Вкусные рецепты от попаданки

Реванш [3]

Я стояла посреди тесных рядов этого странного рынка, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Мои первоначальные планы приготовить нечто изысканное и достойное царских дворов, рухнули, как карточный домик.

Но ведь я была не из тех, кто легко сдается. И если уж местные торговцы по какой-то непонятной мне причине решили превратить мой поход на рынок в спектакль из насмешек и издевок, то пусть не удивляются тому, как я на это собираюсь ответить.

Никакие жулики не смогут сломить меня такими бесчестными приемами!

Я набрала побольше воздуха в грудь, гордо вскинула подбородок и упрямо зашагала к прилавку с колбасой. Здесь все было произошло так же, как и с остальными прилавками. Стоило мне только подойти, как вся хорошая колбаса тут же оказалась “раскуплена” (рядом с ней появилась похожая табличка “Продано”) и остались только жалкие объедки.

Но шутка в том, что именно на них я и нацелилась.

На прилавке лежала порция обрезков из тех, что остаются на столе мясника к самому концу рабочего дня. Так называемые «колбасные попы».

Продавец — невысокий мужчина с огромными бакенбардами, торчащими в стороны, будто расправленные в стороны крылья птицы, — внимательно посмотрел на меня, прищурил глаз и глумливо спросил:

— Будешь брать?

— Ага, давайте сюда, — я решительно протянула ему пару монет, отчего тот даже поперхнулся и посмотрел на меня так, будто усомнился в том что я не спятила.

Впрочем, быстро придя в себя, он ухмыльнулся взял деньги и отдал сверток с попами. Принюхавшись, я к облегчению обнаружила, что колбаса пахнет нормально, да налета на ней никакого нет.

На соседнем прилавке обнаружился кусок вяленого мяса. Он был сухим, как подошва, но всё ещё годился в еду, если знать пару кухонных хитростей, как смягчить такой продукт.

Чуть дальше мне удалось купить батон черствого хлеба, настолько твердый, что им можно было гвозди забивать. Этот хлеб словно давно мечтал о пенсии, но уже сто лет как перерос ее. К этому же, видимо, стремился и твердый сыр по соседству.

Еще я набрала немного странной суховатой зелени, которая когда-то, возможно, была ароматна, но теперь больше напоминала старые травяные сборы.

И, напоследок, я выцепила у одного особо нервного фермера горсть мелких, вялых овощей — типа крошечных морковок, которые выглядели так, будто их недолюбливала даже собственная грядка. Покрутив их в руках, я убедилась, что если снять верхний слой и вымочить, они пойдут в дело.

Время поджимало.

Хоть все то, что я купила и выглядело не так приятно, как хотелось, но я знала: стоит применить кулинарную магию — и эти непримечательные, казалось бы, продукты заиграют новыми красками.

Сепарация вкусов, правильное вымачивание, термообработка, щепотка зелени — и можно выдать что-то вполне приличное. Да что приличное — настоящее кулинарное чудо!

Когда я вернулась на площадь, там уже вовсю кипела подготовка к поединку. Прямо в центре поставили два широких стола — один для меня, другой для Клементина. Рядом стояли переносные магические плиты: они легонько дрожали от потоков энергии, что питали их из врытых в брусчатку кристаллов.

На столах уже лежали все необходимые инструменты: ножи, разделочные доски, тёрки, миски, кастрюли и сковороды.

Народу к этому времени скопилось ещё больше: мужчины, женщины, дети, кто-то пришёл с домашними животными (непонятно, правда, зачем). Было шумно, но этот гул только разжигал во мне азарт.

Клементин уже стоял возле своего стола, возвышаясь над ним, словно генерал над полем боя.

Продукты, которые он отобрал, были свежие и яркие, словно сошедшие с иллюстраций кулинарных книг. Пышные связки трав, сочные мяса, пухлые фрукты, разноцветные овощи.

Я едва сдерживала нервное подергивание глаза. Значит вот как? Ему все досталось самое свежее, а мне обрезки? И после всего этого кто-то еще смеет рассуждать о честности и непредвзятости?

Угу-угу, особенно после того как Клементин наверняка договорился с торговцами заранее, чтобы меня опозорить.

— Вы только посмотрите! — глумливо воскликнул Клементин, указывая пальцем на мои покупки, — Это что еще за мусор? Собрала остатки, которые даже козе не скормить? Может, ты собираешься приготовить “жаркое по-помоечному”? Ах-хахах!

В толпе послышались смешки.

Мэр, горделиво сидевший на возвышении между столами, не сумев удержаться, тоже презрительно хмыкнул.

— Позвольте спросить, вы в своей столице свои блюда из таких продуктов привыкли делать?

Я стиснула зубы, но улыбнулась как можно ярче и веселей.

Внутри все клокотало от ярости, но злость у меня сразу превращалась в стальной стержень уверенности.

— Это то, что вы продаёте на вашем рынке, — громко ответила я, чтобы все слышали. — Если вам это не нравится, обратитесь к вашим же торговцам. Или вы поощряете продажу некондиционных товаров, уважаемый мэр? Я пришла как почётный гость, надеялась на честный выбор продуктов, а ваш рынок… ну, возможно, у вас свои стандарты свежести. Придётся мне показать, что и из этого можно сделать шедевр.

Он прищурился, бросив на меня взгляд, в котором смешались раздражение и затаенная злоба.