Власть демиурга

Глава 4

Глава 4

Гана, кабинет начальника тайной канцелярии…

- Господин Литис, мы упустили её… К сожалению, без собственных магов поймать вражескую колдунью оказалось для моих людей слишком сложной задачей – ей всё же удалось от нас скрыться. Мне нужны маги, господин. Мы же раньше прибегали к их услугам! Я слышал, что были времена, когда маги и тайная канцелярия успешно работали вместе, плечом к плечу, а не уничтожали друг друга. Полагаю, что сотрудничество пора возобновить – ловить мятежных магов должны другие, лояльные нам маги, иначе мы так и будем упускать их, сбиваясь со следа. Не подскажете, почему мы отказались от столь перспективного сотрудничества?

- Эх, Арсий, Арсий…

Мужчина сокрушённо пожевал губами и, после непродолжительной паузы, продолжил:

- Не ожидал я от тебя такого – проклятых мне на службу предлагать... Так скоро и людьми их считать начнёшь! А ведь ты обещал поймать занаданскую диверсантку без всяких магов, которых у нас не только нет, но и само использование их проклятой силы запрещено указом величайшего короля нашего! И даже головой своей за поимку ручался!

- Виноват, господин, я не справился с заданием и должен быть наказан…

- Сам знаю, что виноват. Ну и что ты предлагаешь мне с тобой делать? Голову твою забрать, как обещал?

- Берите, господин! Я не справился и достоин смерти, но...

- А зачем мне твоя голова?! – перебил подчинённого Литис, не дав ему высказать очередную крамольную мысль. - На камин поставить? Казнить тебя – не проблема, а вот где мне вместо тебя других работников найти? Но мы поступим по-другому… У тебя, кажется, семья есть? Жена… И даже дочка почти взрослая? Ты о них подумал?

- Пощадите, господин! – испуганно пролепетал Арсий, догадываясь, что, несмотря на неоднократно высказываемые нестандартные мысли и оригинальные предложения, нередко благосклонно принимаемые уважающим не скованный рамками должностных инструкций мыслительный процесс начальством, на этот раз в своих речах он зашёл слишком далеко. – Я виноват и заслуживаю смерти, но семья тут ни при чём! Не трогайте мою семью, умоляю!

- Не умоляй, я этого не люблю, - задумчиво проговорил Литис. - Однако я, пожалуй, дам тебе ещё один шанс. Пока посидишь денёк под арестом, подумаешь о смысле жизни, заодно дознавателям расскажешь, что сделал, дабы диверсантку занаданскую поймать. По минутам расскажешь. А мои люди пока с твоей семьёй пообщаются, объяснят, как ты был неправ. Дочку твою с женой твоей сюда заберут, посидят они пока под охраной. Это будет дополнительным стимулом для тебя – лучше искать станешь. Ну а как выйдешь от дознавателей, сроку тебе на поимку – неделя.

- Неделя?!

- Да, Арсий, неделя. Через неделю на главной площади Ганы будет разожжён костёр. Или ты приводишь мне диверсантку, которую я сжигаю на костре, или на костре станет гореть твоя семья.

- Пощадите, господин! Простите!

- Бог простит… Всё, свободен. Иди, тебя дознаватели ждут.

Проследив, как согнувшаяся в низком поклоне фигура его личного цепного пса скроется за дверью кабинета, глава тайной канцелярии Шанары, достав из выдвижного ящика своего рабочего стола большую глиняную кружку, а из стоящего рядом шкафа – пыльную бутылку, сковырнул кинжалом пробку, плеснул в ёмкость густого ароматного рубинового напитка и, насладившись терпким вкусом старого настоявшегося вина, тихо пробормотал, будто оправдываясь:

- Как же жаль терять тебя, Арсий… И как не вовремя… Ты всегда отличался нестандартными взглядами и оригинальными подходами к порученным заданиям и лучше всех остальных с ними справлялся. Твоя голова, Арсий – твоё благословение и она же твоё проклятие. Замену такому человеку найти непросто, но, к сожалению, здесь я уже бессилен – ты стал слишком много думать, и к тому же начал задавать слишком опасные и слишком правильные вопросы. А там, глядишь, и до ереси недалеко. Жаль, искренне жаль, но скверну надо вырывать с корнем, и делать это необходимо как можно раньше, пока она не проросла, не дала побегов и не стало слишком поздно…

***

Лита не спеша въезжала в столицу Шанары, уютно устроившись перед Одином поперёк седла и прижавшись своим плечом к его широкой мускулистой груди. Подъехав к городу, путники спешились и повели своих коней в поводу – на въезде в город стояла охрана и пропускала разбившийся на две извилистые колонны людской поток, проверяя у них документы и собирая мзду за въезд. Фарас, ведя своего коня на поводу, направился к пешей очереди – другая вереница ожидающих прохода в город выглядела не в пример длиннее первой и состояла из гружёных товаром телег. Следом за Фарасом направился его помощник и выживший солдат. Один, спешившись сам и сняв с седла Литу, пристроился в самый конец очереди, заняв место за своими попутчиками.

Очередь двигалась быстро – по-видимому, процесс осмотра и изъятия денежной наличности был отлажен охранниками до автоматизма. Не прошло и нескольких минут, как священник, сунув служивым какую-то бумажку и несколько мелких медных монет, прошёл со своими людьми в город – охранники молча их пропустили, скрестив алебарды перед Одином и перегородив проезд. Лита уже собиралась спросить у стражи, сколько им нужно заплатить за въезд в город, однако её опередил Один, презрительно спросив у стражников: