. «Кошки» на нулевом этаже. Там нет даже окон. Выходишь — солнца уже нет. Катастрофа. Так у меня может начаться цинга и зубы пойдут ходуном. Не то, что медбрат. Никакие контролеры на вокзалах уже не посмотрят.

И тогда все. Moi.