Вишнёвые холмы

Глава 13

- Вы душили ее, затем сломали ей шею.

Полицейский урядник, что следующим утром пришел разобраться с ужасным происшествием, роста был невысокого, коренастый с короткими ножками и злым прищуром. Смотря на Петра снизу вверх, и словно еще более распаляясь от этого, разговаривал резко, обрывисто, будто лаял.

- Своими руками? Вот так. Да? — И он, словно тиски, сжал и разжал квадратные ладони.

Домашние слуги, допрошенные и выстроенные в ряд в гостиной, тихо ахнули.

Петр зевнул. Весь его вид выражал рассеянность похожую на задумчивость или скуку.

- Рассказывайте же! – давил урядник, - А вы, господин Очеретов, записывайте! Ничего не упускайте! Итак, она пошла вслед за вами в заброшенный особняк, а потом…

- И что же потом? - уголок красиво очерченных губ слегка дернулся.

Урядник на мгновение замер, прикидывая варианты развития событий, затем взвился, - Да вы никак смеетесь надо мной?!

- Напротив, восхищен как отлично у вас выходит сочинять, вам бы книги писать, мил человек, - Петр отошел к окну, увеличивая расстояние между ним и служивым, как бы давая понять, что на этом допрос, пожалуй, хорошо бы закончить.

Но урядник, углядел в том пренебрежение, а еще явную насмешку над его неграмотностью. Сердито оскалился. Спокойствие Петра выводило его из себя.

- Такое злодеяние в ваших владениях, а вам все нипочем? Крепостное право отменили ужо лет десять скоро будет, а для вас крестьянские жизни все игрушки? Но, погодь! В нашей империи, вам господа, более не дозволено убивать безнаказанно.

- Да, отчего ж вы решили, что это я?

- Так это, говорят…

- Значит теперь обвинения на территории нашей империи строятся на основе досужих разговоров и домыслов?

Глаза урядника забегали, но сдаваться он не собирался, - Отчего ж… и свидетели есть.

- Вот как? И кто ж так оклеветал меня? - Петр прошелся взглядом по собравшимся в комнате и остановил его на Катерине.

Она сидела в углу. Молчала, погруженная в свои мысли.

Сердце ее металось.

Виновен ли он?

Не мог ведь в тот день так спокойно идти рядом, разговаривать так… непривычно, как будто даже… по-дружески?

Или мог?

То, что она приняла за умиротворение, могло быть лишь… сытостью его черной души.

Неужто для него возможно дойти и до такого?

Катя смотрела на него полными ужаса и отвращения глазами.

И этот взгляд был красноречивее слов.

Черная полицейская карета уехала из имения увозя арестованного хозяина. Впрочем, урядник итак явился сюда с приказом о задержании, а учиненный им допрос Петру был устроен лишь для потехи его собственного самолюбия. Степан Максимович, когда получил доклад о происшествии, поначалу сильно удивился, но после подумал, что Бог скор на отмщение, раз на следующий же день вручил ему в руки этого подлеца. Отправленный им урядник был выбран не случайно - бывший крепостной, натерпевшийся от господ и люто ненавидевший все дворянство. Полицмейстер не сомневался, что урядник даст знатное шоу в усадьбе и пощекочет нервы Петра как следует.

Лошадь копытами выбивала искры из круглого булыжника, которым были вымощены городские улицы. Окна в карете, где везли предполагаемого убийцу, были открыты, лето все-таки. Жители могли в полной мере насытить свое любопытство и лицезреть арестанта.

Вместе с топотом, в проснувшемся городе, раздался и звон колоколов, призывающий всех благочестивых граждан к полуденному благодарственному молебну.

Солнце, пробиваясь сквозь листву, рисовало кружево на садовом столике и серых стенах дома. С крыши, то и дело, падали вниз ласточки, углядев в прозрачном воздухе комара, а затем взмывали вверх с добычей, гордые собой, как иные чиновники взлетают по карьерной лестнице, раздавив очередную мошку.

На столе уже стоял самовар и пахло свежими пирогами с клубникой.

Прогулка вдвоем с Маргаритой приободрила Катю и даже как будто раззадорила аппетит. Девушки присели.

- Весь город о том небось гудит? - грустно подытожила Катерина, наливая себе и подруге чаю. Маргарита явилась узнать подробности того ужасного дня.

- Когда вокруг вот так, хорошо и спокойно, птички поют, - продолжила рассуждать Катерина, - хочется верить, что то, был лишь кошмар. Увы, бедная Аленка.

- Думаешь он убил? - Маргарита все же произнесла волнующий обеих вопрос.

Катя неуверенно качнула головой. Она все еще не понимала, что заставляло ее сомневаться. Петр конечно ужасен, но убить…

- Может, все же, в старой усадьбе действительно обитает призрак или какое иное чудище? - у Мари вспыхнули глаза.

- Но ведь Петр там бывал почти каждый день, и ему ничего не сделалось.

- Может чудище охотится лишь за девушками?

- Ну разве не ерунда все это? – Катя, сжалась, пыталась привычно не поддаваться слухам, но все же страх пробежал по телу ужом, - ну вот зачем, скажи, она туда пошла? Зачем?

- Знамо зачем, - помрачнела Мари, - Сама говоришь, влюблена была.

Катя придвинула к себе чашку и заглянула в ее черный омут, - Она-то любила, а вот он… будто хищник, играет с каждым, кто рядом. Только раньше словами играл, а теперь… может заигрался всерьёз?

- Судишь его по своим детским обидам? – упрекнула ее подруга.

Катя упоминала о их с Петром натянутых отношениях лишь в общих чертах, но проницательная Мари догадывалась о большем.

Почему-то обеим вдруг расхотелось говорить.

Чай они пили в молчании какое-то время, затем Маргарита поднялась.

- Мне пора. Китти милая, еще кое-что, не сочти за навязчивость, но есть у меня перед уходом и просьба. Не откажи.

Вздохнув, попросила одолжить ей немного денег. Катя не стала спрашивать зачем, положение подруги итак ей известно. Правда ее собственное после смерти папеньки было немногим лучше, но все же какие-то сбережения у нее имелись.

Когда Маргарита ушла, Катя осталась сидеть в саду и налила себе еще одну чашку. Домой не хотелось. Все равно Лиззи сейчас за уроками.