Власть имущий

Часть вторая. Глава 1

- Вовка, собирайся! Мама опаздывает на работу. – Маргарита поправила на себе черный лифчик, мимоходом присмотрелась к своему отражению в зеркале. – Вовочка, быстрее! – отвлеклась от своего изображения, улыбнувшись.

Зрелище пыхтящего сына на кровати, пытавшегося победить ненавистные штанишки и носки, было куда лучше, чем снова разреветься, вспоминая, что уже четвёртый год без Владимира, без его поцелуев и ласк.

- Челтовы носки! – бухтел трёхлетний пацаненок. – Долбанные станы! Кто плидумал мусчин мучать этой одесдой?

- Что ты там говоришь? – напомнила о себе сыну, пытаясь скрыть улыбку, от высказанных им слов.

- Говолю, что вам, сеншинам, повесло! Юбку повесила - и готово! – справился, наконец-то, с непослушными штанами и теперь натягивал спортивки на попу. – А сдесь!... – зарычал недовольно и завалился на спину в виде звезды, разлёгшись на мамином широченном ложе.

- Ты забываешь о колготках для дам. – подошла к кровати, задумав пощекотать паренька.

- Тоснооо… - протянул Вовка. – Час от часу не легче.

Рита изо всех сил пыталась подавить в себе веселье. Мальчишке всего три года, а в обиходе у него масса взрослых жизненных выражений. Бабушка даже при правнуке не сдерживалась, выплескивая возмущения касательно жизни, соседей и так – бытия.

- Встань! – сделав серьезный тон, и, стараясь не рассмеяться, обратилась Рита, схватив его за футболку.

Вовка засопел снова, возмущаясь, но промолчал. Мама ему всегда помогала, вот и сейчас он понимал, что лучше послушаться и тебя оденут, не  то мать уйдёт и придётся всё делать самому под колючим взором строгой прабабушки. «Маму задерживать нельзя!» - вывел единственное правило утра паренёк.

- Когда же ты научишься одеваться самостоятельно? – причитала Ритка. – Маленький мой, сынишка.

- Мам! – взвился Вовка.

- Да, молчи уже! – отмахнулась. – Маленький и не спорь! – указала на штаны и поправила, чтобы при ходьбе ненароком не наступить на край. – Взрослые сами одеваются, а не возмущаются.

-Фу-ф… - недовольно выдохнул Вовка, шустро спрыгнул с кровати и помчался в коридор обувать кроссовки.

- Сорванец, помочь? – вышла из кухни бабушка Ритули.

- Сам сплавлюсь! – злясь уже на обувь, но получилось быстрее, осталось победить куртку и всё, можно выходить.

Рита и Полина Яновна улыбнулись друг другу, подмигнув. Утренний поцелуй и вот уже внучка с правнуком шагают по тротуару к детскому саду, расположенного недалеко во дворе дома. Сын и мать попрощались на целый день, подарив друг другу воздушный поцелуй.

- Вовка, ты что же это? Маленький? Чё это с мамкой целуешься? – подначил иной малыш, выглянув из-за спины воспитателя.

- Я маму свою люблю! – заявил задире. – А любимых сечин мосно и нусно целовать! Чтоб не сабыли о нас! – гордо выпрямился и пошел, махая матери рукой.

Ритка же пыталась проглотить ком в горле.

Да! Целовать и обнимать, чтобы не забыли. Вот её ОН не целует и не обнимает, а она никак забыть не может.

Да, видела его в гробу; да, попрощалась навсегда! Так почему же у неё стойкое ощущение, что Вовка вернётся? Почему не может даже представить на своём теле поцелуи других мужчин? Почему не может отпустить?

В первые дни, после того страшного дня было очень тяжело, но организм ей преподнёс "подарок" в виде обмороков и равнодушия. Потом родился Вовка младший, и времени раскисать не осталось. Иной раз по ночам проливала слезу, но только по умершим родителям. Её губы и тело ждало чего-то, точнее кого-то.

Перед ней затормозила тёмная машина с высокой посадкой. Дверь открылась, а из её недр раздался знакомый голос того, кто столько лет был рядом и помогал. Может быть, из-за Сашки она не могла забыть своего Мужа?

Александр всегда такой спокойный и улыбчивый приходил к ней именно в те минуты, когда хотелось завыть от гложущей тоски по Владимиру. Вот и сейчас он снял дорогущие солнечные очки. Теперь его тёмные глаза сверкали, радуя душу.

- Рыжик, садись, подвезу! – улыбался успешный бизнесмен и не только.

Маргариту передёрнуло. Так её называл только Володя. Непонимающим взором посмотрела на того, кто с ней сейчас заговорил. «Сашка? – задала сама себе вопрос и прислушалась к сердцу. – А почему нет?» - осмотрелась вокруг, понимая, что сама вряд ли захочет рулить на простенькой машине по мокрым дорогам города.

- Спасибо, Саш… - не узнавала свой голос.

- К тебе? – уточнил направление и, стукнув по креслу водителя, подтвердил маршрут, увидев кивок молодой женщины. – Как продвигаются дела в клинике?

«Ему всё нипочем! – удивилась Ритка, любуясь широкой и светлой улыбке Александровича. – Когда бы не встретила его, он весел и бодр, как будто и не терял лучшего друга вовсе!»

- Знаешь? – рада была отвлечься от своих мыслей. – Я так тебе благодарна. За этот год мы с бабушкой хоть немного смогли головы приподнять. Рада, что ты меня убедил перейти в частную клинику. Я, наконец, с долгами рассчиталась и теперь могу просто жить по-человечески, не думая ни о чём!

- Уже сколько раз говорил, прими деньги Вована! Они такие же и твои, как и его! – снова эта тема, Саныч невольно скрипнул зубами.

- Прекращай! – остановила его Рита. – Я выходила за него не из-за денег!

- Да, всем итак понятна причина твоего поступка! Но! Это же деньги! С ними тебе работать не нужно будет! Как ты не поймёшь? – Сашка не мог уяснить упорность Ритки в этом вопросе.

А между тем, кругленькая сумма Понятовского Владимира Владимировича сейчас бы ему пригодилась. Не всё так радостно оказалось в том кресле, к которому так стремился Менделей. Тяжко нести груз Власти держащего, а тут ещё братва со своими вопросами и требованиями. Каждый год приносил всё новые и новые проблемы, с которыми Саша уже не знал, как справиться. Цезарь был рядом, но толковых идей не генерировал.

- И что таки, Сашка, ты от меня хочешь? – вспомнил недавний разговор с этим несносным евреем. – Я руковожу только тем, как два прибавить к двум. Если тебе понадобится шесть или три – сделаю. За большее ты меня не спрашивай. Нет у меня той головы, что стратегию обмозговывает! Таки тяжко без Вовкиной черепушки! – от этих слов Сашку передёрнуло.