Влюбишься! Жена на девять месяцев

Глава 10

Горячая пенная ванна с ромашкой после ледяной проруби – это особый кайф. Я откидываюсь затылком на бортик, прикрываю глаза и блаженно улыбаюсь, чувствуя, как вода ласкает усталое, ломящее тело.

Я почти в раю, если бы не нюанс – женские дни, которые пришли раньше срока. Наверное, мой организм сбоит от стресса – и я его не осуждаю. Мы слишком много пережили за эту ночь. Испачканная одежда крутится на самой низкой температуре в стиральной машинке. Звук барабана убаюкивает.

Цивилизация! Как мне тебя не хватало!

Даю себе еще несколько минут, чтобы понежиться в целительном тепле, и спускаю воду. Сполоснувшись под душем, кутаюсь в пушистый халат, который взяла из дома. Я не надеялась на сервис пятизвездочного отеля, поэтому все предусмотрела заранее, вплоть до полотенец.

Впрочем, следует признать, мне выделили очень уютный домик. Небольшой, но чистый и теплый, что в условиях местной суровой зимы немаловажно. Здесь всего одна спальня, большая кухня-гостиная и раздельные туалет с ванной. В тесноте да не в обиде. Главный плюс – на ухом не зудит Йети, пытаясь больнее уколоть меня и поиздеваться всласть.

- Таисия Власовна? – доносится из небольшого коридорчика, и я, нырнув на ходу в тапки, бреду на звук. – У вас открыто…

- Я не разобралась с замком, - признаюсь, встретив на пороге девушку с термосумкой, будто из службы доставки. – Здравствуйте, - вежливо улыбаюсь ей, украдкой втягивая носом запахи еды.

Надеюсь, это одна из тех «девчат» из ресторана, о которых говорили Яр и Тихон, и она пришла не с пустыми руками. У меня сосет под ложечкой, а голод оказывается сильнее гордости и каких-то глупых капризов. Я в таком состоянии, что готова убить за чашечку кофе и круассан.

- Не порядок, - хмурится незнакомка, спуская на пол сумку, которую я провожаю жадным взглядом. – Сейчас разберемся, - дергает защелку. - Вы закрывайтесь обязательно, иначе какой-нибудь зверек заберется или кто-то из лыжников номер перепутает. У нас всякое бывает. Босс приказал за вами проследить.

- Салтыков? Он уже на базе?

- Да, но вы не торопитесь. Раньше обеда он вас не ждет. Отдыхайте, - успокаивает меня с улыбкой. – Я Инга, официантка из иглу, - представляется, делая неопределенный жест рукой, и тут же спохватывается. – А в сумке ваш завтрак, плавно перетекающий в обед. Надеюсь, выберете себе что-нибудь по душе. Мы старались.

- Конечно. Спасибо большое, - искренне благодарю.

Дышу глубже, пытаясь насытится ароматами блюд. Если бы не воспитание, я бы набросилась на сумку, как дворовая собака, и разорвала бы ее в лохмотья.

Сдерживаюсь. Но силы неравные.

Кажется, проведя ночь с Йети, я и сама одичала. Лишь бы не обратиться в магаданскую дикарку и не завыть на луну. Я на грани.

- И телефон с новой сим-картой, - протягивает мне коробку. – Босс поручил самый дорогой взять, но… что нашли, - виновато пожимает плечами.

- Глупости! Я на любой согласна, лишь бы связь была, - искренне выпаливаю. – Салтыков всегда такой внимательный? Или только к особым гостям?

- Всегда, - широко улыбается она, будто меда наелась. Главное, чтобы нигде у нее не слиплось. – Он у нас очень классный! Добрый, вежливый к персоналу, без короны на голове, как часто бывает у начальства, а еще статный, спортивный, красивый…

- Кхм-кхм, - перебиваю восторженную фанатку кашлем.

Понимаю, что если не остановлю этот поток восхищения, она начнет в любви боссу признаваться и закапает слюной весь пол. Любопытно, что же там за гибрид Робина Гуда и мачо. Не исключено, что он типичный ловелас по типу моего Глеба, однако нас ждут исключительно деловые отношения. Не хочу слушать о его любовных подвигах и героических взятиях официанток.

- Ну, скоро вы сами с ним познакомитесь, - многообещающе произносит Инга и пятится к двери. – Всего доброго. Приятного аппетита, - тараторит, спотыкаясь на пороге. – Закрывайтесь! – напоминает строго.

Поворачиваю защелку, как показала Инга, на всякий случай подпираю дверь табуреткой, опасаясь диких зверей. Сегодня я проснулась с Гайкой, а завтра с кем? Не хочу экспериментировать.

- Уф-ф, - протяжно выдыхаю, будто ящики всю ночь грузила.

Сумка отправляется на стол, а я включаю телефон. Прежде чем расслабиться и позавтракать, звоню папе, который за ночь успел поднять на уши всю лыжную базу. Объясняю ему, что потеряла телефон, разумеется, при этом опускаю подробности, но он и не спрашивает - просто переводит крупную сумму мне на счет.

- Купи новый, - отчеканивает сурово. – И будь на связи, чтобы я не переживал!

- Слушаюсь и повинуюсь, - шутливо выкрикиваю, а потом добавляю тише: - Пап, я люблю тебя.

Отключается, оставив мою фразу без ответа. Он хронически занят. Его время стоит денег. Слишком больших, чтобы тратить на сентиментальные глупости. В последнее время отец с головой зарылся в бумаги, подбивает все дела. На меня не обращает внимания, почти не общается со мной по душам, разве что по поводу учебы, бизнеса или... свадьбы. Папа одержим идеей поскорее сплавить меня Глебу, будто ему самому надоело возиться с не приспособленной к жизни нахлебницей.

Мы отдалились в этом году особенно сильно, и я не понимаю, чем провинилась перед ним. Зато в финансах он мне по-прежнему не отказывает, словно откупается.

Но есть в этом мире человек, который всегда меня выслушает…

Вздохнув, по памяти набираю дорогой сердцу номер. По привычке говорю шепотом, будто я дома и меня могут подслушать.

- Привет, мам. Как у вас дела?

- Здравствуй, Таюша, - произносит мама нежно и с любовью, как умеет только она, и сердце вздрагивает.

«Таюш-ш-ш», - звучит в унисон хриплый мужской баритон из моих ночных воспоминаний.

Это ласковое обращение – запрещенный прием, особенно в устах мужчины. Цепляет за живое, выкручивает душу и выбивает воздух из легких. Вчера я сама не заметила, как поддалась слабости. Дезориентированная, уставшая и слегка нетрезвая, я на мгновение увидела в Ярославе не грубого таксиста, а родного человека. Потянулась к нему – и случился поцелуй.