Влияние 3

Глава 8

В настоящее время

Погрузившись в воспоминания, я не заметила, как заснула. Мне скоро принесли завтрак, попытались разбудить, но это было бесполезно. Мой сон всегда очень крепкий, богатырский. Конечно, в этом заведении знали, как можно заставить меня бодрствовать, но они не стали этого делать. Им это не нужно было. Так что я спокойно проспала до утра следующего дня.

- Фаби, уже пора просыпаться, - слева совсем рядом послышался твёрдый голос Ларса.

Я только-только начала возвращаться из забвения и поэтому ещё лежала с закрытыми глазами, вся расслабленная, как желе. Доктор смотрел на мои показатели, которые транслировали датчики, по-прежнему подсоединённые ко мне. Он отлично знал, в какой я сейчас «фазе», поэтому решил разбудить в самый «подходящий момент». Мои тяжёлые веки медленно поднялись, и я увидела неизменный белый потолок того же самого медкабинета.

Ларс подсунул мне под спину руку, приподнял и усадил, облокотив на подушку. Теперь я увидела своего зайца, который лежал у меня на коленях. Вспомнились последние мысли, занимавшие голову, перед тем как долгий сон поглотил меня. Я протянула руку и взяла зайца поближе к себе. Эх, так и не выяснила, откуда он у меня.

- Попей воды, - сказал Ларс и поднёс к моему лицу стакан.

Я положила зайца себе на живот и попыталась взять стакан, но доктор не дал мне этого сделать. Он перехватил мою ладонь свободной рукой и сказал строгим голосом:

- Нет. Пей так.

Я не стала возражать. Сил на противостояние сейчас вообще не было. Ларс отпустил ладонь, поднёс стакан к моим губам, и я начала пить. Воды особо не хотелось, поэтому мои глотки были медленными и маленькими. Когда стакан, наконец, был опустошён, доктор убрал его и куда-то отошёл. Он чем-то пошуршал, постучал у стола и вернулся через минуту с небольшой тарелкой и ложкой. Я сразу поняла, что сейчас предстоит и отвернулась от него направо.

- Фаби, тебе надо покушать, - сказал Ларс спокойно, видя мою реакцию. Он выкатил из-под стола высокую табуретку на колёсиках и сел на неё около моей кровати слева.

- Я не хочу, - ответила тихо.

- Надо, иначе твоя рука никогда не выздоровеет. Тебе нужны силы. Посмотри на себя, ты худая, как скелет, - уговаривал меня доктор. Сегодня он на удивление был терпелив.

Я промолчала, продолжая смотреть направо. Аппетита совсем не было. Мне вообще ничего не хотелось. Не кушать, не пить, не спать, не лежать, не смотреть, не говорить. Ничего. Дурацкое, непонятное состояние.

- Либо ты сейчас кушаешь, либо мне придётся вставить тебе в желудок трубку и влить туда еду, - на полном серьёзе сказал Ларс.

Я заплакала. Из глаз потекли слёзы, из горла пробились писклявые всхлипы. Правой рукой я начала тереть глаза. Была надежда, что это как-то подействует на доктора, и он оставит меня в покое. Но нет.

- Повернись ко мне, - строго приказал Ларс.

Я медленно повернулась к нему, продолжая плакать и вытирать слёзы.

- Открывай рот, - так же сердито сказал доктор, поднося к моему лицу ложку, наполненную чем-то жёлто-белым.

Он был настроен серьёзно, мои слёзы его не тронули совсем. У меня возникла мысль - если сделать то, чего доктор требует, меня оставят в покое. Я послушно открыла рот и сразу получила порцию какой-то сладковатой жижи. Пришлось её быстро проглотить, чтобы спросить:

- Что это?

- Каша, - коротко ответил Ларс и наградил мой рот следующей порцией.

- Я сама могу, - проглотив, сказала я и тут же получила ещё каши.

- Нет, Фаби. Тебе не хватит сил держать даже ложку, - ответил доктор спокойно.

Плакать я уже перестала, но глаза пока ещё оставались мокрыми. Глотать приходилось как можно быстрее, чтобы не успеть почувствовать вкус этой странной каши. Именно поэтому тарелка опустела через пару минут, не потому что я была очень голодной. Мой первый завтрак был небольшим, видимо, доктор знал, что много мне и не съесть.

- Молодец, - холодно похвалил меня Ларс, поднялся с табуретки и отошёл, унося пустую тарелку.

Доктор сел за компьютер и принялся там что-то смотреть. Кажется, меня наконец-то оставили в покое. Я повернулась на правый бок, спиной к Ларсу, прижала к себе зайца и закрыла глаза.

Минут пятнадцать ничего не происходило. Я уже начинала засыпать, прямо так, полусидя, когда услышала шаги. Ларс оставил компьютер и подошёл ко мне теперь с правой стороны от кровати. Он аккуратно взял моё правое запястье и потянул на себя, выпрямляя мою руку. Я открыла глаза и посмотрела на доктора. Мой взгляд был полон негодования.

- Мне нужно взять у тебя кровь, - оправдал Ларс свои действия. – Повернись на спину.

- Не могу, живот болит, - сразу возразила я.

Это было правдой, у меня перехватило живот, как только я услышала про кровь. Зачем она ему нужна? Сделает из сонной воды мёртвую? Почему-то мне сейчас вспомнилось, как Хищник обратил синий бассейн Киллера в чёрный, чтобы достать своих клонов. Странная ассоциация. Мысли путались в голове, и я не особо понимала, что происходит.

- Хорошо, - ответил доктор. Он переложил моего зайку на подушку и затянул мне жгутик выше локтя. – Живот болит, потому что ты уже очень давно ничего не ела.

Сказал он, протыкая мне кожу шприцом в самом сгибе локтя с внутренней стороны. Я вся сжалась, было очень неприятно, но не так уж и больно. В более бодром состоянии, я бы сильно протестовала и не сдалась бы так просто. Сейчас на это не было сил совсем.

- Скоро всё пройдёт, и ты выздоровеешь, - обнадёжил меня доктор.

Ларс набрал две пробирки, снял жгутик, заклеил место прокола пластырем и вернул мне зайчика. Я взяла игрушку и прижала к себе. Доктор вышел из кабинета, оставив меня одну. По крайней мере, я так думала, пока спустя пару минут не услышала, что кто-то чем-то шуршит в углу. Видимо, этот человек пришёл, пока я засыпала и потому не заметила его сразу. А может он тут всё время был, просто сидел тихо за этажеркой.

Я попыталась снова заснуть. Сильная слабость накрыла меня. После попытки сбежать энергии у меня больше не появлялось почему-то. Видимо тогда были потрачены последние запасы.