Влюбись в меня, срочно!

2. Катя

За год до начала развития основных событий

Вывеска частной школы номер девяносто шесть ничем не отличается от любой другой. Все та же стандартно синего цвета табличкам с золотистыми печатными буквами на ней. Базовая информация, контактные номера. Различия имеются только в размерах шрифта и, пожалуй, в одной маленькой детали…

"Отбрось надежду всяк сюда входящий", – нацарапанная белым маркером приписка неизвестного авторства располагается чуть выше таблички. Из-за чего мне приходится запрокинуть голову и прищуриться, чтобы разглядеть мелкий текст.

– Оригинально, ничего скажешь.

На губах моих расцветает улыбка. Ведь действительно, оригинально. Интересно, сильно досталось местному райтеру за подобную шалость? В моей прошлой школе за такое бы точно грозило исключение.

– Твоих рук дело?

Интерес мгновенно угасает, сердце пропускает удар. Потому что до моего вмиг опустевшего разума доходит: голос говорившего принадлежит точно не мне!

Я резко оборачиваюсь и сталкиваюсь со взглядом цвета грозовых туч в ночи. Насыщенно синих, с проблесками сверкающих молний насмешек внутри. Раз попав в плен такого взгляда, никогда не забудешь их обладателя.

– Чт-то, прости? – обращаюсь к высокому парню в школьной форме. Темные короткие волосы в беспорядке, руки в карманах, а симпатичное скуластое лицо выражает крайнюю степень скуки.

– Я спрашиваю, – незнакомец делает шаг ко мне, выдыхая слова, словно какую-то угрозу, – Твоих рук дело?

– Нет, – широко распахнув глаза, я двигаюсь в противоположную сторону и чувствую, что рюкзак упирается в злосчастную табличку, отрезая путь для отхода. – С чего бы вдруг? Я не…

– Прежде чем так бездарно оправдываться, хотя бы улики скрыла получше.

Все происходит слишком быстро. Незнакомый парнишка напоминает неизбежную природную катастрофу, от которой не сбежать. Наверное, поэтому мои слова звучат слишком вяло и неуверенно? Я никогда не умела давать отпор незнакомцам.

– Какие ещё… улики?

Парень кивает мне под ноги, отчего я тут же опускаю взгляд, но не вижу ничего, кроме подола своей черной ученической юбки чуть ниже колена и носов балеток, которые специально натерла до блеска ещё утром.

– Но тут же ничего нет… – голос глохнет, словно в горле застревает ком, когда мне под ноги падает белый маркер.

– Оригинальность наказуема, новенькая, – не скрывая иронии в голосе, произносит парень.

Следом слышится грозный окрик охранника, и незнакомого парнишку как ветром сдувает. А я, не успев сориентироваться, спустя пять минут сижу уже в кабинете директора, получая свой первый выговор в десятом классе. Ничего скажешь, отличный первый день в новой школе!

Именно с этого момента начинается наша негласная война с, как позже выяснилось, моим одноклассником — Марком Костровым. Официально: самым богатым учеником частной школы номер девяносто шесть и автором той злободневной надписи на табличке. А ещё парнем, который всерьез решил превратить мою жизнь в кромешный ад.

Наши дни

Стоит линейке закончиться, как нас всех разгоняют по домам. Мероприятие специально устраивают в последний день августа, поэтому в прошлом году я на него и не попала. Зато в этом… прочувствовала, так сказать, все прелести.

К счастью, Костров довольно быстро теряет ко мне интерес, переключившись на своих подхалимов: Сашу Василькова, долговязого паренька с короткой стрижкой и языком без костей, и Артура Терентьева, нашего местного звёзды по футболу. Эти двое — лучшие друзья Марка, хотя, признаться, я все никак не могу понять, как они уживаются вместе. Характеры-то у всех не сахар.

Я выхожу из театра в числе последних, желая скрыться от чужих глаз. В душе сумятица. То, что произошло на сцене, остаётся на сцене, однако… Поступок Марка отчего-то вызывал во мне странное чувство, очень похожее на предпростудные симптомы. Ладошки потные, в горле — колючая пустыня, а тело бьёт ознобом.

И все из-за него!

Интуиция подсказывает: завтра мне точно влетит по полной от нашей классной за кривляния Марка на сцене. И от этого знания я чувствую лишь большее раздражение в адрес взбалмошного одноклассника.

Стараясь не шаркать обувью в порыве кипящих эмоций, медленным шагом приближаюсь к парковочной зоне. Нужно написать маме, что мы закончили раньше, и попросить, чтобы забрала меня.

Она, конечно, будет не рада таким новостям, но… А чем мне ещё заняться?

Набираю заветные буквы в телефоне и с досадой смотрю в сторону столпотворения ребят.

К этому времени многие уже расходятся, но не мои одноклассники. Они собираются огромной компанией у микроавтобуса, который, видимо, арендовал Костров. А кто ещё? Он заядлый любитель помпезных развлечений.

По крайней мере, мне так кажется. Я точно не знаю, потому что меня никогда не приглашали на подобные вечеринки. Да и какой в этом смысл? Я так и не подружилась ни с кем из класса. Все они — яркие, звонкие, смелые и уверенные в себе ребята. Не то, что я — вечная девочка для битья.

И нет, мне грустно. Все мои друзья остались в другом городе, там, где мы и жили вместе с отцом. Теперь только связь по интернету, и та со временем затухает. Даже летняя поездка на лето к бабушке не дала эффекта.

– Котенок? – от созерцания нелицеприятной картины меня отвлекает знакомый голос. Я тут же прячу телефон в боковой карман рюкзака и смотрю в сторону подъехавшей машины. – Едва узнал тебя. Ты изменилась за лето. Похорошела, округлилась.

– Привет, Кость, – на губах сама собой появляется улыбка, пусть и слегка натянутая. Язык не поворачивается называть этого парня отчимом. Да и не в браке они с мамой были, так что особо переживать на этот счёт не приходилось.

Шатен улыбается в ответ, куда искреннее меня, и я с уже большим наслаждением наблюдаю за появлением ямочек на его щеках. Костя — симпатичный парень. По крайней мере, точно был таким лет пять назад, судя по фотографиям в соц.сетях.