Влюбить и не влюбиться

Глава 36

- Здрасте! – фыркнула я и, подойдя, поцеловала папу в щечку.

- Привет, Никуль. Что ты тут делаешь? – в ответ, обняв меня, сказал папа.

- Никита из дома выгнал,- просто ответила я, и перевела взгляд на Соколова. Клянусь, скоро меня от этой фамилии уже тошнить начнет! – А этот что здесь делает?

- Ника! Как ты так можешь разговаривать? – гаркнул отец. Ну конечно, я же забыла, мама с папой воспитывали меня вежливой!

- Интересно, как это я могу грубить человеку, который обокрал тебя на три миллиона рублей! Действительно, как!? Сама не знаю, папуль! – сказала я, и плюхнулась на диван, который находился в кабинете возле окна.

- Действительно, как я мог впустить к себе в дом девушку, которая через окно пролезла в мою квартиру с документами! – пристально смотря на меня, сказал Соколов старший.

- Кто бы говорил!

- Что здесь вообще происходит!? – ударив по столу кулаком, спросил папа.

- У своей прошмандовки спроси! – плюнул мне в ноги отец Пернатого, он собрался уходить, а я будто взрываюсь.

- Сказал вор! Наглый, высокомерный, самовлюбленный упырь с грязными деньгами! – мне кажется, на весь ресторан заорала я.

- Вероника! – хлопнув дверью, заорал на меня папа.

- Что Ника!? Девятнадцать лет уже как Вера, Ника, Вероника!

- Что это сейчас было!? Почему ты приехала сюда посреди учебы!? Что с тобой происходит!? – орал Князев старший.

- Ничего! Если я вам так мешаю, то хорошо я могу уехать! – бросила я, и поспешила к двери, как врезалась в маму.

- Никушь, что-то случилось? Почему вы с отцом орете на весь ресторан?

- Ничего не случилось мам! Просто я видимо вам мешаю! Да, папа!? – крикнула я и, обойдя родительницу, поспешила убегать оттуда как можно скорее.

Так, где здесь в городе был карьер? Через главную улицу, лес, и я на месте.

Злость, обида, и дикая боль переполняла меня, что хотелось куда-то её выместить, что я как какая-то пятиклашка, которая получила двойку по математике иду и пинаю камушки, смотря в пол.

- Князева!? Офигеть! Ты что ли!? – раздался где-то рядом женский голос.

Поднимаю глаза, и… несите мне унитаз в руки, я блевать.

- Привет, Ксюша! – криво улыбаясь, сказала я, одной из главных подстилок Соколова.

Теперь то, что мне злиться на Ксюшу, я вошла в её ряды, стала такой же дурой, что связалась с этой не до птицей.

- Ты тут, какими судьбами? Вроде же в Москву укатила? Ты так изменилась! Это просто немыслимо! – начала лепетать Ксюша, ходя вокруг меня, рассматривая каждый миллиметр кожи.

- Да так, по родителям очень соскучилась. Слушай, я немного тороплюсь, давай как-нибудь, потом поговорим? – Нет! Но ей знать об этом не обязательно,- Хорошо?

- Ладно, не буду тебя задерживать,- сказала она, и я, ускорив шаг, поспешила до карьера.

- Стой, а ты куда!? – кричала она мне в след.

- На карьер! – я сказала правду, потому что я знаю, что она боится воды.

Сыкуха.

Жизнь изменилась, и я изменилась. Сегодня я первый раз в жизни накричала на своих родителей. Да, я делала это и раньше, из-за еды, учебы, переходный возраст и т. д., но это не то, как было сегодня. Чувствую ли я себя виноватой? Как странно, но нет. Мама с папой и половины не знают, что происходит у меня в жизни. Они лишь поселились на верхушке айсберга. Да, даже Крис недалеко от родителей скатилась. Да и Злата, только поселилась там.

Никто не знает большую часть моей жизни, как я в детстве сбегала по ночам на карьер и рыдала там, когда все думали, что я мирно сплю в своей комнате. Как меня унижали в школе, когда все думали, что это простые шутки, а на самом деле травля. Как я была игрушкой, с которой любили поиграть, а все думали, что я счастлива, раз на лице улыбка. Как в универе меня чуть не изнасиловали, и я сбежала в универ к сестре, когда все думали что мне просто далеко туда ехать, но даже здесь я получила новую и, наверное, самую сильную боль. Соколов – моя отдельная доза боли.  

Поднимаю голову к небу и задаю всего один вопрос.

- Почему именно Соколов?

Нет, ну, действительно, почему именно он? Саша, всегда и всю жизнь как я знаю его, издевался надо мной, унижал, смеялся, играл, но я все равно слепо верила ему, его словам, и даже фальшивым действиям в мою сторону, которые делались ради денег, машины или на то, что они там спорили, я не знаю, но факт остается фактом.

Наконец-то добравшись до карьера, я смогла вздохнуть полной грудью, смахивая слезы со своих щек. Наверное, своей лучшей подругой я могу назвать только природу. Именно она знает всех моих тараканов, проблем, комплексов, радости и боли…..

Подхожу к краю обрыва, и просто смотрю вниз. Вода уже потихоньку покрывается льдом. Я смотрю вниз и просто вспоминаю один из самых ужасных случаев в моей жизни. Тот момент, когда мне было настолько хреново, что я прыгнула отсюда и чудом выжила. Смотря вниз перед глазами, всплывает образ Соколова.

Сначала он издевался, и убивал меня морально, а когда я изменилась, то Саша смог убить мое сердце. Перед глазами возникает абсолютно каждые слово, момент, прикосновения с Сашей, как слезы, так и улыбка. Он дарил мне слезы, и заставлял улыбаться. Он за этот короткий срок смог стать многим, и вот так просто ушел.