Вкусные рецепты от попаданки

Обманы и обманщицы [3]

Я наблюдала, как на лице девушки меняются эмоции: сначала ошеломление, затем узнавание, и вот в ее глазах вспыхивает гнев.

— Значит, это вы — Тиана? — почти выкрикнула она, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

Я почувствовала, как внутри поднимается волна недовольства. Сердце забилось быстрее, но я старалась сохранять спокойствие.

— Да, это я, — ответила я ровным голосом, пристально глядя на нее. — А в чем дело?

— Из-за вас меня арестовали! — ее голос дрожал от ярости. — Следователь сказал, что это вы донесли на меня!

Я приподняла бровь, удивленная таким неожиданным положением дел. Не столько тем, что она узнала меня, сколько тем, как беззастенчиво следователи в этом мире разбалтывают всем имена свидетелей и потерпевших. Интересно, это практика такая или просто у того, кто вел наше дело язык был без костей?

— Послушайте, — начала я, скрещивая руки на груди, — Для начала, я никому ни на что не доносила. Я сдала инквизитору тех монетожуков, которые вы же мне и подсунули. Так что, извините, но тут вы сами виноваты. Если бы вы торговали честно, ничего этого не произошло бы.

Она вспыхнула, щеки залились ярким румянцем, а глаза метали молнии.

— Я всего лишь хотела отомстить своему ухажеру, который меня обманул! — выкрикнула она, и в ее голосе послышалась нотка отчаяния.

Я тяжело вздохнула.

— Да, я знаю вашу историю и могу понять что вы чувствовали, — совершенно искренне ответила я, — Но все равно я не одобряю ваш поступок — неужели вы не понимаете, что пытаясь отомстить одному человеку, поставили под удар многих? Не говоря уже о том, что я не совсем понимаю как месть обидчику связана с тем, что вы помимо монетожуков еще и испорченные продукты людям подсовывали?

В ответ на мой упрек, девушка замялась, закусила губу и опустив взгляд. Она шумно выдохнула и с явной неохотой бросила:

— Про продукты это... привычка от моего отца.

— Простите, что? — не совсем поняла я, натурально потерявшись в ее ответе.

— Этому меня научил отец, — повторила она, но на этот раз ее голос стал тише, — Мама умерла, когда я была совсем маленькой. Я ее почти не помню. Отец растил меня в одиночку. Он говорил, что мир несправедлив, — девушка подняла на меня глаза, полные боли и упрямства, — Что, если не хочешь быть съеденной, нужно уметь кусаться самой. А потому, он научил меня всем этим уловкам, хитростям и махинациям.

Она перевела дух, стараясь справиться с эмоциями, а у меня сжалось сердце. Не думаю, что она все это сочинила — боль в ее блестящих глазах была самой настоящей, такую не подделать при всем желании.

Из-за этого, я чувствовала себя весьма странно. С одной стороны, я увидела перед собой не дерзкую мошенницу, а напуганную, загнанную девочку, которая просто пыталась выжить. А с другой, я понимала, что ее методы… мягко говоря, оставляют желать лучшего.

— Соболезную вашей утрате, — мягко сказала я, — Понимаю, насколько вам было тяжело. Но даже так, месть и обман — не выход из ситуации. Может в тот момент вам это казалось единственным решением проблем, но в итоге это все только усугубит. Рано или поздно это может выйдет боком. Ну… — я смутилась, — …или, правильнее будет сказать, уже вышло.

Некоторое время девушка стояла, отводя глаза и напряженно о чем-то думала. В итоге, она тяжело вздохнула и подняла на меня глаза, полные сожаления.

— Теперь я это понимаю, — тихо отозвалась она, — После ареста я осознала, что многие вещи, над которыми я не привыкла задумываться, были ошибкой. Меня до сих пор меня не отпускает осознание того как глупо я все потеряла, но… испытав это чувство, я также понимаю, что не хочу проходить через это снова.

Она посмотрела на меня с искренностью, которая, казалось, обжигала воздух между нами.

— А потому, я должна извиниться перед вами, — произнесла она, протягивая мне баночку меда, — Я понимаю, что это не загладит моей вины в полной мере, но, пожалуйста, примите это в знак моего искреннего сожаления. Тем более, что ничего другого у меня просто нету.

Я увидела в ее глазах искренность и раскаяние. Внутри меня что-то оттаяло.

— Спасибо, что признались, — ответила я, тепло улыбнувшись. — Ваш обман действительно поставил меня в очень трудное положение, но в итоге все разрешилось. Поэтому, я приму ваши извинения. Тем более, что каждый из нас в той или иной степени совершает ошибки. Главное — уметь сделать из них выводы.

Она посмотрела на меня с явным облегчением, словно мои слова сняли с ее плеч тяжелый груз. Ее губы дрогнули в неуверенной, но благодарной улыбке, а глаза заблестели.

— Спасибо... я правда очень благодарна вам, — произнесла она, прижимая к груди баночку с медом, будто это был ее единственный сокровище. — Меня зовут Эмилия. Если вы еще что-то у меня найдете, что вы захотите купить, обещаю — все будет свежим и качественным.

Наблюдая за ней, я почувствовала, как теплота разливается по груди, словно глоток горячего чая в прохладный день. Почему-то именно в этот момент мне показалось, что теперь с ней будет все в порядке.

— Эмилия, — повторила я, запоминая имя. — Скажите, какие у вас планы дальше?

Она вздрогнула, опустив взгляд на свои пустые руки.