Вирус-22

Глава пятая. Чужое воспоминание

- Может, как-нибудь договоримся? - дипломотично подошел я, но щелчок предохранителя заставил меня остаться на месте.
Мародеры не шутили. Еще шаг, и в затылке Гордиенко появится дыра. И, как он позволил так легко застать себя врасплох?
- Кидай ствол, живо! - гаркнула мародерша, грозно тыкнув пистолетом в затылок солдата.
Стиснув зубы, я подчинился, бросив к ногам самоуверенного бандита только что найденный обрез. 
- А ты, Лиза, говорила, что мы здесь ни черта не найдем - хохотнул бандит, лениво кидая мой дробовик той девушке - Чую в этой дыре мы разживемся еще кучей всякого добра!
Отданный мне Андреем пистолет скрывался за спиной под курткой, и о нем мародеры не догадывались. По крайней мере есть хоть какое-то преимущество, а что до плана... Думай, Антон, думай! Их двое, у них оружие, но на моей стороне фактор внезапности. Одно неверное движение, и мы с Гордиенко отправимся на тот свет. Нужно хорошенько все продумать, выждать подходящий момент...

Неожиданно, откуда-то поблизости, раздался протяжный, нечеловеческий, пробирающий до мурашек вой. Мародеры переглянулись, в их глазах промелькнул страх. 
- Что эта за хрень, Марк? - встревожилась девушка, с дрожью мотая головой из стороны в сторону.
- Откуда я знаю? - чуть ли не выкрикнул он, оглянувшись назад.
Вот он! Момент!
Кажется, даже Гордиенко понял, что лучшей возможности для атаки не предоставится, и резко повернувшись, выбил пистолет из рук мародерши. Тот кого назвали Марком, встрепенулся, направив автомат прямо в грудь солдата. Я дернулся, упал на колено, одновременно доставая ПМ. Прогрохотало два выстрела. Первая пуля едва коснулась бедра мародера, вторая, срекошетела то ли от стены, то ли от еще чего-то. Андрей, откинув пистолет мародерши в сторону, захватил обрез и в прыжке ударил лишенного равновесия бандита. Тот покачнулся, рухнул на пол, зажимая разбитый нос наполняющимся кровью рукавом.

- Лови - бросил он мне дробовик, подхватив в руки собственный автомат.
В эту минуту я подумал, что Андрей выстрелит в бандита, и возможно, так бы и произошло, однако появившиеся на втором этаже очертания неизвестной твари, заставили его позабыть обо всем кроме желания выжить.
- Твою мать - выдохнул он, и черный мутант на втором этаже раскрыл наполненную жуткими зубами пасть, издав оглушающий рев.
Гордиенко вскинул автомат, нажал на курок. Четверть магазина Калашникова ушла в пустоту, лишь немного задев монстра. Едва заметная струйка крови на его плече казалась легкой царапиной.
- Бежим! - крикнул Андрей - Скорее, валим!
Мутант взревел, с грохотом спрыгнул вниз. Мародеры вскочили на ноги, помчались куда-то в сторону. Огромная, лохматая тварь неслась сквозь коридоры и магазины, буквально раздавливая попадающие на дороге манекены. Я бежал за Андреем, надеясь лишь на то, что мутант забудет о нас и переключится на другую жертву, но видимо его интересовали только мы... Тварь продолжала гнаться, из пасти ее, как у бешанного пса вылетали слюни. Мы свернули налево, перепрыгнули через какую-та мебель, услышав позади треск разбитого стекла. Мутант догонял...
- Вот же урод! - с душой выкрикнул Гордиенко.

Впереди, в самом конце коридора виднелась дыра. Она была маленькой, в такую мутант не пролезет точно, но вот успеем ли в нее пробраться мы? Андрей, не пойми откуда нашел в себе второе дыхание и втопил, что есть мочи. Я конечно, хоть спортом и занимался, но таким выносливым не был, а потому в боку у меня уже кололо, как от хорошего удара ножом. Добравшись до дыры первым, Гордиенко выставил руки, чтобы я смог забраться наверх. Мысленного поблагодарив его, я на бегу запрыгнул и оттолкнулся, уцепевшись за самый край.
- Быстрее, Антоха! - завопил внизу Гордиенко, пустив длинную автоматную очередь.
Я подтянулся, не медля ни секунды, протянул руку:
- Андрей!!

Вояка отвлекся, хотел было прыгнуть, но мутант в один рывок прижал его к стене, вонзив толстые когти прямо в грудь. Кровь фонтаном хлынула наружу, я достал обрез, прицелился и хотел было уже спустить курок, как из ниоткуда на меня прыгнула еще одна тварь. В ее молниеносном прыжке, я разглядел изуродованную морду зверокрыса, чей яростный оскал не внушал ничего хорошего. От резкого, неожиданного толчка я полетел со стены ГУМа вниз, приземлившись на крышу удачно припаркованного джипа. Кости у меня, где-то хрустнули, плечо заныло от вонзившихся когтей. Мутант завис надо мной, ожесточенно рыча. Его мощная лапа взметнулась вверх, но удара совершить твари было не суждено. Схватив рукоять обреза, я приставил дуло ему в брюхо, и нажав на курок, проделал там кровавую дыру. Издав тихий, ослабленный визг, зверокрыс свалился с джипа. Стиснув зубы от неприятной боли, я поднялся на ноги, услышав, как из ГУМа доносятся автоматные очереди.
Гордиенко!

Неужели он все еще жив??! Увы, проверить это было невозможно, ведь со стороны, прыгая на крышы стоящих вблизи машин, одним за другим появлялись зверокрысы. Целая стая! Грязно выругавшись, я попятился назад. Вот черт! Восемь, девять, уже десять, нет одиннадцать, одиннадцать мутантов! Одна из тварей, наверное самая голодная, с отвратительным визгом прыгнула на меня. Вскинув обрез, я нажал на курок. Прогремевший выстрел успокоил монстра, и тот замертво повалился на землю, обдав ее собственной кровью. Заряжать дробовик не было времени, ведь стая зверокрысов в тот же миг набросилась на меня.
Оставалось только бежать...

Не разбирая дороги, постоянно спотыкаясь и меняя направление, я со всех ног мчался от озверевшей стаи мутантов. Надеюсь, что у Андрея дела идут получше чем у меня. Если он конечно еще жив... Краем глаза я увидел разрушенный Казанский Собор, на чьих руинах пара зверокрысов дралась за прогнивший труп какого-то неудачливого паренька. Впереди, рядом с Государственным Музеем, замаячили Воскресенские ворота, чей левый проход оказался завален. Ну ничего, главное, что правый не пострадал. Пробежав через эту своеобразную арку, я вновь оказался на открытом пространстве, где помимо брошенных машин, виднелся проход в метро и если я не ошибаюсь, очередной музей. Рык и вой догоняющих тварей не умолкал ни на секунду. Полученные совсем недавно травмы и раны напомнили о себе жуткой болью. Только не останавливаться... Только не останавливаться...