Вирус Для Богов

Глава 28. За линию фронта

В своём роскошном особняке архивариус Сесары, усаживаясь на кушетку, старался принять выразительную позу. Он позировал рабу — художнику, который уже битый час рисовал портрет своего хозяина. Все позы, в которых художник рисовал молодого, немного толстоватого мужчину с уже обозначившейся лысиной, категорически не нравились натурщику. Он снова и снова заставлял раба перерисовывать свой портрет. Он жаждал запечатлеть своё нынешнее тело в самом выгодном свете.Многим не нравилось дурацкое хобби архивариуса — коллекционировать свои портреты в разных телах, которыми ему довелось пользоваться со времён начала колонизации Зардаста. Таких портретов набралось немало. Хватило, чтобы украсить стену вдоль лестничных маршей, ведущих на пятый этаж его особняка. Самовлюблённый архивариус любил медленно подниматься на пятый этаж, любуясь портретами своих воплощений.На пятом этаже располагалась веранда, где сейчас бедный художник пытался угодить влюблённому в свой образ господину. Наконец, то ли работа художника его устроила, то ли и впрямь появилось неотложное дело, но архивариус приказал закончить рабу портрет по памяти. Сам же собирался спуститься этажом ниже, где находился его кабинет. На ходу бросил супруге, равнодушно рассматривавшей незаконченную работу художника:

— Энола, я в кабинет. Хочу запустить автоматическое запоминание, чтобы сохранить в памяти коды доступа в «сеть».— И зачем тебе это нужно? — спросила супруга. — Всё ведь прекрасно хранится на твоём дурацком сервере.— Нет, — ответил архивариус, уже спускаясь по лестнице. — Пока мы будем в колонии получать новые тела, все коды будут со мной, чтобы ни одна душа не проникла в тёмную комнату с секретами!Индукция памяти занимала не много времени, поэтому Энола поспешила за супругом на четвёртый этаж. Её очень интересовало сообщение мужа о том, что Сенмут подобрал ей аватар настоящей принцессы, которая, как уверял он, была просто красавицей.Дождавшись, когда лучи «запоминатора» погаснут, Энола спросила мужа:— Адамин Кох, расскажи, какой он — мой аватар?— Чуть страшней той страхолюдины без глаза, что погибла в прошлом раунде игры! — зло пошутил супруг. Затем, видя, как наигранно дуются губы Энолы, успокоил её. — Дорогая, я хочу сделать тебе сюрприз. Потерпи немного. А чтобы ожидание прошло легче, прими вот эту микстурку, — сказал Адамин Кох, протягивая стаканчик с пахучей жидкостью.— Ни за что! — заупрямилась Энола. — Сам пей эту гадость!

— Я уже выпил, — ответил архивариус. — Если твой аватар после трансфера схватит нервный тик, — кривя лицо, изображая тик, сказал он, — не выговаривай потом мне, что купил тебе бракованный аватар!— Хорошо! — сдалась Энола. — Давай своё снадобье. И побольше! Чтобы никаких тиков!В состоянии сильной седации от приёма изрядной дозы транквилизатора, архивариус синхронизировал свои с супругой медальоны с главной антенной Храма Касания на планете Зардаст. Уже почти в состоянии медикаментозного сна он активировал оба медальона.

***

В пирамидальном зале Храма Касания всё было готово к началу ежегодного таинства. На крыше пирамиды приёмная антенна настраивалась на сигнал, посланный из самой дальней из трёх звёздных систем, связанных тоннелем искривлённого пространства. Лишь раз в году три обитаемые планеты синхронизировали свои энергетические меридианы, образуя единый поток, по которому свободно проходили энергетические импульсы.Ровно в полночь по времени Зардаста происходила максимальная синхронизация меридианов, и оставался лишь короткий промежуток времени, когда становился возможным трансфер сознания. Межгалактический парад планет длился ровно тридцать три минуты и тринадцать секунд. За это время перемещаемый разум должен был успеть переселиться в мозг аватара, создать новые нейронные связи, предварительно стерев старые, и вернуться обратно, уже физически, через квантовый телепорт.В самом центре пирамидального зала находилась круглая площадка, где открывался портал в другой мир. При правильной организации так называемого Касания удавалось уложиться в жёсткие временные рамки. Вокруг площадки располагались приёмные капсулы, в которых находились тридцать тел — аватаров, среди которых были и мы с Матой. До синхронизации меридианов оставалось всего две минуты.Я мысленно создал вокруг наших тел две энергетические сферы, одна внутри другой. Во время «Че» одновременно сверкнули два сдвоенных импульса. Первые из них — очищающие — отскочили от внешней сферы и были поглощены нашими медальонами. Вторые импульсы с матрицей «донора» застряли во внутренней сфере, словно в плотном желатине. Постепенно сфера сжалась, образовав два отдельных энергетических кокона, которые мягко вошли в наши тела.

Первый импульс был похож на удар боксёра, который отправляет тебя в нокдаун. Я с трудом, но выдержал его, хотя тошнота подкатывала к горлу, а в ушах звенело. Второй импульс я почувствовал как волну тепла, которая постепенно поднималась от живота к голове. Как и в случае с «флешкой» Ксандра, я ощутил, как в меня вливаются новые знания. В отличие от меня, Мата испытала только волну тепла и прикосновение к знаниям донора. Все неприятные ощущения от очищающего удара достались мне.В капсуле загорелся зелёный огонёк, и я услышал голос системы: «Добро пожаловать, Адамин Кох, архивариус спутника «Сесара», с высшим уровнем доступа в «сеть»! Поздравляем вас с получением нового аватара! Дефектов и повреждений не обнаружено. Биологический возраст аватара — двадцать один год. Генетических отклонений и инфекционной контаминации не выявлено».Я посмотрел на капсулу Маты. Там тоже загорелся зелёный свет, и на дисплее появилась надпись: «Энола Азкум, гражданка «Сесары», уровень допуска в «сеть» — второй».Через минуту крышки наших капсул открылись. Я нежно поцеловал супругу и прошептал у самого её уха: «Ты как?»

— Кто я? И кто ты? — спросил я шёпотом.— Я, Мата, твоя жена, Ксандр, — последовал ответ также шёпотом.Постепенно на других капсулах начали загораться имена и фамилии владельцев аватаров. В пирамидальный зал Касания вошёл Сенмут, он обратился к нам с Матой:— Рад тебя видеть, мой друг Адамин Кох, и тебя, Энола Азкум!— Взаимно, мой друг Сенмут! — воскликнул я. — Где же твой подарок? Если я правильно помню, его зовут Тисс?— Да, мой друг, у тебя отличная память! — улыбнулся мне зодчий, догадавшись, что говорит с Ксандром. — Жаль, что я не смогу отправиться с вами, к сожалению, дела задержат меня на этой планете ещё на один год. Увидимся, друзья, на Сесаре через один цикл, — добавил он. — Осталось десять минут до закрытия окна. Проходите на площадку телепорта, — Сенмут подозвал застывшего в дверях мальчишку и, подтолкнув ко мне подошедшего Тисса, сказал: — Теперь слушайся этого господина, мальчик.Портал выглядел просто: круглая площадка, без колышущейся зеркальной ряби или жёлто-зелёного тумана. Просто ровная круглая площадка.