Власть огня

Глава 12

Чем ближе они были к столице, тем тревожнее становилась Айяна. Будущее пугало ее. Она уже не сомневалась, что пройдет испытания и поступит в Академию: огонь бурлил в крови, требуя выхода. Вызывать с каждым днем становилось все легче, тем более что любимый маг понемногу учил ее, но больше предостерегал.

На него она чаще всего отвлекалась. Множество вопросов не давали ей покоя. Станет ли Квилл ее ждать? Захочет ли быть рядом или оставит ее, едва они достигнут цели? Думает ли он о ней по-прежнему или боится?

Айя все не решалась спросить об этом прямо. Вдруг он подумает, что она навязывается ему? Потому наблюдала за ним, пытаясь за словами и поступками разглядеть то, о чем мужчина не говорил открыто. Ее спутник был по-прежнему внимателен, заботлив, но ей самой было мало дружеского общения. Она жаждала большего, но стеснялась признаться в этом даже себе и боялась вновь причинить боль любимому человеку.

Квилл избегал прикосновений, держался несколько отстраненно, но старался помочь. Он научил ее одному заклинанию, которое позволяло сдерживать растущую силу, заставил выучить наизусть и повторять каждое утро. Сразу предупредил, что это временная мера, а Айя была рада и этому.

– Может быть, ты сам станешь меня учить? Зачем мне кто-то еще, если ты так много знаешь?

Решилась задать вопрос, над которым размышляла не одну бессонную ночь. Это была и просьба, и признание, но Квилл то ли не понял, то ли не желал понять.

– Сомневаюсь, что из меня выйдет хороший учитель, – ответил он.

– По-моему, самый лучший!

Они сидели в углу таверны. Отсюда прекрасно просматривался зал, а сами путники не привлекали внимания. Здесь было слишком много посторонних, и все, что могла позволить себе Айя, это протянуть через стол руку и коснуться руки Квилла. Он осторожно сжал ее пальцы, но и того было достаточно, чтобы ее сердце забилось быстрее.

– Лучше, если твоим образованием займется опытный маг. Я могу нечаянно навредить тебе. Исправить что-то потом будет сложно и очень больно. В Академии тебе обязательно помогут.

Айя кивнула и вернулась к нетронутому ужину. Ела, не чувствуя вкуса пищи, и вряд ли могла бы сказать, что именно лежало на ее тарелке.

Мечта, которую она так долго лелеяла в своем сердце, померкла. Стоило только допустить саму мысль о том, что в ее новой жизни не будет Квилла, как все теряло смысл. Сколько бы она ни убеждала себя в обратном, как бы ни старалась не думать о нем, ничего не получалось.

Сама не заметила, как влюбилась в него. Пыталась понять, когда из обычного постояльца он превратился в самого дорогого человека. Может быть, это произошло в тот вечер, когда он появился на пороге отцовской таверны или когда утешал ее после разговора с матерью Матина? Когда впервые рассмешил ее или предложил отправиться с ним в столицу.

Айяна не смотрела на сидящего напротив мужчину. Притворялась, что занята едой, хотя с трудом заставляла себя есть. Сказывалась привычка и наставления матери, которая считала сытый желудок залогом здоровья. Слишком часто они недоедали, живя в деревне.

Квилл что-то говорил, но она не слышала его, погрузилась в воспоминания, позволила грусти затопить ее душу. Надо было учиться жить без него, если он не был готов остаться с ней. Вырвать с корнем все чувства к нему, запечатать сердце и больше никогда не влюбляться.

– ... посоветует, как лучше поступить.

– Что? – переспросила она, окончательно потеряв нить разговора.

– Мой наставник, который спас и вырастил меня. Без него я вряд ли пережил смерть родителей, – терпеливо повторил Квилл. – Он преподает в Академии и поможет нам. Не волнуйся, я буду рядом.

– Надолго?

Отвернулась, чтобы он не увидел слез в ее глазах. Что-то слишком часто она стала плакать из-за одного несносного мужчины. Только Квилл заметил или почувствовал, как изменилось ее настроение. Пересел на ее скамью, обнял за плечи и добавил:

– Сколько бы тебе хотелось?

"Навсегда, – подумала Айя, – до последнего вздоха". Чувствуя, как покалывает кончики пальцев, как пламя рвется наружу, как гордость берет верх над другими чувствами, ответила:

– До ворот Академии. Потом можешь идти своей дорогой. Ты и так сделал для меня слишком много. Не знаю, как отблагодарить тебя.

Напустила на себя серьезный вид. Попыталась отстраниться от мужчины, хотя больше всего на свете хотела обнять его в ответ и никогда не отпускать. Квилл только сильнее прижал ее к своей груди, поцеловал в макушку и добавил:

– Десять поцелуев в день будет достаточно. Лет за семьдесят рассчитаешься. Неужели думаешь, что я оставлю свое сокровище?

– Никакое я не сокровище, – насупилась она, пытаясь незаметно стереть слезы. – Мало ли кто ждет тебя в столице?

– Только мой наставник. Больше у меня никого не осталось.

Айяна сразу поверила ему, улыбнулась и чмокнула его в щеку.

– Это чтобы проценты не платить, – добавила, будто оправдываясь.

– Целуй его крепче, – подбодрил трактирщик. – Скоро не до того будет, совсем не до того.

– О чем вы, господин? – уточнил Квилл. От Айи не укрылась тревога в его голосе. – Что случилось?

– Да вы, видать, издалека едете, если до сих пор не слышали. Война, защити нас светлые боги!

Слова Квилла подарили Айяне крылья, но те вдруг перестали слушаться ее. Словно потеряв опору, она камнем падала вниз. Молотом по наковальне стучало одно слово – война. Болью отзывалось в сердце, всколыхнуло самые страшные воспоминания детства: потерю отца и слезы матери, пожарище на месте дома, голод, отчаяние, страх – и предрекало новые беды.

– Вон, послушайте торговца, – хозяин таверны кивнул в сторону одного из гостей. – Из самой столицы едет. Почтенный человек, врать не станет.

Айна с Квиллом, не сговариваясь, встали и подошли ближе к говорившему. Вокруг него столпились другие посетители, слушали внимательно, ловили каждое слово. Даже заснувший за столом старик, весь вид которого выдавал в нем любителя хмельных напитков, поднял косматую голову и что-то бормотал в ответ.