Виктория Железная леди Запада

Глава 4

Приказав оседлать спокойную кобылу, я отправилась собираться.

Когда я впервые увидела женский наряд для верховой езды, то долго смеялась, не представляя, как в этом ездить на лошади. А после увидела дамское седло И это уже не вызывало смех.

Не скажу, что я умела ездить верхом в прошлой жизни, но кое-какой опыт всё же был. Но никак не в дамском седле, и уж точно не в куче юбок.
Так что я решительно отвергла все заверения Аннушки, что леди именно так должна выглядеть верхом. Портнихе пришлось срочно шить брюки, блузку и жакет.

Женские, о ужас!
Но на шок окружающих я не обратила внимания. Уж лучше буду выглядеть неподобающе для леди, чем сверну себе шею на очередном выезде.
А ездила я часто, стараясь два, а то и три раза в месяц заехать во все деревушки графства. Можно было бы нанять управляющего, но я не доверяла посторонним. Тем, кому всё равно, что будет с людьми. Да и пока я держу руку на пульсе, мне спокойнее.

Так что, надев свой костюм и сверху прицепив что-то подобие юбки с разрезами до пояса по бокам, чтобы скрыть обтянутые тканью ноги, я поспешила вниз.
Во внутреннем дворе меня уже ждали. Бертан и пятеро стражников тихо переговаривались, стоя около лошадей. Лэрс держал мою кобылу под уздцы, поправляя седло.
– Я готова, - выдохнула, вскочив в седло. – Авдея всё приготовила?

– Да, Ваше Сиятельство, - учтиво склоняясь, отозвался конюх. – Вот, в седельных сумках всё.
– Отлично, тогда не будем терять времени, - кивнула я.

– Миледи, куда двинемся в первую очередь? Поля или деревня? - спросил капитан, запрыгивая в седло.

Я тяжело вздохнула. Мне надо и в поля, и посмотреть, что осталось от мельницы, и проверить, что происходит в деревне.

– Давай в деревню, - решилась я. – Потом на мельницу и в поля. Едем.

Двое стражников ехал немного впереди, контролируя дорогу, Остальные прикрывали спину. Бертан ехал неизменно рядом. Но молчал. Что я особенно ценила в капитане, так это молчаливость.
Мне было о чём подумать без лишней болтовни.

Во первых, как поддержать людей, которые лишились родных и крова?

Золотом?

Несомненно. Кошель с монетами всегда при мне.
Но что они купят на это золото здесь, в округе?

Ближайший город - два дня пути верхом. В Элраде есть и ярмарка, и мастерские, и лавки со всем на свете.

Деревенские ездят в город редко. Обычно, снаряжают с десяток мужиков со всех деревень графства и отправляют закупаться по списку. Последний раз, на сколько я помню, снаряжали в поездку около трёх месяцев назад. Так что ещё пару месяцев точно никто не поедет.

Сами же свои товары продают здесь, в графстве. Либо обмениваясь друг с другом, либо продавая на тракте.

Значит я обязана отправить кого-то в город и привезти пострадавшим то, чего они лишились из-за пожара.

Как только мы подъехали к деревне, тут же к воротам гурьбой высыпали детишки разных возрастов.
Улыбнувшись, я остановила лошадь и спрыгнула на землю.
- Леди! Леди приехала! Леди! - раздавались детские крики то тут, то там.
Посмеиваясь, я достала простые карамельки, которые собирала Авдея каждый раз, как я собиралась в деревни.
Я раздавала конфеты щедро, понимая, что малыши редко видят сладости. Маленькие ручонки тянулись ко мне со всех сторон, тут же слышались слова благодарностей.
Дети… Им не нужен какой-то особенный повод для радости.

– А где взрослые? - грубовато спросил Бертан, глядя на малышню сверху вниз.

– Так у дома старости, - выкрикнул самый смелый, вихрастый, рыжеволосый мальчонка. – Тама храмовник мёртвых отпевает. Тятька говорит, закапывать пора, а то жарко, вонять начинает.

– Боже, - шепнула я, прикрывая на миг глаза.
Мне никогда не привыкнуть, что в этом мире, особенно в деревнях, иное мнение о смерти. Но слышать такое от ребёнка лет семи дико.
Запрыгнув в седло, я тронула бока лошади.

Пускать лошадь рысцой в деревне нельзя. Под копыта то и дело выскакивают дети, собаки, кошки, куры. Один раз даже поросёнок выбежал.
Так что едем мы медленно и аккуратно.
И чем ближе дом старосты, тем страшнее мне. Я уже слышу заунывную молитву храмовника, слышу судорожные рыдания.

– Бертан, ты нашел виновного? - тихо просила, подъезжая ближе к капитану.

– Ищем, миледи, - хмуро отозвался мужчина. – Есть подозрения, что в лесах скрылся. Я отправил отряд на поиски.

– Хорошо, - выдохнула я.
Спрашивать, кого заприметили на роль невинно казненного, не хотела.

Я узнаю, потом, когда буду присутствовать на казни и давать отмашку палачу.

Я узнаю о семье невиновного, о его жизни и деяниях.
Спрячу в копилку грехов ещё и этот, убеждая себя, что защищаю семью. Иначе озлобленные люди с факелами придут в мой дом.

Мы спешились недалеко от дома старосты. На небольшом перекрестке, в наспех сколоченных гробах, лежали тела. А рядом рыдающие родные. Остальные стояли чуть поодаль. Тихо переговаривались, чтобы не мешать храмовнику.

– Миледи, - заметили меня крестьяне и опустились на колени.

– Встаньте. Помолимся все вместе, чтобы переход погибших был лёгок, - приказала, боясь взглянуть в глаза людям.
Склонив голову, зажмурилась.

Я не молилась. Просто думала, чем помочь.

Как восстановить дома, как восполнить потери урожая. Но прямо сейчас я не могла пойти к старосте и что-то решать. Необходимо проводить покойных в последний путь и показать народу, что нам, хозяевам земель, не всё равно на трагедию.
Храмовник замолчал.

Его работа пока выполнена. Позже он пойдёт на погост и будет читать молитвы после захоронения. Сейчас, увидев, кто посетил службу, храмовник двинулся в мою сторону.

– Отче, - склонила голову в знак приветствия. – Ужасные события столкнули нас сегодня.

– На всё воля создателя, миледи, - грустно кивнул храмовник, оборачиваясь на людей. – Столько смертей… Я буду молиться за их души, но кто позаботиться о тех, кто остался здесь, в нашем мире?