Винил, лампа и дьявол

Акт 1: Винил, демон и первый поцелуй. Глава 1. Винил, котики и одержимое кресло

Марина прислонилась к дверному косяку, смахнув прядь волос, прилипшую к лбу. Шестой этаж, тридцать девятая ступенька — соседка по высоте уже успела сообщить, что лифт не работает с прошлого пушкинского юбилея. Похоже, «удобства сталинской эпохи» дословно звучат «терпи, пока ноги не отвалятся».
— Ещё одна коробка, и я начну верить в реинкарнацию Сизифа, 1— проворчала она, впихивая ногой ящик с книгами в квартиру.
Солнце садилось, окрашивая стену в тёплый медовый цвет. Квартира пахла пылью, древней древесиной и чем-то сладковатым — как будто предыдущая хозяйка ударами выпаривала здесь варенье. Марина потянула носом. Или это твоё новое мыло в ванной? В любом случае, это место было… атмосферным. Включая пять слоёв обоев с цветочным орнаментом, похожим на психоделический кошмар бабушкиного сундука.
— Сейчас бы чаю с ромом, — произнесла она, спотыкаясь о картонную гору.
Разматывая скотч с коробкой «Хрупкое!», Марина наткнулась на существо, явно не заметное для неё. Под слоем газеты 1993 года лежал винтажный проигрыватель — массивный, чёрный, с позолоченными деталями. Рядом — стопка виниловых пластинок.
— Бонус от прежних жильцов? — удивилась она, проводя пальцем по пыли. На верхней пластинке серебрились буквы, выведенные витиеватым шрифтом: «Азразель».
— Какая вычурная ерунда, — фыркнула Марина, но поднесла пластинку к свету. Символы, изображённые на обложке, слегка пульсировали. Ей вдруг стал не по себе.
Раздался стук в дверь. На пороге стояла пожилая женщина в клетчатом халате, держа тарелку с пирогами. От неё пахло ванилью и нафталином.
— Добрый вечер, соседушка! — женщина улыбнулась так широко, что Марина невольно отступила. — Я — Марфа Семёновна, живущая этажом ниже. Вы у нас…насовсем?
— Надеюсь, что нет, — мысленно ответила Марина, но вежливо обернулась: — Снимаю на год.
Марфа Семёновна заглянула в квартиру, сканируя каждый угол.
— Ах, та самая квартира… — прошептала она с намёком на драматизм. — Последняя хозяйка… хм, любила гостей из ниоткуда.
— Гости? — переспросила Марина, пряча пластинку за спину.
— Ну, знаете, странная была. Мужчин вела… тем более ночью. — Соседка подмигнула так, будто дело было государственной тайной. — А потом всё стихло. Исчезла.
Марина ощутила мурашки на шее.
— Спасибо за пироги, — поспешила закрыть дверь.
— Молодые всегда такие торопливые! — донеслось из-за двери. — И не трогайте старые вещи! Они… цепляются.
Эхо её смеха затихло в лестничной камере.
Полчаса спустя Марина выругалась, пытаясь протащить любимое кресло-мешок через дверной проём.
— Да кто вообще проектировал эти хрущёвки? Узбекский гном?
Кресло упёрлось в косяк, как сама Вселенная решила, что сегодня Марина не сядет. Она отчаянно толкала его ногой, когда за спиной возник смешок.
— Эгегей, так вытянешь только грыжу, — произнёс мужской голос.
Обернувшись, Марина увидела парня двадцати пяти лет в футболке «Я тебя синхронизирую» и с ведром красок в руке. Вьющиеся рыжие волосы, веснушки, глаза цвета ясного неба — эталонный сосед-хипстер.
— Серёга, — протянул он руку, перекинув ведро в поворот. — Живу напротив. Ремонтирую балкон, пока арендатор не видит.
— Марина. И, судя по всему, проигрываю войну с мебелью.
Он ухмыльнулся, ставя ведро:
— Хочешь, помогу? Заплатишь кофе.
Пять минут борьбы, скрежета и шуток про эльфов-грузчиков — кресло наконец заняло место у окна. Серёга вытер лоб, оставив белую полосу красок на лбу.
— Спасибо, — улыбнулась Марина. — А кофе у меня пока нет.
— Не страшно. Червонец в долг? — Он подмигнул и скрылся в квартире под звуки дрилл-рэпа.2
Спускаясь за очередной коробкой, Марина услышала жалобное мяуканье. Возле мусорных баков сидел кот — рыжий, одноглазый, с шерстью в колтунах.
— Эй, красавчик, — присела она, протягивая руку. — Ты тоже новенький?
Кот упёрся мордой в её ладонь, мурлыча как трактор. Сердце Марины сжалось.
— Ладно, идём, — произнесла она, подхватив его. — Только на время. У меня пока даже миски нет.
Кот мурлыкал у неё на плече, пока она тащилась на шестой этаж. У двери встала на колени, ковыряясь в кармане с ключами.
— Если вы тут обоснуетесь, Серёга будет с кем секретами делиться, —пробормотала она, и кот лизнул её в нос.
Вдруг что-то холодное коснулось её спины. Зайдя, Марина увидела, что дверь была приоткрыта. Но она точно закрыла её…
— Марфа Семёновна, это вы? — крикнула она, заходя.
Тишина.
Пластинка «Азразель» лежала на проигрывателе. Марина не трогала её.
— Или трогала? — сомневалась она, подходя ближе.
Кот вырвался из рук и прыгнул на подоконник. Винил замерцал, словно вобрав свет заката. Марина осторожно прикоснулась к нему.
— Ты… включился сам? — прошептала она, замечая, как стрелка иглы дрогнула.
Куда-то вдалеке грохнула дверь. Кот зашипел. И в тот момент Марина поклялась, что на мгновение увидела тень с рогами на стене…
Девушка отошла от проигрывателя, списав все действия на усталость. Накормив кота, которого временно назвала Бубликом, она включила плейлист и уснула в кресле. Последняя мысль, которая появилась в голове перед сном:
«Интересно, что играло у хозяйки для её… гостя?»
Этикетка пластинки «Азразель» на полке внезапно превратилась в луну.

1. Строитель и царь Коринфа, после смерти приговорённый богами катить тяжёлый камень на гору, который едва достигнув вершины, раз за разом скатывался внизщ.
2. Поджанр хип-хопа, появившийся в начале 2010-х в Чикаго. По звучанию похож на трэп, по текстам - на гангста-рэп.