Вина рода

Глава 1. (Пролог)

Сетар, конец августа 1707 г.

Резкая боль в челюсти и рваная рана под ребрами давали о себе знать с каждым новым движением. Металлический вкус и характерный запах крови не позволяли забыть ни на мгновение о моем нынешнем положении. Из горла поначалу вырвался тихий смешок, который был слышен лишь мне одному, но с каждым ударом сердца, неистово бившегося от напряжения, он перерастал в громкий смех. Где-то над головой слышался свист пролетающих стрел, однако он был лишь жалким напоминанием от реального звучания. Звон в ушах был настолько сильным после падения и удара головой о мокрую землю, что не проходил до сих пор. Мой смех прервался лишь на пару секунд, когда одна из пролетающих стрел все же задела левое плечо. В следующий момент неконтролируемый смех вновь разрезал воздух, резкий, безжизненный. Сейчас я скорее похожу на обезумевшего.

— Идиоты, — кратко процедил я, но достаточно громко.

— Сложите оружие, и вас оставят в живых. Королевская семья обещалась вашей матери в сохранности, потому готова даровать вам прощение, если вы добровольно покаетесь в содеянном, — подал голос один солдат, вероятно, их главный.

— Какие же вы идиоты, — вновь повторил я, еще громче, с неприкрытой злостью и раздражением. Всё должно было пойти совсем не так.
План трещал по швам, только вот за столько лет они не уяснили одну очень важную деталь — когда что-то идет не по-моему, в ход идут все известные мне методы. И плевать я хотел на значение слова «пощада».

Солдаты окружили нас в самом сердце хвойного леса, скорее всего, территория уже оцеплена в радиусе пяти километров. По надменному виду парня, только что говорившего, можно легко прочесть его мысли: «Вы в моей власти, ситуация под моим контролем. Захочу — убью, захочу — отпущу». Как только кольцо солдат сомкнулось вокруг, я мельком огляделся, прикидывая, сколько их. В поле моего зрения около тридцати солдат на моих семерых оставшихся людей, не включая меня. Остальные восемь остолопов успели помереть в первые десять минут сражения. Знал бы, что от них толку будет ноль, не стал бы тратить время для их тренировок.

— Даем вам последний шанс сложить оружие. Отдайте приказ и отправляйтесь обратно. В противном случае, — также самоуверенно продолжил солдат, — мы убьем вас. Всех.

Подтвердив мое предположение о тихом убийстве, парень продолжил этот дешевый театр. Внешняя самоуверенность и не более, по глазам вижу — боится. Боится меня и того, что я могу сделать, хоть в этом он прав. Обстоятельства складываются пока что явно не в мою пользу, и именно это заставляет его расправить свой хвост, словно павлину. Одолеть меня — мечта каждого сетарского солдата. Показать всем свою силу. Сколько тут живу, столько они и пытаются подняться за мой счет.

Остальные же, как по стадному инстинкту, решили, что сражение окончено, кто-то даже переговариваться начал, их мечи были опущены. Главная ошибка, которая идет мне лишь на руку. Я огляделся второй раз. Широкая улыбка появилась на моем лице, открывая зубы, вероятно, полностью залитые кровью, стоило только взгляду зацепиться за знакомые тени в кронах деревьев.

Парень, заметив мою реакцию, опешил. Весь былой пыл сошел, оставив лишь немое сомнение от происходящего. Медленно, вальяжно переставляя ноги, я двинулся в его сторону. Хоть тело и колотило от боли, но я держался, не показывая слабости. Выдержка, натренированная годами, позволяла мне это. Солдаты, стоявшие за ним, моментально опустили руки на рукояти мечей, висящих в ножнах на их поясах. В этот момент стало интересно посмотреть на того, кто их обучал. Убирают мечи во время затишья лишь глупцы, не дорожащие своей жизнью.

— Хватит ли тебе сил на это? — презрительно протянул я, сплёвывая на землю кровь. — Напомни-ка мне, кто ты вообще такой? И почему такой, как я, должен слушать такого, как ты?

— Командующий отряда юга Сетара.

— Это всё? — я сделал ещё пару шагов в его сторону, его маска дала крепкую трещину, обнажив истинный страх. Как только я замер на месте, командующий постарался вернуть ту самоуверенность взгляду и выражению лица. Жалкое зрелище. — Ты безымянный что-ли? Не знаешь дату своего рождения или откуда родом?

Колкий тон явно задел его. Настолько, что он осмелел и сам сделал шаг мне навстречу и гордо произнёс:

— Понятия не имею, зачем вам это, однако так уж и быть утолю ваш интерес. Шаян Сихая, мой род известен со времён основания Сетара. В семнадцать лет поступил в южный отряд, а в двадцать один стал командующим. Если вернётесь с нами добровольно, могу поведать свою биографию в подробностях, пока будете сидеть взаперти.

— Значит, тебе двадцать один? — игнорирую его колкость, пусть потешит себя.

— Верно. Так зачем вам нужна эта информация?

Тени сосредоточились вокруг нас, вторя кругу солдат. Дело осталось за мной, нужно потянуть время.

Сплюнув новую порцию крови, резко сокращаю расстояние между нами. Шаян ниже меня на полголовы, что позволило получше разглядеть панику в его взгляде, когда я сверху вниз посмотрел прямо в его глаза, распахнувшиеся до предела.

— Видишь ли в чем дело, Шаян из рода Сихая, — одним резким движением хватаю его за шею и поднимаю от земли на такое расстояние, чтобы наши глаза стали на одном уровне. По телу прошлась новая волна боли, долго я не продержусь. Нужно заканчивать это дерьмо как можно быстрее.

Сзади послышались лязг железа и грязная ругань, среди которой можно было разобрать отдельные фразы, последняя из которых: «Какого черта! Я ему бок располосовал, а ему ничего не стало. Точно правду говорят — он проклят». Последняя капля терпения покинула меня от услышанного, улыбка наконец сошла с моего лица.

— Захотелось узнать имя сопляка, посмевшего отдавать мне приказы и мешать. Нужно хотя бы знать, кого собираюсь убить, — глаза умоляюще забегали по моему лицу, пока воздух активно покидал его тело. Парень пытался вырваться из моей хватки, но я только сильнее сдавил пальцы на его горле.