Вларос: Код Императора. Книга 1

Глава 7. Охранник

Вход для посетителей я увидел издалека.

Небольшая современная дверь у подножия башни, со скан-воротами, – островок современности среди древних каменных плит. У двери стоял человек, и этот человек соответствовал описанию Марка настолько точно, что у меня снова что-то кольнуло в груди.

Худощавый. Скорее невысокий. В очках в золотой оправе – тонкой, дорогой, совсем не охранной. Ни у одного охранника в моем мире таких не было. Люди в охране носят простые рамки или вообще не носят очков – золотая оправа мешает работать, привлекает внимание, слишком дорогая. У этого же – чистые тонкие линзы, как у профессора.

Он стоял, опираясь спиной на стену, и смотрел куда-то в небо. Со скучающим выражением лица.

На нем была форма охранника, но не такая, как у патрульных в городе. Проще. Без массивной брони, без оружия на поясе. Легкий черный костюм, минимум знаков отличия. Почти гражданский. На груди – все тот же символ, крест в солнечном круге, но небольшой, почти незаметный.

Я шел к нему и думал только об одном.

Он – последнее, что у меня есть на сегодня. Если он мне не поможет – я не знаю, где буду ночевать.

Это была простая мысль. В ней не было ни скепсиса, ни плана, ни пафоса. Только усталость и понимание: этот человек, с которого я утром бы начал свой скепсис, сейчас является тем, к кому я иду с надеждой.

Я остановился в трех шагах от него.

– Здравствуйте, – сказал я.

Охранник медленно повернул голову. Увидел меня. И его лицо – скучающее еще секунду назад – осветилось улыбкой. Не вежливой. Не профессиональной. А такой, какой встречают старого знакомого.

– Здравствуй, – ответил он тепло. – Долго же ты проходил регистрацию.

Я замер.

Он меня ждал.

И, конечно же, говорит по-русски.

– Меня зовут Константин, – представился я, не зная, как еще начинать.

– Стерлинг Амос. Но можно просто Стерлинг.

Охранник протянул руку.

Я пожал. Рука оказалась удивительно твердой. Не в том смысле, что он сжал сильно, – он сжал нормально, – а в том смысле, что сама ладонь была будто не из живой плоти, а из чего-то более плотного. Гладкого, теплого, но не по-человечески. Я отдернул руку быстрее, чем планировал.

Амос это заметил. Глаза за тонкими линзами чуть сузились. Но он ничего не сказал и сохранил улыбку.

– Меня направил к вам старейшина Марк, – сказал я, не затягивая.

– Знаю, – легко ответил Стерлинг. – Он меня предупредил.

Предупредил. Естественно.

Я постарался, чтобы эти слова не отразились у меня на лице.

– Сказал, что к нему утром подошел человек с потерей памяти, – продолжал Стерлинг. – Что он привез тебя сюда для оформления пропуска и что ты потом сам выйдешь ко мне. Попросил помочь тебе устроиться. Вот я и жду.

Он говорил это будничным тоном, будто докладывал о мелочи. Но каждое слово у меня ложилось тяжело.

Марк ему позвонил. Не «встретил случайно» Стерлинга раньше. Именно предупредил, что я иду. Значит, пока я был в регистрации, Марк успел – через свою родинку на ухе или еще как – позвонить этому человеку, который уже стоял у входа в башню. И я, как болванчик, четыре часа ходил по кабинетам, пока Стерлинг спокойно стоял тут и ждал.

А до этого – Марк ехал по городу и «случайно» увидел меня у куста.

Я постарался держать лицо ровным и сразу вернулся к делу. Сил на эмоции не было.

– Стерлинг, у меня ни крыши, ни еды, ни денег. Я не знаю, куда идти. Старейшина сказал, что после регистрации меня направят в центр помощи. Но меня никуда не направили. Мне просто дали карточку.

Я вытащил ее из кармана, показал.

– Скажите честно: это была регистрация или нет?

Амос посмотрел на карточку. Потом на меня. Его улыбка чуть погасла.

– Нет, Константин, – сказал он мягко. – Это была не регистрация. Тебе только оформили пропуск на территорию Цитадели. Регистрация – это другое. Другое место. В городе. Там тебе заведут и виртуальный паспорт, и начислят стартовые седы – это такая местная валюта и социальный рейтинг в одном, позже разберешься, – а затем определят, в какой центр помощи тебя направить. Вот это – регистрация.

Я молчал.

Нет.

Я не зарегистрирован.

Я стоял и пытался уложить это в голове. Четыре часа кабинетов, анализы, сеточка на виски, бумажные бланки на русском, – все это было не регистрацией. Это было оформление пропуска. Чтобы зайти сюда, в здание, в которое я, вообще-то, не собирался заходить. Мне был нужен центр помощи. Не Цитадель.

– Без регистрации ты, – продолжал пояснять Стерлинг, – юридически никто. И это, если честно, хуже, чем ты думаешь.

Он заметил, что я побледнел, и добавил:

– Нет, сейчас тебе ничего не грозит, пока ты со мной. Но если бы ты пошел в темноте один по воинской части или по городу – тебя бы подобрал первый же патруль и отвез в колонию. До выяснения. И там ты просидел бы до первых попыток разобраться, кто ты, что занимает не меньше недели. Без объяснений. Так устроен протокол. Без паспорта, без седов – ты не существуешь.