Висела туча над опушкой...

ГЛАВА 8

Всю хворь у Антошки, как рукой сняло. Будто и не было ничего. Он поел с аппетитом, сбегал в домик за сарай, умылся прохладной дождевой водой из бочки и встретил новый день бодрым и полным сил. Вот только заняться в этой Богом забытой глуши было совершенно нечем. Он уже послонялся по саду, покидал камушки в воробьев, копошащихся в куче песка перед калиткой, поймал улитку и три дождевых червя, побегал за прилетевшей к бочке на водопой сорокой. От страха птица выронила целых два пера – одно из крыла, второе из хвоста. Антошка тут же воткнул их себе в волосы и некоторое время изображал из себя индейского вождя. Но все это быстро наскучило. Он даже попробовал поиграть в свой планшет, но игры без интернета были совсем примитивными, даже для восьмилетнего пацана.

Лариса Тимофеевна, убрав посуду со стола после завтрака, водрузилась на любимый пенек, за долгие годы отполированный подолом ее платья до идеальной гладкости, и принялась перебирать травы.

– Мать-и-мачеха… Календула… Астрагал… Подорожник… – шептала она себе под нос раскладывая листочки по корзинкам. – Ромашка… Шалфей…

– Может у вас хотя бы мячик есть? – Антошка присел на корточки напротив ведьмы и наблюдал за ее работой.

– Нет у нас ничего! Астрагал… Мать-и-мачеха…

– Жаль, – тяжело вздохнул мальчишка, встал и отправился бродить по саду.

– Жаль ему… – буркнула ведьма. – Не помню, чтоб я когда-то страдала от безделья! Что за дети пошли!

Она махнула рукой, снова погрузившись в свои травяные сборы.

– Подорожник… Крапива… Тысячелистник…

Волчок, по обычаю, лежал возле ног хозяйки и дремал. Анфиса, едва все покинули дом, принялась шуршать прутиками по полу, наводя чистоту с таким рвением, словно готовилась к приему гостей, кои не наведывались в домик на опушке уже много лет, но старые привычки, заведенные еще с времен, когда она была совсем молодой метелкой, все еще были живы. Василий Аристархович уселся на крыльце, тщательно вылизывая шерстку шершавым языком. Как правило, на это занятие у него уходило пару часов, зато если туча, зазевавшись, вдруг пропускала во двор солнечные лучи, то кот под ними весь блестел и переливался, как новенькие Жигули на воскресном рынке перед продажей.

Антошка, уже не зная, куда пристроить от безделья непоседливые конечности, нашел в саду палку и бесцельно слонялся, сбивая ею головки одуванчиков.

– Дыш! – очередной желтый пушистый комочек отлетел в сторону и приземлился аккурат под ноги ведьме. – Бах!

– Это что же ты, по-твоему, сейчас делаешь? – нахмурилась старуха, наблюдая, как очередной цветок пал смертью храбрых.

– Это мой меч! – Антошка приподнял палку вверх и воинственно потряс ею в воздухе.

– И с кем же ты воюешь, позволь спросить?

Мальчик обвел глазами поляну, усеянную поверженными одуванчиками, и поскреб пятерней затылок.

– Я играю в рыцарей круглого стола, – объяснил он.

– И где-же ты здесь видишь стол? – закатила глаза Лариса Тимофеевна.

Антошка осмотрелся, остановил взгляд на пне и ткнул в него палкой.

– Вот, – заявил он.

– Мой пенек? – удивилась старуха.

– Ага, – улыбаясь закивал мальчик. – А давайте, вы будете король Артур? Может вы меня посвятите, ваше величество?

Он протянул ей свой воображаемый меч.

– Заняться будто мне больше нечем! – закипела ведьма. – Вот сейчас возьму эту палку, да вдоль хребтины протяну! Не отвлекай меня!

– Ну а что мне делать? – развел руками ребенок. – Здесь же скука смертная!

Старуха крякнула, брови густо сошлись над переносицей.

– А в городе своем, чем ты занимался?

– Играл в планшет. Чем же еще? – Антошка недоуменно развел руками.

Ведьма хмыкнула.

– И что же тебе мешает заняться тем же самым прямо сейчас? Ты ж его с собой притащил!

– Так вайфая нету! Как же я буду играть?

– Да что это за мистическая штука такая? Никак не могу разуметь! – Лариса Тимофеевна начинала злиться не на шутку.

– О-о-о! – мальчик поднял палец вверх. – Это как магия! Вот без вашей магии Анфиса была бы обычной метелкой…

Анфиса, в этот самый момент показавшаяся на крыльце, чтобы сбросить с него наметенный в комнате мусор – клок шерсти, две ореховые скорлупки и несколько сушеных веточек бергамота, взвилась в воздух и грозно зашелестела прутьями, чем напугала задремавшего кота. Василий Аристархович зашипел, выгнул спину дугой и от страха сиганул вниз, попав ровно на спящего Волчка. Тому снился чудесный сон, где он таки догнал шустрого кролика и уже собирался схватить его за шкирку. Волк клацнул зубами. Они сомкнулись на пушистом хвосте кота, заставив его громко заорать. От боли Василий Аристархович впился когтями в морду обидчика. Волчок проснулся, не понимая, почему вокруг так черно и лохмато, и в панике ломанулся вперед, сбив хозяйку с ее пня. Лариса Тимофеевна, так как произошло все очень быстро, не успела сгруппироваться, поэтому улетела вверх тормашками, перекувыркнулась через голову и приземлилась в грядку с морковью. В ту самую, которую совсем недавно почтил свои задом почтальон Прохор. Антошка покатился со смеху.