Владелица замка Темные пески

Глава 10

На рассвете того дня, когда должна была состояться первая экскурсия, я лично отправилась на поляну для последней проверки. Утренний туман еще стелился между деревьями, словно призрачные пологи, когда я шагала по узкой тропинке, ощущая холодную росу сквозь тонкие подошвы сапог. Ветви старых дубов протягивались ко мне, словно скрюченные пальцы, а под ногами хрустели прошлогодние листья, смешанные с хвоей.

Заповедник встретил меня неестественной тишиной — даже птицы не пели в этом месте. Воздух пах влажной землей и чем-то еще — сладковатым, тревожащим ноздри ароматом, напоминающим гниющие цветы и мед.

— Борк! — позвала я, и мой голос странно отразился от древних дубов, вернувшись ко мне многократным эхом.

Домовой появился мгновенно, вынырнув из-за покрытого мхом валуна, с которого стекали капли конденсата. Его обычно лохматая борода сегодня была аккуратно заплетена в три косички, перевязанные красными ленточками, концы которых украшали крошечные серебряные бубенчики.

— Все готово, хозяйка, — проскрипел он, гордо выпячивая грудь. — Кикиморы тропу подготовили, шишиги ловушки расставили (безопасные!), полуденницы цветочки ядовитые попрятали... как договаривались.

Я прошлась по маршруту, внимательно осматривая каждую деталь. Над тропой висели странные "куклы" из соломы и ветоши — они должны были оживать при приближении гостей, приводимые в движение невидимыми нитями. У ручья стояла крошечная избушка на курьих ножках (на самом деле на скрытых пружинах), которая могла поворачиваться, скрипя точно старые ворота. В дуплах деревьев мерцали бледные огоньки — светлячки в крошечных клеточках из ивовых прутьев.

— И помните, — строго сказала я, обращаясь к невидимой аудитории, — никакой настоящей опасности! Если кто-то из гостей по-настоящему испугается — сразу прекращаете представление!

Из-за деревьев донеслось несколько вздохов разочарования, но в целом нечисть согласилась, и в воздухе прозвучал хор приглушенных голосов, обещающих соблюдать условия.

К полудню начали съезжаться первые посетители — шумная компания молодых дворян в дорогих, но практичных одеждах из плотного сукна и мягкой кожи. Самому младшему, рыжему виконту Эдгару, едва исполнилось шестнадцать, и он то и дело поправлял свой новый охотничий нож на поясе. Старший, баронет Лукас, двадцати лет от роду, уже хвастался, что "не таких духов видал", закидывая голову с надменным видом.

Я приняла у них плату — десять золотых с носа, аккуратно пересчитала монеты с профилем императора и заперла в железный ларец с секретом. После вычета расходов на награды (серебряные медальоны "За храбрость" с гравировкой в виде ворона) и угощения для нечисти (бочонок медовухи, корзина свежих булок с маком), чистая прибыль составила около тридцати золотых. Не богатство, но для начала неплохо.

— Правила просты, — объявила я собравшимся, стараясь говорить уверенно, хотя ладони слегка потели. — Не сходить с тропы. Не трогать ничего руками. При первых признаках настоящего страха — громко крикнуть "пощады!"

Когда группа скрылась за воротами заповедника, я осталась ждать у входа, нервно теребя в кармане мешочек с солью. Из-за деревьев то и дело доносились взрывы смеха, затем — вскрики удивления. В какой-то момент раздался особенно громкий визг, и я уже приготовилась бежать на помощь... но тут же услышала хохот и одобрительные возгласы.

"Боги, — думала я, — только бы ничего не случилось. Если кто-то вернется хотя бы с царапиной — их матери сожгут меня на костре".

Но когда через два часа группа вернулась — краснолицые, возбужденные, с растрепанными волосами — в их глазах читался только восторг. На одежде некоторых висели листья папоротника, а у одного на плече красовалась искусно сделанная из паутины и сухих веточек "паутина".

— Это было потрясающе! — кричал самый младший, у которого теперь не хватало пряжки с ботинка (подарок кикиморам, как я позже узнала). — Когда эта избушка заскрипела и повернулась... а этот мост, который сам по себе качался...

Даже скептически настроенный Лукас признал, поправляя мятый воротник:

— Неплохо для первого раза. Хотя можно было бы и пострашнее.

Проводив гостей, я глубоко вздохнула — первое испытание было пройдено. Теперь оставалось только ждать, как быстро новость об этом необычном развлечении разлетится по округе.

А пока же я вернулась к проблемам замка и округи.

Конец весны-начало лета в этом крае выдались не особо жаркими, хоть на улице в куртке ходи. И я ходила бы, если бы у меня была та куртка. Но, увы, одежды имелось крайне мало. И пока у меня появились хоть какие-то монеты, я отдала приказ искать портних среди местных. Все равно, в деревнях или в ближайшем городе. Мне нужно было обновить гардероб, причем пошить одежду на улицу, на выход, потому что дома можно было ходить и в чем есть, то есть в старых платьях. А вот вне дома… В общем, следовало утеплиться перед зимой.

Моя экономка, найра Марта, услышав приказ, нахмурилась. Ее пальцы, привыкшие к бесконечным подсчетам, замерли на счетах, лежавших на столе.

— Вряд ли кто-то найдется, госпожа. В городе разве что. А в деревнях… Там все крестьянки хозяйством заняты. Наши служанки тоже… Умеют иголку с ниткой в руках держать, но верхнюю одежду вам не пошьют. Уровень не тот. Максимум — рубаху из грубого холста сшить, да и то кривыми стежками.

Я стояла у окна в своем кабинете, наблюдая, как холодный ветер гонит по двору первые опавшие листья. Стекло было холодным под пальцами – несмотря на календарное лето, по утрам уже появлялся иней. Мои пальцы автоматически потянулись к тонкому шерстяному платку на плечах – единственному утеплению, которое у меня было. Платок был когда-то мягким, но от многолетнего ношения стал жестким и потертым по краям.