Вистеллия из рода Вискотти

Глава 1

Ужин в доме графа Вителлия Вискотти

Ужин в огромной столовой графа Вителлия Вискотти проходил в гробовой тишине.

Множество свечей в массивных серебрянных подсвечниках ярко освещали прямоугольный стол, уставленный разнообразными яствами. Слуги бесшумно подносили всё новые и новые блюда, но благородное семейство Вискотти на еду совсем не обращало внимания. Граф, занимавший своё привычное место во главе стола, его жена и три дочки, сидевшие по левую руку от Вителлия, не только игнорировали еду, но и старались не смотреть на пустое кресло, стоявшее по правую руку от главы дома. В этом кресле обычно сидел красавец Викджен, единственный сын графа Вителлия.

Вителлий Вискотти с отвращением посмотрел на свою тарелку, где тосковала аппетитная перепелиная ножка, обильно политая густым соусом, перевел взгляд на хрустальный бокал, стоявший рядом с тарелкой, сделал едва заметный взмах правой рукой, и вышколенный слуга тут же наполнил бокал графа соком. В свете свечей бокал заискрился, приглашая Вителлия сделать хотя бы один глоток, однако Вителлий Вискотти не спешил начать наслаждаться любимым напитком. Он задумчиво водил безымянным пальцем левой руки по огромному тёмно-красному рубину, вставленному в серебряную оправу фамильного перстня, который граф никогда не снимал с мизинца правой руки.

Жена графа, леди Самира, величественно восседала в кресле слева от мужа. Она внимательно отслеживала каждое движение супруга и с беспокойством думала, что Вителлий, которому полгода назад исполнилось шестьдесят пять лет, сильно сдал за прошедший месяц. Графиня отметила, что события последних четырёх недель оставили след во внешности ещё недавно подтянутого и выглядевшего моложе своих лет Вителлия: граф похудел, лицо его осунулось, под глазами появились чёрные круги, а волосы из каштановых с проседью стали совершенно седыми. Изменился и характер графа: из словоохотливого, энергичного, полного интереса к жизни, он вдруг превратился в вечно чем-то недовольного брюзгу.

Графиня Вискотти тяжело вздохнула и, не отрывая взгляда от мужа, поправила ожерелье из жадеита, украшавшее её шею. В молодости графиня была необычайно хороша собой. Тонкий стан, правильные черты лица, лучезарная улыбка, синие глаза-океаны под поволокой густых чёрных ресниц, пепельно-белые, мягкие, пушистые волосы - вот чем двадцатилетняя Самира Клоден тридцать лет назад пленила графа Вителлия. Даже сейчас, вступив в пору увядания, супруга графа Вителлия Вискотти вызывала у окружающих восхищение своим внешним видом. Родив четверых детей, она каким-то немыслимым образом сумела сохранить свою точёную фигуру. Графиня была образцовой женой, идеальной хозяйкой, прекрасной матерью. Она никогда не вмешивалась в дела мужа, легко находила слова утешения или поддержки для детей и не теряла оптимизма в сложных ситуациях. Однако уже месяц, как чувство оптимизма покинуло леди Самиру. Теперь улыбка редко озаряла её по-прежнему красивое лицо, а в синих глазах графини затаилась грусть, очень легко превращавшаяся в слёзы.

- Перед ужином я получил с посыльным письмо от твоего, Самира, брата, - наконец нарушил молчание Вителлий. - Софокл пишет, что король Вернус выбрал день для казни всех участников неудавшегося заговора. Их казнят в первый день Турнира Храбрецов. Турнир всегда начинается в последнюю субботу августа.

- Значит жить нашему несчасному сыну Викджену остаётся всего один месяц! - ахнула графиня Вискотти, и слёзы хлынули из её глаз.

Граф посмотрел на своих троих дочерей, сидевших по старшенству за столом: Вителлия, Амелия, Оливия.

- Мы должны что-то предпринять! Разве ты, папа, позволишь королю убить Вика? - заговорила Амелия, средняя дочь графа, встретившись взглядом с отцом.

Вителлий поморщился и подумал, что отдал бы жизнь любой дочери за возможность освободить из королевской тюрьмы единственного сына, который скоро лишится жизни на глазах у толпы зевак.

- Время уходит! - требовательно произнесла Амелия, не дождавшись ответа от отца.

- Мы ничего не можем сделать, - развёл руками Вителлий.

- Значит Викджена казнят? - всхлипнула Оливия, младшая дочка графа.

- Дорогой, должен быть выход, - нерешительно вставила леди Самира. - Ты же не дашь нашему мальчику умереть? Он ведь наследник Вискотти!

- Я не могу спасти Викджена. Нужно смириться! - повысил голос граф Вителлий и так сурово посмотрел на жену, что она поспешила склонить голову, дабы избежать этого взгляда.

- Как же так, папа?! - резко, с вызовом возмутилась Вистеллия, старшая дочь графа, и решилась на открытое обвинение. - Я знаю, что это ты втянул Викджена в дурацкую авантюру, из-за которой его повесят. Он всего лишь выполнял твои указания, передавая деньги заговорщикам!

Вителлий Вискотти в очередной раз недовольно поморщился, затем раздражённо оправдался:

- Я ошибся: сделал ставку не на того! Брат покинувшей этот мир королевы Элианы, Барнус Патолли, был так убедителен. Он словно околдовал меня! Клянусь: я не знал, что даю деньги заговорщикам! Я был уверен, что это, так сказать, оплата определенных услуг.

- Взятка, - холодно уточнила Вистеллия.

- Да, взятка за протекцию, - признался Вителлий. - Негодяй Барнус обещал, что, если я дам ему денег, то Викджен получит должность в королевском казначействе, а со мной заключат пятилетний контракт на поставку джута для нужд дворца. С этим контрактом я мог бы удвоить свою ежегодную прибыль!