Власть неживых. Поймать вампира

***

Место, куда привёл нас Буру, было... на удивление приличным. Тихий район с частными домами. По дороге охотник связался по сотовому со своим приятелем, и тот, попыхивая сигаретой, уже ждал у массивных кованых ворот. Высокий, довольно молодой, лицо — грубовато-непривлекательное, один глаз светло-голубой, другой — почти чёрный, на шее до самого подбородка — татуировка в виде драконьей чешуи. Не сводя с нас пронизывающего взгляда, незнакомец затянулся, и огонёк сигареты будто отразился в его глазах. А потом выпустил струю дыма и, перебив Буру, начавшего пространно рассказывать о том, как мы познакомились, бросил:

— Всё это мне неинтересно. Ты, — кивок на меня, — сколько кровососов убила?

— А ты? — спокойно спросила я.

Он усмехнулся.

— Много, не считал.

— Сомневаюсь. Иначе не спрашивал бы точную цифру у меня.

Он сузил глаза, и в них уже безошибочно промелькнули огненные язычки. Феникс. Представитель одного из самых таинственных и закрытых кланов Нью-Ноктиса. С меня он перевёл прищуренный взгляд на невозмутимого Дуанте, потом на огромного чёрного волка, тенью застывшего за моей спиной, на довольно ухмыляющегося Буру и затушил сигарету.

— Я — Виверн, — протянул руку мне, потом Дуанте, кивнул Эбере. — Можете остаться здесь, пока не... в общем, сколько захотите.

— Чей это дом? — спросила я.

— Тебе не всё равно, лапуля? — хмыкнул он, звякнув ключами.

Нажал кнопку на брелке, и ворота начали раздвигаться, а у меня... словно закружилась голова, и на мгновение перед глазами возникла похожая картина: массивные ворота, за которыми возвышается величественный особняк...

— Камара? — шёпот Дуанте привёл меня в чувство. — Идём?

Я молча вошла в просторный двор, игнорируя пытливый взгляд нового знакомого, от которого явно не укрылось моё замешательство.

— Дом ваш, но не совсем, — заявил он, войдя следом. — Сюда может без предупреждения нагрянуть любой из «Ангелов», имейте это в виду, когда... — он смерил многозначительным взглядом меня и Дуанте. — Вы ведь любовники?

— Тебя не касается, уголёк, — холодно осадил его напарник.

— Уголёк? — запальчиво переспросил тот.

Но Дуанте, словно дематериализовавшись, молнией мелькнул мимо него, ловко выхватил ключи, и, в мгновение ока вернувшись в исходную позицию, тряхнул ими в воздухе.

— Да. Уголёк.

По лицу Виверна промелькнуло очень неоднозначное выражение — что-то среднее между восхищением и крайней неприязнью, в глазах снова мелькнули огненные язычки. Но верх одержал здравый смысл. Криво ухмыльнувшись, он оглянулся на Буру.

— Начинаю понимать, что ты имел в виду, говоря об этих дво... троих. Что ж, будьте как дома. Кофе, виски и что-нибудь пожевать найдёте внутри. Если что понадобится, дайте знать, у Буру мой номер есть. Осваивайтесь, а я загляну через день-другой.

Махнув рукой, он двинулся к припаркованному рядом с воротами мотоциклу. В темноте мелькнула неоновая нашивка на спине чёрной кожаной куртки — крылья ангела, меч и капля крови.

— Это отличительный знак « Кровавых Ангелов», — пояснил Буру. — Ну, моя задача здесь выполнена. Как решите продолжить наш сегодняшний разговор, сообщите. Но не ждите слишком долго. Это дело уже привлекло немало охотников, как из Нью-Ноктиса, так и пришлых вроде вас.

— Боишься, твоего убийцу отловят раньше тебя? — усмехнулся Дуанте. — Если так, не такое это и сложное дело.

— Дело сложное, не сомневайся! — возразил Буру. — И, чем раньше мы за него примемся, тем лучше! Тихой ночи вам обоим!

Когда он исчез за воротами, мы с Дуанте вошли в дом. Обстановка довольно простая, но всё необходимое имеется. И снова, когда оказалась в гостиной и увидела кресла и низенький столик на потёртом ковре, в сознании мелькнуло смутное воспоминание. Тоже гостиная, но роскошнее этой, мебель, ковры... и затемнённая фигура мужчины, замершего у стены и будто наблюдающего за...

— Камара?

Сморгнув, я подняла глаза на Дуанте.

— Ты был прав, согласившись на предложение Буру. Это место мне нравится. Но не думаю, что нам стоит здесь задерживаться.

— Потому что оно будит в тебе воспоминания?

От Дуанте трудно что-то скрыть, но я только качнула головой.

— Просто всё складывается слишком гладко.

— Согласен, — Дуанте пронизал меня пытливым взглядом. — Помнишь, мы договорились доверять друг другу без оглядки и никогда не задавать вопросов о прошлом, говорить о нём только, если сами того хотим? Когда выяснишь всё о своём прошлом, не посвящай в него меня. Обещаешь?

— Да... — прошептала я.

— Хорошо, — Дуанте вздохнул и, как бы закрепляя сказанное, проговорил:

— Для меня ты навсегда останешься сиреной, чарующей звуками своего голоса. А теперь посмотрим, где будем спать?

Я кивнула и, смерив Дуанте не менее пытливым взглядом, чем он — меня, проронила:

— Ты хочешь взяться за это дело, ведь так?

Он дёрнул плечами и повторил фразу, сказанную Буру: