Владычица Единорогов

Глава вторая

Где-то за печкой всю ночь шуршали тараканы. В доме одуряюще пахло высушенными травами, цветами и минералами. Лавка была жесткой и неудобной, а одеяло тонким и маленьким. Только под утро девушкам удалось крепко заснуть.

Утреннее пробуждение было тяжелым и долгим. Аврора все никак не могла освободиться из настойчивых объятий Морфея. Казалось, что веки намазали вязким клеем, и открыть глаза не удастся, сколько не старайся.

Но в распахнутое настежь окно врывался поток свежего воздуха и многоголосый птичий щебет. Нужно было просыпаться!

Фрэйя первой соскользнула с лавки, ставшей для них постелью, прошлёпала босыми ногами к окну. Остановилась, всматриваясь во что-то и к чему-то прислушиваясь.

– И куда подевалась старая ведьма? – осведомилась Аврора, сиплым после сна голосом.

– О чем ты говоришь? – Фрэйя обернулась к подруге, – какая старая?!

– Та, что приютила нас вчера вечером, – Аврору уже сидела на лавке и пыталась окончательно проснуться.

– Иди сюда, – Фрейя поманила подругу пальцем, – иди – иди! Сейчас сама все увидишь и поймёшь!

Аврора остановилась у окна рядом с подругой и удивлённо вскрикнула, стараясь не привлечь внимание тех, кто в двадцати метрах от дома на лугу, поросшем травой, творил волшбу.

Моложавая высокая женщина, с иссиня-черными кудрями, ниспадающими до талии, в цветастом платье, стянутом расшитым бисером поясом, держа за руки двух девочек лет шести – семи, пыталась замкнуть круг. Наконец, малышкам удалось схватить друг друга за руки. Ведьмовской малый круг был замкнут! Над лугом полилась печальная заунывная песнь. Не размыкая рук, ведьмы вскидывали лица к небу, в котором все выше и выше поднималось дневное Светило.

– Неужели мы опоздали?! – испуганно прошептала Аврора, – неужели Ведьма успела избрать путь Тьмы и уже родились её дочери, обреченные нести в мир Зло?!

– Не думаю, – покачала головой Фрэйя, – я не чувствую здесь Зла. Ты ведь знаешь, что одной из особенностей единорогов является умение отличить добро от зла по запаху. В этом доме пахнет всем, чем угодно, но только не злом.

– Хорошо, что ты не утратила эту свою способность при переходе, – облегчено вздохнула Аврора, – а чем здесь пахнет, как по-твоему?

– Любовью, – Фрэйя принюхивалась, стараясь уловить все нюансы ароматов дома и облечь их в слова, – любовью матери к своим детям. Любовью детей к той, что даровала им жизнь. Сестринской любовью. Добротой. И еще, совсем немного, тоской и печалью. Правда, по ком тоска – я не могу понять. Но, думаю, что рано или поздно разберусь.

– Значит, – снова вздохнула Аврора, - спешка при переходе все же сыграла с нами злую шутку и мы промахнулись во времени.

– Думаю, ты права, – кивнула Фрэйя, – мы пришли слишком рано. Черной Ведьмой должна стать одна из этих малышек. Конечно, когда вырастет.

– И что же нам теперь делать? – Аврора смотрела на подругу, рожденную в Мире Хранителей Времени, – ты сможешь переместить нас во времени хотя бы лет на десять вперед?

– Нет, – Фрэйя была огорчена тем, что оказывает подруге.

– Но почему?! – недоумевала Аврора, – думаю, Тристан выправил бы этот временной провал! Ведь перемещение вызвано необходимостью!

– Я не умею, – казалось, что Фрэйя готова расплакаться.

– Тебя этому не обучили? – Аврора погладила подругу по растрепавшимся во сне волосам.

– Не в этом дело, – вздохнула Фрэйя, – просто для того, чтобы совершать прыжки во времени, мне еще слишком мало лет! Все придёт с возрастом. В определенный момент я просто почувствую готовность к перемещениям. Сейчас этого нет.

– Значит, так тому и быть! – Аврора кивнула головой, словно приняв какое-то решение, – мы должны любыми путями остаться если не в этом доме, то в селении. Наблюдать, как растут девочки, и, заметив, что одна из них сворачивает на тропу Тьмы – воспрепятствовать этому.

– Десять лет! – вскрикнула Фрэйя, – мы застрянем здесь на целых десять лет?!

– Не знаю, – Аврора пожала плечами, – может, ты почувствуешь пробуждение дара перемещений несколько раньше, и мы сможем перепрыгнуть какой-то временной промежуток, но будет лучше, если мы смиримся с тем, что нам предстоит прожить в посёлке все эти годы.

В глазах Фрэйи заблестели слёзы. Когда тебе всего шестнадцать, десять лет кажутся вечностью.

***

– Поздоровайтесь, девочки, с нашими гостьями – людянками, – Ведьма подтолкнула вперед двух дочерей, – они искали ночлег вчера поздним вечером и я им его предоставила.

Фрэйя и Аврора во все глаза смотрели на абсолютно не похожих малышек.

Ведьма, указала на девочку-брюнетку, кудри которой были схвачены красной лентой, с глазами цвета пармской фиалки, с бледным личиком без следа румянца, с губками, алыми, как июньские первые вишни:

– Это моя дочь, Селена! – девочка присела в книксене.

Ведьма перевела взгляд на вторую девочку. Пшеничные волосы, заплетенные в косу, как нельзя лучше гармонировали с голубыми глазами и румяным личиком. Нежно – розовый ротик улыбался незнакомкам.

– Это моя дочь, Адель! – представила Ведьма вторую девочку, так же подхватившую юбку перед тем, как присесть в книксене.

– Настало время назвать ваши имена, девушки, – Ведьма, прищурив глаза, смотрела на своих гостий.

– Я – Аврора, – девушка – Дракон небрежно кивнула всем присутствующим.

– А я – Фрэйя, – улыбнулась ведьмам Единорожка.

– Мы людянки, – проговорила Аврора заученную фразу, – на наш посёлок напали незнакомые люды и истребили всех! Только нам удалось сбежать каким-то чудом!

– Мы ищем для себя пристанище, – продолжила Фрэйя, – если бы ведьмы и люды вашего селения приняли нас в общину, мы были бы очень рады.

– Не смотрите, что мы молодые и внешне хрупкие, – уговаривала Аврора, – мы многое умеем, будем работать, и принесем селению пользу!

– Посмотрим, – пробормотала Ведьма. Взглянула пристально на девушек, – так говорите – людянки! Хорошо. Помогите моим дочерям с обедом, а я схожу в деревню. Так или иначе, а о вашем появлении я обязана доложить Старшим Ведьмам. Они и будут принимать решение – удовлетворить вашу просьбу или изгнать за пределы селения.