Влияние квантовой неопределённости на свободу воли у дракона

Глава 6

Энци уже ждали не только её сокурсники, но и менестрель. Он не соврал, он действительно был не один, с ним была девушка с флейтой. Пока посетителей развлекала флейтистка, Энци с менестрелем пристроились за краешком стола курсантов.

– Во-первых, даже не знаю, кому я обязан, но подозреваю, что вам, друзья мои! Меня пригласили на следующей неделе выступить во дворце на балу в честь победителей! – торжественно объявил менестрель.

А ведь я хотел, но забыл рассказать об этом Энци. Теперь она не будет знать, что это я поспособствовал. Но ладно, главное, что в итоге получилось, как она хотела. Она восторженно захлопала в ладоши.

– Во-вторых, кое-что мы будем исполнять вместе с придворным оркестром! У нас уже были репетиции, и это, я вам скажу, будет грандиозно, обязательно приходите послушать, хоть под окнами!

– Да куда ж мы денемся, мы туда в приказном порядке идём, – засмеялись маги. – Нас же чествовать и собирались.

Менестрель удивлённо взглянул на молодых – в плане возраста, – людей и рассыпался в поздравлениях.

– А в третьих, я набросал стихи на ту мелодию, что вы мне неделю назад напевали, – обратился он уже только к Энци. – Не судите строго, сейчас мы её исполним впервые, а потом мы хотим исполнить её с оркестром.

Он вернулся к своей коллеге, они заиграли. Мелодия колебалась от баллады до незатейливой пастушеской песенки, как вдруг стала чем-то мощным, захватывающим. Это было очень необычно, но молодёжи, по-видимому, понравилось, кто-то даже попытался станцевать. Энци сидела, внимательно прислушиваясь, как будто не столько наслаждалась, сколько расчленяла музыку. Хотя скорее всего просто сравнивала с тем, что она помнила.

– Акустика, – тяжело вздохнула она, когда мелодия отзвучала. – Вам бы хоть барабаны завести. А так мелодию вы уловили верно, и слова мне понравились, они и близки к оригиналу, и отлично ложатся на мелодию. Браво, Фабио!

– А у вас нет ещё чего-нибудь для меня? – наклонился менестрель к моей донне. Мне показалось, что слишком интимно наклонился, так что я встал и пошёл к ним. Лучше уж предупредить безобразие, чем потом думать, куда девать труп. – Какой-нибудь новой мелодии?

– О, у меня полна голова мелодий, которые для вас были бы новыми, но я не знаю, как их оттуда адекватно извлечь, – рассмеялась Энци.

– Я так понимаю, играть вы ни на чём не играете? – приуныл менестрель. – Дворяне все хотя бы обучаются, даже если и не играют потом.

– Что тут про дворян и музыку? – влез в разговор один из адептов.

– О, Санти! Ты у нас, как весь из себя аристократ, должен уметь играть на чём-нибудь? – оживилась Энци.

– Разумеется, у меня даже флейта с собой. Я имею в виду, что в Академии, и на полигоне была, только музицировать было некогда.

– Саантии, – очень коварным тоном протянула моя донна, кладя руки на плечо однокурсника и придвигаясь к нему. Как быстро меняются кандидаты в покойники, однако! – А давай ты будешь меня учить играть на своей флейте?

Тут я наконец дошёл до этой компании.

– Вообще-то инструмент должен быть у каждого свой, тем более такой капризный, как флейта, – подпустив назидательности в голос, заметил я. – Маэстро, я считаю, что ваш первый совместный опыт получился весьма достойным, хотелось бы и в дальнейшем видеть подобного уровня исполнения.

Менестрель вежливо раскланялся, хотя мне показалось, что он не очень поверил в мою искренность. Ну и ладно.

– Адепт Энци, если пожелаете, я достану для вас флейту.

Я увидел, как вспыхнули её глаза, в них отразилось и надежда, и недоверие, и ожидание грядущего чуда. Моё сокровище радуется странным вещам. Она сама не успела ничего ответить, менестрель за неё рассыпался в благодарностях и расписал, какие радужные последствия для всех будут у такого подарка.

Девушка с флейтой напомнила своему коллеге, что их тут играть нанимали, так что они вместе исполнили ещё пару песен, под которые адепты радостно попрыгали, даже не пытаясь изобразить приличные танцы, после чего попадали за столы, отдуваясь и обмахивая себя кто чем. Самый мелкий из пацанов, почти на голову ниже Энци и по виду на несколько лет моложе, предложил проветрить. Открыли дверь, с трудом, но открыли одно окно, но движения воздуха все равно не было. Самый мелкий дал какой-то знак ещё одному адепту, они встали у двери и окна, что-то сделали, и приятный сквозняк начал кружить по помещению, и продолжил это делать, даже когда адепты сели обратно за стол, изредка чуть взмахивая руками, будто продолжая гонять воздух. Энци сначала смотрела за их действиями с завистью, потом с мелким отошли в сторону. Она встала у него за спиной, положила свои ладони ему на запястья. Он ускорил поток воздуха, который теперь пролетал прямо через это двойное кольцо рук, но Энци отрицательно покачала головой и разочарованно отошла.

Я окликнул её, жестом пригласил присесть к себе за столик.

– Энци, я смотрю на вас не более получаса, а вы уже обнимались с двумя адептами и получали благодарности от менестреля, – холодно заметил я. – Это у вас такое обычное дело?

– Когда я обнималась? – искренне не поняла она, потом сообразила, что я имел в виду. – А, это. Какие ж это обнимашки. Я пыталась понять, как же он с воздухом работает, он наш лучший воздушник. А я в этом плане совсем ноль, даже учителя делали замечание.