Владелица старинной усадьбы

Глава 14

В назначенный час, с замирающим сердцем, я взяла в руки ту самую карточку из плотного, упругого пергамента с вытисненным знаком Изумрудного дворца, что принес магический вестник. В последний раз окинув взглядом свою скромную, знакомую до каждой трещинки на потолке спальню, я мысленно попрощалась с привычным, хоть и суровым миром и легким, решительным движением переломила карточку пополам.

Мир взорвался бесшумным, ослепительно-белым светом, который на миг выжег все образы вокруг. Пропало всякое ощущение пола под ногами, на мгновение меня охватило полное, тошнотворное чувство невесомости и смещения, а в ушах зазвенел высокий, чистый звук, будто лопнула натянутая струна. Через секунду, показавшуюся вечностью, я снова ощутила под ногами твердую, неподвижную поверхность, но это был уже не потертый, скрипучий дубовый пол моей усадьбы, а гладкий, леденяще-холодный, отполированный до зеркального блеска мрамор.

Я стояла, слегка пошатываясь, в центре круглой, абсолютно пустынной залы с высоким, уходящим в полумрак куполом. Воздух здесь был иным — не жилым и дымным, а густым, кристально-прохладным и наполненным чистым ароматом морозного воздуха, смешанным с едва уловимыми нотами озона, камня и чего-то еще, неуловимого и древнего, словно сама магия здесь была не инструментом, а фундаментом. Прямо передо мной возвышались огромные, в три человеческих роста, двустворчатые двери из темного, почти черного полированного дерева, инкрустированные сложным, геометрическим узором из матового серебра. Одна из них бесшумно отъехала в сторону, и в проеме появился немолодой слуга в строгой ливрее иссиня-черного цвета с серебряными шнурами, его лицо было бесстрастной маской.

— Госпожа Виктория Андреевна Иртова? Пожалуйте, Его Императорское Величество ожидает вас, — его голос был тихим, безличным и идеально отточенным.

Меня провели по бесконечным, поражающим воображение тишиной и масштабом коридорам. Стены были отделаны молочно-белым, жилистым мрамором и панелями темного, красного дерева, на стенах висели гобелены невероятной тонкости работы, изображавшие то ли исторические битвы, то ли магические символы, а в глубоких нишах под стеклянными колпаками мерцали и переливались странные, застывшие в вечном покое магические артефакты — кристаллы, механизмы, окаменевшие растения. Все здесь дышало спокойной, не выставляемой напоказ, но абсолютной мощью веков и безграничных ресурсов.

Наконец, слуга остановился у неприметной, невысокой дубовой двери без украшений, приоткрыл ее без стука и жестом, отточенным до автоматизма, пригласил меня войти, сам оставаясь снаружи.

— Его Величество император Альтанэр Четвертый.

Я вошла, сделав глубокий, неслышный вдох, и замерла на пороге. Это была не парадная тронная зала, а сравнительно небольшая, почти уютная гостиная или кабинет. Стены до потолка были заставлены книжными шкафами с ровными рядами переплетов, в неглубоком камине из темного камня ровно потрескивали поленья, наполняя комнату сухим теплом и чистым запахом смолистого дерева. И у этого камина, в простом, но явно очень удобном кресле с высокой спинкой, сидел он.

Он был один. Без свиты, без стражников, без всякой придворной помпы. В длинных, тонких пальцах он держал развернутый пергаментный свиток, но взгляд его, задумчивый и отстраненный, был устремлен на ровное пламя. При звуке моих осторожных шагов по мягкому ковру он плавно поднял голову.

Император Альтанэр IV оказался мужчиной лет сорока пяти — пятидесяти, с лицом аскета — четкими, но не резкими чертами, высоким, ясным лбом и спокойными, невероятно внимательными глазами холодного, светло-серого цвета, словно старое серебро. На нем было простое, но безупречно сшитое одеяние из плотной темно-серой шерсти без каких-либо вышивок или украшений, и лишь тонкий, гладкий серебряный обруч на темно-каштановых, аккуратно откинутых назад волосах, чуть тронутых благородной сединой у висков, говорил о его неземном статусе.

Он отложил свиток на низкий столик рядом, уставленный другими свитками и книгами, и жестом, лишенным всякой театральной надменности, указал на второе кресло, стоящее напротив у камина.

— Госпожа Иртова. Прошу, присаживайтесь. Надеюсь, путешествие через портал не слишком вас утомило? — его голос был ровным, тихим, немного глуховатым, но в нем, как стальная нить в шелке, чувствовалась несомненная, отточенная сила. Он не пытался подавить или ослепить своим величием. Он просто был. Существовал в этом пространстве как его абсолютный центр. И в этой кажущейся простоте, в этой отсутствующей необходимости что-либо доказывать, и заключалась его настоящая, бездонная и потому особенно пугающая власть.

Этот спокойный, рассудительный мужчина в скромной одежде, сидящий у камина с книгой, был куда страшнее грозного, кричащего властелина из моего кошмара. Потому что с тираном можно было бороться, его можно было пытаться обмануть, играя на его эмоциях. С этим человеком, чей взгляд видел насквозь, а ум, вероятно, просчитывал ситуацию на двадцать ходов вперед, бороться было бесполезно. Его можно было только попытаться понять. И надеяться, что твоя правота или полезность совпадут с его холодной, имперской логикой.

Я опустилась в указанное глубокое кресло, обитое темно-зеленым, чуть потертым бархатом, чувствуя, как подкашиваются ноги и спина на мгновение предательски обмякла. Слуга, появившийся словно из тени книжных шкафов, бесшумно поставил между нами низкий столик из черного дерева и налил в тончайшие фарфоровые чашки с позолотой по краю ароматный чай цвета темного янтаря. Император взял свою чашку двумя пальцами, не глядя, и сделал небольшой, бесшумный глоток, его движения были медленными, экономными и поразительно точными. Я последовала его примеру, чтобы хоть чем-то занять дрожащие, ледяные руки. Горячий, почти обжигающий чай с терпким, цветочным вкусом обжег губы и язык, но не смог прогнать внутренний холод, сковавший живот.