Виренский излом

Глава 1 Сотид

Несколько лет назад.

– Лила! Ты с ума сошла?! – Сотид растерянно оглянулась по сторонам, цепляясь за юбку. – Если бабушка узнает…

Тропинка скользнула вниз между березами, старой заросшей чащи, наполненной гулом насекомых.

– Пусть узнает, – Лила дёрнула плечом и пошла быстрее, так, что ветки хлестали по ногам.

Пусть бабушка сама варит свои отвары! Если она хочет ученицу – пусть ищет другую.

Сотид, темноволосая кареглазая девочка лет восьми, неуверенно засеменила следом, задевая длинным подолом шуршащие листья:

– Ты что! Не боишься?! Ты знаешь, какая твоя бабушка страшная, когда сердится!

Лила оглянулась:

– Ну и пусть! – упрямо проговорила она.

Сквозь ветви пробился солнечный луч, заиграв в ее глазах сине-медовыми оттенками.

– Снова поругались?

Лила хмуро кивнула:

– Опять заставляет меня резать мышей. Они такие мерзкие… но мне все равно их жалко.

В глазах Лила блеснула слеза, но она растерла ее пятерней:

– А эти дурацкие упражнения? Я вчера свечу пыталась зажечь, так у меня аж голова разболелась. Надоело, сбегу от нее. Или вот здесь останусь жить… навсегда!

Она остановилась и топнула ногой.

– Здесь? – кареглазая опасливо огляделась, – Навсегда?

Лила обвела взглядом вслед за ней.

Их окружала заросшая березовая роща – пробраться по ней можно было только по неширокой тропинке. Пахло сыростью, где-то неподалеку журчал ручей, шум который изредка перебивало громкое стрекотанье кузнечика.

На минуту обе девочки замолчали, задумавшись.

Хотя днем зверей не было ни видно, ни слышно, оставаться здесь на ночь совсем не хотелось.

– А знаешь что? – Лила уставилась на подругу пытливым взглядом.

– Что? – неуверенно протянула кареглазая.

Кажется, она что-то заподозрила и подозрительно сощурилась.

Лила придвинулась ближе:

– Соти, давай попробуем еще разок?

Та, отмахнувшись, сразу отвернулась:

– Нет! Сколько можно?

Лила взяла Сотид за локоток:

– Соти, ну же! Вдруг она в этот раз передумает?

Сотид только поморщилась, с сомнением покачав головой.

Лила, приняв это за согласие, рванула, потянув подругу за собой:

– Бежим!

Через несколько минут, понурив головы и съёжившись, обе стояли перед высокой женщиной.

Та была сильно в возрасте, на лице – отпечаток сильной воли. Её холодные серые глаза смотрели строго, но где-то в глубине, казалось, мелькала усталость. Из-за прямой осанки она выглядела ее еще выше, длинное прямое платье только усиливало это впечатление.

Женщина с невозмутимым и непреклонным выражением лица смотрела на девочек.

Лила глубоко вдохнула. Вчера она снова пыталась. Целый час сидела, пока глаза не заслезились. Даже пальцы онемели от напряжения. А свеча так и осталась тёмной. Бабушка сказала: “Нужно верить”. Ну а сколько ещё верить, если ничего не меняется?

– Леди Лориен, позвольте представить вам Сотид, дочь Меругула. Вашу новую ученицу!

Сотид шагнула вперед и почтительно наклонила голову.

Леди Лориен не шелохнулась, лишь вопросительно приподняла бровь.

Лила сразу заторопилась:

– Она умеет гадать на речном песке и вообще очень хорошая девочка.

– Лила, перестань! – голос у Великой волшебницы зазвенел металлом. – Опять ты за свое?

– Бабушка, – Лила, шагнув чуть ближе, доверительно понизила голос, – ты только не ругайся. Давай поговорим с тобой как взрослые люди.

Губы Великой волшебницы дрогнули в едва заметной улыбке.

Лила, заметив, приняла это за хороший знак и воодушевилась:

– Ты же понимаешь... мы оба знаем, что у меня ничего не получится. Я старалась! Честно старалась! Но у меня всё равно ничего не выходит! – она эмоционально всплеснула руками, – Посмотри на Сотид. Она всё делает лучше меня. Ну пожалуйста, бабушка! Я сама видела, как она пушинку взглядом поднимала. Честно-честно! А тете Мелиссе она на прошлой неделе нагадала потерю. И всё – нет козы! Представляешь?

Она даже округлила глаза и развела руки в стороны, пытаясь произвести большее впечатление.

– Лила, – леди Лориен устало покачала головой, – я тебе говорила много раз. Я сделала выбор много лет назад. Один ученик – один путь, ты это прекрасно знаешь. И я не стану менять своё решение.

– Но почему именно я? Почему нельзя выбрать того, кто действительно этого хочет?

– Я всё сказала.