Вларос: Код Императора. Книга 1

Глава 8. Нейпсилик

Мы сели в следующий гравибус. Даже пяти секунд не подождали на остановке. По внутренней трассе воинской части встречные гравибусы проходили один за другим – видимо, в этот час у людей как раз заканчивалась смена. Я заметил, что ни один из гравибусов не был полностью заполнен. Максимум наполовину. Наверное, это из-за того, что их было очень много. Один подъехал, другой отъехал – и никакой толкучки. Вскоре проехали второй блокпост и оказались во внешнем кольце.

Военных было много. Смотря на них, я невольно задавался вопросом: «Если планету объединили во время Великой войны, то зачем нужна такая армия?»

– А почему не сокращают военную мощь, это же расходы огромные?

Амос посмотрел на меня так, как будто я спросил какую-то глупость, и начал загибать пальцы:

– Во-первых, из-за далеких войн в других системах. С Земли ежегодно уходит около ста тысяч добровольцев в горячие точки. Самая кровавая война сейчас в созвездии Галландий. Слышал?

– Нет.

– Это на окраине Империи. Там уже шестьсот лет ведутся ожесточенные бои со сквигами. В общем, долго объяснять, просто знай, что туда отправляют войска.

Я кивнул, не вникая. Галландий. Где-то на окраине Империи. Запомнил как название, не более.

– Во-вторых, из-за угрозы терроризма. У нас, правда, нет терактов уже почти тысячу лет. Но по мнению правительства – угроза существует. И теракт на Императорском кургане, произошедший три месяца назад, это подтвердил. Однако он, скорее, исключение.

Три месяца назад.

Я на секунду задумался, не связано ли это как-то с Марком – с его звонком, после которого он резко изменился в лице. Но нет, звонок был сегодня, а теракт – три месяца назад. Это не то.

Амос, тем временем, продолжал:

– В-третьих, для поддержания порядка. После введения жестких законов люди боятся даже украсть мелочь, а солдаты – это не только боевая мощь Империи. Это еще и полиция.

И тут он понизил голос – не до театрального шепота, но до конспиративного тона:

– Лично я думаю, армию не сокращают по другой причине. По официальной – террористы, войны, порядок. А по неофициальной…

Он посмотрел на меня серьезно:

– …я считаю, что Кенси жив. Что он где-то прячется. Что рано или поздно он себя проявит.

Я смотрел на Амоса молча.

– Это только моя теория, – добавил он быстро. – Никто со мной не соглашается. Но есть детали, которые не сходятся. Я думаю, наш Император не теряет бдительности именно поэтому. Поэтому у нас и Великая лучевая пушка на вершине. Поэтому и все службы безопасности. Мы ждем его возвращения.

Мы ждем его возвращения.

Я снова поймал себя на мысли, что внутри у меня что-то откликается на эти слова. Не страхом. Не удивлением. А согласием. Будто часть меня уже давно с этим согласна. Будто часть меня ждет возвращения Кенси так же, как его ждет сам Император.

Я моргнул.

Мысль ушла. Но успела оставить неприятный осадок.

Амос продолжал смотреть на меня. Потом вдруг спохватился:

– Слушай, я на тебя столько вывалил. Извини. Марк, конечно, меня предупредил, что рассказать можно много, но я увлекся. Ты не грузись. Это все давно, это история. Сейчас ничего плохого не происходит. Правда. Мир, как никогда, спокоен.

Он похлопал меня по плечу – тем же твердым, не совсем живым прикосновением, что и рукопожатие.

– Расслабься. Скоро приедем. Жена у меня хорошо готовит.

Я молча кивнул. Гравибус уже поворачивал в сторону жилого района внешнего кольца воинской части.

***

Через несколько минут мы стояли у небольшого жилого комплекса. Несколько приземистых зданий, соединенных между собой крытыми переходами, зеленый сквер между ними, широкие дорожки, по которым ходили в гражданской одежде люди с покупками. Ничего военного. Обычный пригород.

Только забора вокруг не было. Ни реальной стены. Ни виртуальной красной линии. Просто заканчивались жилые здания, начинался небольшой двор, а за ним – огромный ангар с военной техникой.

Амос жил во втором доме от остановки. На третьем этаже. Мы поднялись не лестницей – ступенек я вообще не увидел – а прозрачной капсулой, похожей на тот аэролифт, только поменьше и помещенной внутрь здания. Дверь в его квартиру открылась от одного прикосновения ладони к гладкой темной пластине у косяка.

Из кухни вышла женщина.

Она была немного моложе Амоса. Стройная, со светлыми волосами, собранными в узел на затылке. Одета в простое домашнее платье землистого цвета. Улыбнулась нам с порога, подошла к Амосу, коснулась рукой его плеча – мягко, по-семейному.

Потом повернулась ко мне.

– Это Константин, – сказал Стерлинг. – Наш сегодняшний гость. Он устал, голоден. Накорми нас, пожалуйста, а комнату я сам подготовлю.

Она кивнула и мягким голосом произнесла:

– Лилли.

Одно слово. Потом сделала приглашающий жест рукой в сторону кухни.