Владыка тумана. Первая Искра

Глава 1. Розовый рассвет

Я проснулась от того, что солнечные зайчики запрыгали у меня по лицу. Потянулась, сладко зевнула и улыбнулась новому дню. Эльза подвязала плотные шторы, и теперь комнату беспрепятственно заливал теплый свет солнца.

— Доброе утро, госпожа Лилиана! — девушка встала возле моей кровати, чинно сложив руки на переднике. — Позвольте, я помогу вам собраться к завтраку.

— Эль, пожалуйста, хотя бы утром, пока мы одни, не называй меня госпожа. Я ведь уже просила тебя об этом.

— Ваша матушка будет недовольна таким обращением.

— А как она узнает? Я ей точно об этом не скажу. А ты? – Я подмигнула девушке.

— Я и подавно не сознаюсь в таком без допроса. — Улыбнулась мне Эльза в ответ.

— Эльза, я не могу воспринимать тебя как служанку. Мы все детство были лучшими подругами. То, что ты теперь, в этом доме, ты не только живешь, но и работаешь вместе с мамой, этого не меняет.

— Знаю, Лили, но мне сложно было привыкнуть обращаться к тебе так, и сейчас я боюсь ошибиться на людях. Пожалуйста, не заставляй меня. Хотя бы, пока я не привыкну настолько, чтоб не ошибиться.

— Прости, Эль, об этом я не подумала. — Я встала с постели и обняла Эльзу.

Мы простояли так несколько минут, и Эльза встрепенулась.

— Ох, что это мы? Ваши родители уже ожидают вас к завтраку. Давайте поскорее наведем утренний туалет, госпожа. — Заторопилась Эльза, а я, подавив в себе раздражения от этого «госпожа», позволила подруге себя увлечь к купели.

Эльза помогла мне надеть легкое платье цвета лаванды и собрала волосы в изящный, но простой пучок. Я помчалась вниз, на запах свежей выпечки и шоколада, но у лестницы притормозила, выпрямила спину, и степенно спустилась на завтрак, как и подобает тессе.

— Доброе утро, мама, папа! — мой голос прозвучал радостно и приветливо. В строго выверенной тональности, над которой бились учителя несколько лет.

Легкая улыбка и наклон головы, четко отрепетированы. Они смотрелись естественно со стороны, но внутри я чувствовала фальшь. Мне претили эти аристократические манеры. Хотелось бегать по лестнице, а то и вовсе скатиться по широким перилам. Но вместо этого, я была вынуждена грациозно вышагивать по ступеням и мило улыбаться. Я не знаю, в чем дело. Возможно в том, что во мне нет этой пресловутой голубой крови. Ведь я не родная дочь своих родителей. А своих детей у них быть не может. И я чувствую, что с первых месяцев моей жизни, с того самого момента, как кричащий сверток оказался на пороге этого дома, родители любили меня как собственную, как родную. Окружали заботой и любовью.

— Доброе утро, принцесса! — папа отложил в сторону газету и улыбнулся мне своей мягкой, спокойной улыбкой.
Мама, уже сидевшая за столом, нежно обняла меня за плечи, когда я присела рядом. — Чудесное утро, милая.
— Да, матушка, утро замечательное! На небе ни облачка. А как приятно пахнут розы, их аромат ощущается даже в гостиной.

— Это полностью твоя заслуга, дочка. — подмигнул папа. — Цветам на пользу твое внимание.

Я слегка зарделась и улыбнулась отцу в ответ. Да, этим летом я часто занималась растениями, рыхлила землю, поливала. И пусть во мне не было магии, порой казалось, что от моих добрых слов и пожеланий будто становился зеленее. Иногда я думала, что искра магии во мне все же есть, просто она настолько мала, что не откликнулась на артефакт, когда нас навещали представители магических школ.

Обычно, искра пробуждалась у детей с десяти до двенадцати лет. Ее наличие и даже потенциальный уровень можно было определить с помощью артефактов. Но магия оставалось спящей от года до трех. Одаренных забирали в школы, где они учились чувствовать свои потоки, знакомились с собственной силой, и когда она плавно переходила в активную фазу, маги направлялись в академии и училища.

— Роланд, не смущай нашу девочку, — покачала головой мама, но глаза ее сияли. — Попробуй чай, Лили, он сегодня особенно хорош.

Мы болтали за завтраком о самых приятных пустяках: о новой книге, что папа привез мне из города, о планах мамы на неделю, о том, что наши яблони в этом году усыпаны завязями. Было так тепло и уютно, так по-семейному.

Идиллию немного нарушил посыльный, принесший письмо. Отец взглянул на конверт, слегка удивленно приподнял бровь, но отложил письмо обратно по поднос, на котором это послание принесли. Жестом он показал, что прочитает его в кабинете позже. Но он все же чуть быстрее обычного закончил трапезу и удалился в свой кабинет. Мама не стала торопиться, и закончила завтрак. Привычно пожелав мне хорошего дня, она плавно удалилась в сторону кабинета. матушка выглядела так, будто письмо ее совершенно не интересует, но в глазах я заметила любопытство.

Я же решила заняться растениями в приятной утренней прохладе. Переодевшись в удобное хлопковое платье, я вышла из дома. Прошла мимо садовника, увлеченно подстригающего кусты, и удалилась к клумбам.

Воздух был ароматен и свеж. Я прошлась по дорожке, любуясь розами и пионами. Они были великолепны: бархатные алые, нежные кремовые, пышные розовые. Я наклонилась, чтобы вдохнуть цветочный аромат, но тут мой взгляд упал на поникший розовый куст, его листья потеряли упругость и яркость цвета, а бутон не выглядел упругим.

— Бедняжка, — прошептала я, ласково погладив стебель кончиками пальцев.

Не теряя времени, я взяла изящную лейку и полила свою розочку, вслух желая ей расти здоровой и красивой. Я улыбалась искренне и от всего сердца. И чудо вновь произошло. А может мне лишь показалось. Роза чуть подняла свои листочки к свету, почти незаметно. Но даже эта маленькая победа наполнила мою душу невероятным восторгом. Я представляла, что магия во мне проснется. И плевать, что так поздно она ни у кого еще не пробуждалась. Я этого хотела. Я в это верила.

Идиллию, словно хрустальную вазу, разбили обрывки фраз, донесшиеся из распахнутого окна папиного кабинета. Его голос, обычно такой спокойный и весомый, звучал сдавленно и напряженно.