Вишня и сталь

Вишня и сталь

Герои:

Ксайло Форбарц – «герой» в штрафном отряде. За нарушение закона (убил богиню) осужден на звание «героя». Вынужден сражаться с демонами, в смерти отказано. Угрюм, немногословен, любит поэзию.

Теоритта – девушка - богиня, искусственно созданное оружие, управляет мечами. Много лет «проспала», мало знает о мире. Непосредственна, мила. Заключила контракт с Ксайло, помогает ему в битвах с демонами.

Дотта Лузулас – «герой» в штрафном отряде. Молодой парнишка, веселый, себе на уме, чуть-чуть клептоман. Друг Ксайло.

Патоше Кивия – девушка офицер, временно работает с «героями» штрафного отряда. Строга, исполнительна.

Штрафной отряд – специальный отряд, в котором приговоренные к каре хуже смерти бойцы должны вечно сражаться с демонами. После смерти их воскрешают, однако каждая смерть уносит с собой частичку их человечности. В народе «героев» не любят, держатся от них подальше.

***

Городок у подножия крепости Мьюлид. Вечер, главная площадь, недалеко от «Великой Таверны».

Фестиваль продолжался и к вечеру на главной площади появился небольшой оркестр, который играл веселые мелодии. Люди ели уличную еду, пили эль и вино, разговаривали, смеялись, танцевали. Суматоха поглотила небольшую площадь и в воздухе витало настроение веселья и беззаботности.

Ксайло стоял в стороне, опираясь на стену таверны, в которой взял себе выпить и наблюдал за людьми. Теоритта выделялась из пестрой толпы горожан и взгляд то и дело вновь возвращался к ней. Глаза ее горели, щеки порозовели, а когда люди стали танцевать, она пришла в крайнюю степень восторга. Все приводило её в изумление, начиная от мороженного и заканчивая тем, как люди вальсировали под нестройную мелодию оркестра. Увести ее с базара не удалось. После того, как она покончила с мороженным, понеслась изучать товары, потом принялась играть с местными детьми, потом вынудила купить себе эля, но пить не стала – всучила ему. День близился к завершению и солнце уже скрылось за горизонтом, а маленькая богиня и не думала уставать.

Вот и сейчас она была поглощена шумом праздника. Ксайло чуть покачал головой. Всё ей было в новинку, всё приводило её в восторг, всё хотелось изведать. То и дело с её волос так и сыпали искры.

От созерцания неугомонной богини Ксайло отвлекла потасовка справа. Он услышал жалобный голос Дотты и ледяной тон Кивии. Он оглядел стоящих не вдалеке командора и бледного Лузуласа. Кивия вцепилась ему в рукав и отчитывала, а Дотта пытался парировать. Ксайло прислушался.

Патоше Кивия отчитывала его за то, что он стащил куклу у одной из девчонок на базаре.

– Дотта, клептоман ты несчастный, зачем тебе кукла-то понадобилась? – говорила она, пока парень пытался вырваться из ее мертвой хватки.

– Да у этой девчонки их еще десять… Что такого? – тянул он своим непринужденным голосом.

– Она дочка местного врача, не последнего человека в крепости. Сейчас же верни украденное!

– И не подумаю, – пробурчал он.

– Стащить куклу, Лузулас! Зачем? – в ее голосе Ксайло уловил неподдельное изумление.

И вправду, зачем этому клептоману кукла? Дотта бросил быстрый взгляд на Ксайло, а потом туда, где завороженно кружилась Теоритта. Патоше проследила за его взглядом и ее лицо окаменело. Она поняла.

– Куклу? Ей?

Ксайло тоже бросил взгляд на богиню, рассыпающую снопы искр вокруг себя. Дотта, между тем, виновато ответил:

– Ну… Она такая милая… Я хотел порадовать ее.

Патоше высвободила наконец его рукав и ответила спокойно, но в голосе звенела сталь:

– Отнеси ворованное назад. Богине не нужны такие подарки.

Дотта тяжело вздохнул, но понимал, что спорить с командором – идея не самая здравая.

– Понял, – протянул он обреченно и, сжав фарфоровую куклу в руках, поплелся назад. Проходя мимо Ксайло, он кинул такой взгляд, словно тот его предал и оставил на съедение фейриям.

Ксайло заметил, что и Патоше подошла к нему ближе.

– И чего ты так вызверилась на него? – спросил он, отпивая из кружки, – Дотта клептоман, это всем известно. Он просто хотел порадовать Теоритту. В своей манере.

Лузулас аж просветлел, услышав, что друг заступился за него.

– Порадовать богиню? Куклой? – Патоше выделила слово «кукла» особым акцентом, что можно было бы приравнять к вопросу: «Он совсем свихнулся?»

– Да в чем дело-то? – повернулся Лузулас вновь к Кивии, чувствую себя увереннее подле Ксайло.

– Ты думаешь, она – ребенок? – спросила Кивия у Дотты, подходя ближе к ним. Ксайло слушал и не спешил что-то отвечать.

– Ну… Она такая… Ну, в общем, Теоритта. – промямлил Дотта, вновь смотря на порхающую не вдалеке девушку.

– Она богиня, – ответила ему Патоше, но смотрела в глаза Ксайло, – По возрасту она старше всех нас вместе взятых. Да, она проспала много лет, но она не ребенок, отнюдь. Она – оружие.

Ксайло внимательно слушал ее слова, а после них перевел взгляд на Теоритту. Патоше продолжила, тоже смотря на богиню:

– Пусть ее вид не обманывает тебя, Дотта.

Все трое смотрели на Теоритту с дальней стороны площади, скрытые под тенью стены таверны.

– Думаешь, она оружие. И только? – спросил после паузы Ксайло, наблюдая как Теоритта о чем-то лепетала с девушкой, продающей ленты.

– Богинь создали для защиты людей. Помни, кто она и не путай её с людьми. Тем более с детьми.

С этими словами Патоше развернулась и ушла в тень улочки. Было уже темно, звуки оркестра раздавались всё громче, людей на площади стало больше.

Дотта посмотрел на Ксайло и недовольно буркнул:

– И не заступился, предатель…

– За тебя или за Теоритту? – спросил с улыбкой Форбарц.

– Эх, да что с тобой говорить, – протянул меланхолично Лузулас.

– Ты получил по заслугам, – отрезал Ксайло.

Дотта бросил последний гневный взгляд и тоже скрылся в темноте улочки.

Форбарц вновь остался один. Эль в кружке кончился. Пора было идти назад, в крепость. Но как увести Теоритту? Она была так поглощена этим их выходным. Он обвел взглядом площадь и не увидел ее. Сразу чуть напрягся и снова внимательно оглядел толпу. Исчезла.