Витязи против Архимага

Беспросветная тьма

Позабыв о своем проклятии, Григорий согласно кивнул в последние часы он только и мечтал о том, как овладеть этим восхитительно прекрасным созданием.

-Не будем откладывать, хотя я не простой человек, многие функции организма перешли на ангельский уровень. - Бессмертный воитель опасливо покосился на статую местного языческого бога. - Так что, будучи уже небожителем, девственно чист, и не уверен, что у нас могут получиться дети.

Фварасада сделала плавный пасс рукой, долбленый из сапфира кубок подпрыгнул ко рту воителя-попаданца. Королева местного народа мягко произнесла.

-Я тоже не совсем человек, а по матери фея золотого моря. Согласно легенде между мной и белым, девственным ангелом должна быть близость. - Красавица из красавиц произнесла с большой уверенностью. - Не бойся, что в первый раз всегда страшно! У нас родиться сын, который станет славным богатырем и великим королем.

Григорий от волнения стал пунцовым. Вот это его шанс избавиться, наконец, от проклятия, а может даже будущем, стать по настоящему взрослым. Быть девственником в девятнадцать лет, для раскованного двадцать первого века не доблесть, а позор.

Григорий, у которого зубы отбивали чечетку, посиневшими губами шепнул:

-Тогда давай приступай к делу.

Фварасада как истинная королева языческого лишенного предрассудков мир, хотела заняться любовью прямо в пиршеском зале. Не получив ханжеского воспитания она не стеснялась секса, тем более что вокруг были только свои. Однако проживший немало лет в суровом, ханжеском средневековье Григорий энергично запротестовал:

- Так нельзя! И царственные особы, а не скоты!

Не совсем поняв, чего стесняется новый возлюбленный, но решив, что видимо это у них такой обычая, златокудрая королева отвела его в свои покои. Там Григорий очень стеснялся, августейшая особа видя пассивность мальчишка, сама набросилась на него. И мужское естество победило страх, перед потерей невинности, юноша подался навстречу богине. Им стало восхитительно прекрасно, воитель-попаданец чувствовал крепкую горячую плоть и сам, будучи уже по физиологии наполовину сверхъестественным существом нагрелся как лампочка.

Мягкое море любовной страсти, из уютной колыбели превратилось в бушующее торнадо. А чувства восхитительно упоения надули парус в сознании и мыслях воителя-ангела. Да и королева, наконец, поняла, что такое, когда с тобой не просто парень для игр, а тот из которого пульсарами магоплазмы извергается целая вселенная переживаний и чувств.

Фварасада сама далеко не девственница оказалась потрясена до оснований, впервые имея любовь со столь крепким и искусным самцом. Хотя Григорий на самом деле действовал как композитор сочиняющий на ходу никогда никем не играную ранее мелодию и воспроизводящего её виртуозом-маэстро. Прошло несколько часов урагана страстей, и сумасшедшего рая и она, наконец, взмолилась, попросив пощады.

-Я уже больше не могу, у меня нет сил, терпеть сладострастный водопад твоего неудержимого влечения.

Очень довольный собой Григорий подхватил ее на руки, отнес в пышную постель.

-Спи моя фея, пока я рядом с тобой гарантирована абсолютная безопасность.

Королева тут же заснула, а светлейший князь Григорий замер, прилег на коврик и притворился спящим.

Принцесса Лея тем временем поймала в коридоре Кречеторова и чуть ли не насильно заставила его спариться с ней. Юный Кречет был неплох по человеческим меркам, но не мог удовлетворить столь страстную тигрицу. Затем вычислила Реферата, мальчишка, хотя и побывал в волшебном ручье, еще не до конца отправился от ран, и Снежная Амазонка сыграла роль "доктора". Поведение темпераментной леди все же можно понять, бессмертный организм требует любви.

Русский герцог Григорий дышал очень ровно и напоминал спящего, хотя все его чувства и нюх работали на пределе. Факел потух, и все погрузилось в зловещую тьму. Вот он почувствовал странные звуки, напоминающие ползанье змей. Затеи воевода-воитель почувствовал запахи, такой замогильный аромат издают только чудовища, созданные злыми колдунами. Вся эта мерзость неумолимо приближалась к королевским покоям. Царевич Григорий сжал сильнее меч. Краем ноздри он уловил особо противный запах шестирогово гипербеса. "Вот ты и пришел сюда жрец Тафапира, посмотрим, спасут ли тебя от клинка твои монстры".

Три мохнатые сороконожки первыми заскочили в покой и забирались на кровать Фварасады. Воевода-воитель сохранял спартанское хладнокровие.

Это когда во время ритуальный порки ты должен от боли скалить в улыбке зубы или весело петь.

Вряд ли они ее ужалят сразу - слишком уж это просто. Вот в зал вползло несколько змей и одно напоминающее гориллу чудовище. Это клыкастый зверь подошел к царевичу-терминатору Григорию, понюхал, дыхание монстра было смрадным, маленькие, налитые кровью глазки искрились. Оно наклонилось, и узловатые пальцы потянулись к его горлу. Не желая выдать, что он начеку, бессмертный воитель позволил себя схватить и тут же пожалел об этом. Пальцы этого монстра оказались чудовищно сильны, горло задвигалось, хрящи затрещали, все поплыло в багровом тумане. Царевич Григорий подсунул левый локоть под подбородок, оттолкнул страшные клыки от своего горла. Затем с яростью стал наносить удары кулаком, звериные зубы вылетали под ударами, хватка монстра ослабла. Тогда воитель, которому нет равных Кулаков, вывернул меч и разрубил чудовище пополам. Затем под его ударами рассыпались в прах сороконожки и змеи. Разъяренный Григорий, рванул на запах, но словно накинулся на невидимую стену. Вроде пресловутого силового поля, которое так любят описывать современные писатели.

Собрав всю ярость и шепча заклинания, он с большим трудом с третьей попытки прорвался к занавеси и срубил спрятавшегося за ней гипербеса. Это простой не шестирогий помощник жреца, правда, высокого роста и с клыками.

Вот сколько крови вылилось с него, голубого и зеленого цвета, причем весьма зловонной жидкости. Тогда воитель Григорий побежал на ставший еще более отчетливым запах. В коридоре он то и дело натыкался на змей или похожих горилл зверей, но их рубил автоматически. Вот коридор окончился, и он выпрыгнул темную пещеру, не смотря на абсолютную темноту, воитель Григорий, видел и в инфракрасном излучении силуэт зловещего чудовища. Шестирогий жрец, ощетинившись мечами, с усмешкой смотрел на него. Мальчишка-воевода пробормотал: