Вкусные рецепты от попаданки

Тайна пропавшего хлеба [2]

Я ожидала услышать что-то вроде “приютить еще больше детей” или “научить их чему-то полезному, какой-то профессии”, но Сильвия вдруг горько усмехнулась, её взгляд стал тёмным и усталым.

— Понимаете, спонсорство — это лишь красивое слово. На деле же оно означает, что приют должен чем-то отработать вложенные в него деньги.

Я удивлённо моргнула, переглянувшись с Каролиной.

— В смысле отработать? Как это?

— Всё очень просто, — вздохнула Сильвия, чуть поправляя растрёпанные пряди волос. — По сути, любая поддержка требует отдачи. У нас нет денег, нет ресурсов, зато есть дети. И чтобы “отработать” эти деньги, приюты порой вынуждены… — она нахмурилась, будто подбирая более мягкие слова, — …как бы вам объяснить… в общем одни приюты занимаются пряжей, другие — вышивкой, а где-то ребята работают на полях. Но у меня здесь почти все сплошь малыши. Шестилетние, восьмилетние… Ну куда их в поле? Кем я буду, если заставлю их работать на износ?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, насколько всё запущенно. Перед глазами встал образ худеньких ребятишек, которые с рассвета до заката перебирают шерсть или сидят за ткацким станком.

Я сглотнула и почувствовала внезапный прилив горячего негодования.

— Но это же… бесчеловечно! — возмущенно вспылила Каролина, озвучив мои мысли на этот счет, — Разве это не против правил?

— К сожалению, нет, — с тяжелым вздохом откликнулась Сильвия, — Это не считается работой, потому что детки “помогают” по собственному желанию и не получают за это денег напрямую.

Я крепче сжала руки в карманах, чувствуя, как по коже пробежал неприятный холодок.

Откуда-то из глубин моей души поднялось сильное желание помочь… нет, не просто помочь, а сделать их жизнь ярче, чтобы они не унижались перед так называемыми спонсорами за копейки. И чтобы никому из них больше не пришлось воровать хлеб.

— Ох, — протянула я, и мне пришлось опустить взгляд, чтобы Сильвия не заметила, как у меня дрожат ресницы. Я изо всех сил старалась сдержать слёзы. — Простите, это звучит… это просто кошмарно!

Сильвия снова усмехнулась, но на этот раз её усмешка была полна горечи.

— К сожалению, такова жестокая реальность. Ни один человек не будет просто так жертвовать деньги. Им нужно что-то взамен. Поэтому "спонсорство" — это всегда двусторонняя сделка. Если в приюте есть дети, которые могут выполнять хоть какую-то работу, значит, он ещё может на что-то рассчитывать. А если нет… тогда со временем он превращается в это… — она развела руками, устало указывая на деревянные стены, которые были скорее похожи на решето.

Пока Каролина, особо не стесняясь и не сдерживаясь в выражениях, обкладывала зажравшихся спонсоров, я все еще стояла, до глубины души возмущенная подобной несправедливостью.

— Теперь, вы понимаете, почему нас не хотят поддерживать? — Сильвия слабо улыбнулась. — Маленькие дети не могут работать. А значит, наш приют — это просто чёрная дыра для денег. Никто не захочет тратить средства на тех, кто ничего не даст взамен.

Я почувствовала, как в груди поднимается гнев, перемешанный с жалостью. Губы непроизвольно сжались, а пальцы впились в ткань плаща.

Это же нечестно! Неправильно!

В конце концов, эти дети не просили, чтобы их бросали, они не просили, чтобы их существование было проблемой. Им просто хотелось жить, чувствовать себя любимыми, быть согретыми и накормленными.

И тут меня осенило.

— Подождите-ка, — я резко повернулась к Сильвии. — А вы или кто-то из ваших воспитанников умеете готовить?

Женщина моргнула, словно я спросила у неё, умеет ли она летать.

— Конечно. Многие девочки помогают мне с кухней, но… — она нахмурилась, сощурив глаза. — …простите, я же только что говорила, что у нас даже продуктов нет.

Я почувствовала, как на губах появляется улыбка. Азартная, дерзкая, полная решимости.

— Насчет этого даже не волнуйтесь! Завтра к вам приедут все необходимые продукты. А вечером и я сама. — я задорно подмигнула ей, но на мое удивление Сильвия еще больше напряглась.

— Что вы задумали? — осторожно спросила она, глядя на меня так, будто бы я задумала выдать всем девочкам кирки и отправить добывать руду, — Вы хотите, чтобы мы готовили еду для вас?

— Нет, вам не нужно работать на меня или мою таверну. У нас и своих помощников хватает. Дело совсем не в этом, — терпеливо попыталась я все донести до Сильвии, — Я хочу сделать так, что если никто из спонсоров не берёт вас под крыло, чтобы вы смогли выжить без них!

Отражение в глазах Сильвии стало ещё более мрачным:

— Кажется, вы не понимаете… Мы пытались жить без спонсоров. И вот результат, — она обвела рукой полуразрушенные стены. — Я не могу рассчитывать на чудо. Разумеется, мне приятно, что вы хотите нам помочь, но… В долгосрочной перспективе это не спасёт нас от проблем.

— Сильвия, прошу вас, не беспокойтесь заранее о деталях. Просто доверьтесь мне, хорошо? — попыталась убедить ее я.

Настоятельница нахмурилась, но подняла руки, показав, что мне удалось убедить ее. Хотя, в нашем случае здесь будет уместнее фраза “взяла измором”. Зато у меня внутри всё полыхало от предвкушения.