Виконтесса из другого мира

Глава 1

Глава 1

Первым ощущением в новом мире была боль и ломота во всем теле. С трудом сдержав стон, прислушалась к окружающему пространству. Я лежала на спине в кровати, завернутая по самый нос в одеяла. Даже дышать было тяжело от их тяжести. Рядом кто-то всхлипывал и что-то шептал. Молитву?

Голова раскалывалась на части. А ещё и слова невидимого мужчины эхом бродили в голове. Другой мир и новое тело… Пора осваивать и то, и другое. Одна рука у меня лежала на груди, вот этой рукой я и ощупала две небольшие возвышенности. Значит, я — девушка. Уже радует. Худенькая и слабая. Очень слабая. Болела? Чем? Как долго?

— Кати, — встрепенулась женщина, сидевшая рядом с кроватью. Я с трудом разлепила слипшиеся веки. — Слава Всевидящей, Кати, ты пришла в себя!

— Пить… — прохрипела я, оглядывая помещение. Огромная комната, стены каменные, свечи. С одной стороны — окно, за которым из-за темноты ничего нельзя было разглядеть. Пока женщина наливала мне воды из кувшина, я успела разглядеть камин за её спиной. Очуметь! Меня отправили в какое-то средневековье?! За что?!

В губы уткнулась глиняная кружка. Глотнув, я тут же чуть не поперхнулась. Это оказалась не вода, а горьковатый травяной настой. Спасибо, что хоть не пиявками лечили!

Я заставила себя проглотить питье. Редко лечилась травами, но уловила в этом настое привкус ромашки.

— Что со мной? — прохрипела я, пытаясь приподняться. Женщина тут же начала мне помогать, подтыкая подушки под спину. Теперь я смогла рассмотреть усталое заплаканное лицо старушки.

— Так слегла ты, родненькая, не выдержала испытаний! — Она погладила меня по голове и снова заплакала. — В тот же день, как похоронили Эрмина, слегла. Ты ещё до усадьбы добралась, да на лестнице и отключилась. Горячка у тебя была. Сильная. Боялись, что уже не оклемаешься.

И снова слезы. Эрмин? Виски кольнуло болью. И тут же перед глазами мелькнуло воспоминание: блондин с печальной улыбкой смотрит на меня. Брат. Старший. Встречает меня на крыльце усадьбы. Откуда-то знаю, что мы не виделись несколько лет. Следующее воспоминание — как я целую мертвенно бледную щеку, склонившись над гробом, и шепчу горькое «прости», а сердце сжимается от боли и дикого чувства вины.

Моргнула, возвращаясь в реальность. Что же натворила Кати?

— И давно я?..

— Четвертый день уже, маленькая. — Она снова погладила меня по голове и улыбнулась, утирая слезы. — Есть хочешь?

Прислушалась к организму и согласно кивнула. Женщина снова улыбнулась, поднимаясь.

— Сейчас принесу бульончика.

Кто же она, эта женщина? По одежде я бы отнесла её к прислуге, но по тому, как она обращается ко мне... Да и забота её искренняя, беспокойство неподдельное. Снова боль прострелила висок. Новая картинка мелькнула перед глазами, и я сразу поняла, кто мне промывал разбитые коленки.

— Нянюшка, — прошептала я. Она тут же обернулась и обеспокоенно посмотрела на меня. — Можно мне ещё чаю с вареньем?

Няня согласно закивала головой.

— Я быстро, — пообещала она.

Хорошо, что у меня хоть какие-то воспоминания остались от Кати. Плохо, что их мало и всплывают они болезненно. Я откинула одеяло, потом ещё одно и попыталась сесть. Не сразу, но у меня это получилось. Оглядела тонкие и бледные запястья: надеюсь, что я — не подросток, а просто настолько худенькая. Осмотрела ладони: бледные, но не ухоженные. Трудовых мозолей не видно, но все же Кати явно не белоручка.

За окном провыл ветер, и я тут же поежилась. Теплая ночная рубашка с длинными рукавами не защищала от холода. Комната слишком большая, поэтому камин не спасал. Посмотрела в его сторону: а ведь дрова догорают уже. Надо новых подкинуть. Заметив немного дров сбоку от камина, я свесила ноги с кровати и поискала глазами обувь. Нашлось что-то похожее на домашние тапочки. Сунув в них ноги, я осторожно поднялась с кровати. Стоило выпрямиться, как комната начала вертеться перед глазами. Понятно. Торопиться не стоит. Я села обратно на кровать, чувствуя, как меня в пот бросило.

Со второй попытки получилось даже шаг сделать, и тут же пришлось цепляться за громоздкий стул, на котором до моего пробуждения сидела няня. Выдохнула, решаясь на ещё один шаг, и в этот момент дверь открылась.

— Да что ж ты делаешь, Кати?! — возмутилась няня. — Тебе же ещё лежать надо!

Она проворно прошмыгнула мимо меня и поставила поднос на тумбочку возле кровати. Подхватив под локоток, попыталась вернуть меня в кровать, но я уперлась, а точнее, опустилась на стул.

— Я лучше здесь поем, — решительно произнесла я и тут же поежилась от нового порыва ветра за окном. Какие же здесь сквозняки гуляют! — Я хотела подбросить дров в огонь. Холодно здесь.

Няня опустила глаза и метнулась к шкафу, вскоре вернулась с теплой шалью и помогла мне закутаться. И только потом подошла к камину и подбросила пару небольших бревнышек. Вряд ли это исправит ситуацию.

— У нас дрова практически закончились, — виновато призналась она, правильно истолковав мой взгляд. Я кивнула, и в этот момент желудок заурчал от голода. На самом деле есть за тумбочкой неудобно, но до стола я просто не дойду. Склонилась над подносом и зачерпнула ложкой пустой бульон. Глотнула: куриный. То, что нужно ослабленному организму.