Власть неживых. Поймать вампира

Глава 4. Камара

Вокруг шумит ночной лес, слышится волчий вой, воздух звенит от него и от нависшей угрозы. Ноздри щекочет запах крови, тяжёлый, металлический... дурманящий, как ничто иное на свете. И я бегу на этот запах через лес, не помня себя, не думая об опасности. Ветки не успевают хлестнуть по лицу — с такой скоростью я несусь в чащу. Слышу едва заметный, неразличимый для человеческого уха шорох под невесомыми шагами моего наставника, и ускоряюсь. На поляну мы выскакиваем одновременно, зная, что они здесь и ждут. Но несмотря на то, что я чувствую их сердцебиение, слышу дыхание, одному из них удаётся застать меня врасплох. Он вырывается из ближайших кустов с леденящим душу воем, и я вместо того, чтобы защищаться, падаю на траву... и просыпаюсь. Стены комнаты, где я заснула накануне, кровать, которую мне великодушно уступил Дуанте... Мне просто приснился кошмар... опять. Хотя снящиеся мне «кошмары» — скорее воспоминания. Чаще всего я вижу в них изысканно обставленную комнату и затемнённое лицо мужчины. Но сейчас почему-то приснилась ночь нашего знакомства с Эбере.

— Камара? Уже не спишь? — в приоткрывшуюся дверь заглянул Дуанте.

— Нет, — я поднялась с постели.

— Я вообще не спал, — поделился напарник.

— Думал о деле? — я насмешливо вскинула брови. — Или пере-думал в него ввязываться?

Дуанте растянул губы в улыбке и покачал головой. Я закатила глаза.

— Здесь душно. Посмотрю, как устроился Эбере.

Солнце ещё не взошло. По окружавшим особняк деревьям пробегал утренний ветерок. Под самым раскидистым темнело нечто более чёрное, чем безлунная ночь, и я направилась к нему. Волк сразу почувствовал моё приближение. Во мраке мелькнули алые огоньки глаз, распахнулась и снова захлопнулась белозубая пасть.

— Разбудила? — улыбнулась я подходя. — Прости.

Волк ласково ткнулся в меня косматой головой, и я зарылась пальцами в густую шерсть.

— Дуанте и я собираемся пройтись по улицам. Ты с нами?

Он коротко рыкнул, и я снова улыбнулась.

— Могла бы догадаться. Но, может, начнёшь привыкать к городскому образу жизни? Скорее всего мы здесь задержимся.

Эбере лишь потёрся лбом о моё плечо, а я шутливо дёрнула его за мохнатое ухо.

— Не вредничай. Всё равно ведь придётся рано или поздно. Не будешь же всегда ходить в волчьей шкуре!

— Погоняла ему блох? — послышался за спиной голос выглянувшего из дома Дуанте. — Буру хочет поговорить с нами обоими.

Полуобернувшись, я видела, как напарник потряс в воздухе сотовым и снова скрылся в доме.

— «Хочет поговорить», — хмыкнула я, снова повернувшись к волку. — Точнее потребовать плату за свою «доброту». Так и думала. Ты ведь тоже ему не доверяшь? — легко потрепала тихонько рыкнувшего Эбере по спине и направилась к дому.

С Эбере мы встретились, когда мне было восемь. Тогда их стаю возглавлял сумасшедший садист, любимым развлечением которого была охота, причём довольно изощрённая. Несчастную жертву могли гонять по лесу сутками, то позволяя оторваться и почти спастись, то буквально хватая зубами за пятки. А когда у «дичи» уже не оставалось сил даже ползти, её разрывали на части. Но, по глупости, очередной жертвой альфа-садист выбрал моего наставника, хищника пострашнее любого зверя. Подробности мне неизвестны — Крейн всегда был немногословен. Знаю лишь, что с места стычки то, что осталось от альфы, уносили по частям. На следующую ночь жаждавшая мести за гибель вожака стая пришла за нами. Приснившийся мне сегодня кошмар был лишь отголоском того, что тогда произошло. Для меня это была первая битва. Первая и одна из самых кровавых. Я не видела ничего сквозь застилавшее глаза марево, рычала и терзала всё, что попадалось на пути, не хуже напавших на нас хищников. А когда туман одержимости рассеялся, увидела раненого молодого волка, слабо скалившего зубы. Его оставили, посчитав, что он всё равно не выживет. Крейн тотчас вознамерился его добить, но я, не знаю почему, бросилась между его смертоносной бо[1] и хрипевшим от бессилия волком. Моё первое открытое неповиновение наставнику... и последовавшее за ним серьёзное наказание. И не сказать, чтобы спасённый волчонок был мне очень признателен. Приблизиться к нему я смогла лишь, когда он окончательно ослабел от потери крови. Тогда я перенесла его в нашу хижину и выхаживала, игнорируя тяжёлый взгляд Крейна. Скорее всего, он надеялся, что волчонок, очнувшись, снова на меня нападёт, и мне придётся прикончить его собственноручно. Но всё произошло совсем не так...

— Сегодня? — равнодушный голос развалившегося в кресле Дуанте вырвал меня из воспоминаний.

Напарник обожает притворяться. Чем равнодушнее голос, тем больше он заинтересован в разговоре.

— Камара здесь, ставлю тебя на громкую связь, — объявил он, скользнув пальцем по экрану.

— Привет, красавица, — пророкотал из сотового голос Буру. — Я как раз рассказывал об одном дельце. Оно довольно щекотливое и риск немалый. Но и вознаграждение более чем щедрое!

Дуанте лишь презрительно хмыкнул. Его деньги не интересуют, он — охотник из убеждений и жажды мести.

— Из местных охотников за него мало кто возьмётся, только кто-то из приезжих вроде вас, — продолжал Буру. — Но твоего напарника оно, кажется, заинтересовало.

— Ещё не знаю, — лениво возразил Дуанте.