Влюбить и не влюбиться

Глава 41

Саша

- Какого хрена ты туда поперся?! – рычу, смотря на своего друга.

Демьян, я смотрю, совсем страх потерял! Я же сказал ему, чтобы не шел к Нике, так нет! Этот лосось пошел!

- Нормально? Я тут для тебя стараюсь, а ты вместо того, чтобы сказать спасибо, орешь на меня. Вот и делай после этого людям добро – не ценят твари!

- Я ж просил тебя…

- Да успокойся ты, ненормальная истеричка, прям как Ника твоя. Хорошо же все.

- Еще слово и я сделаю тебе пожизненный кляп в рот!

- Так, пошлятину свою при себе держи. Я того…по девочкам!

Замахиваюсь стулом, который стоял неподалеку от меня.

- Ладно-ладно, - свернулся Власов. – Шуток не понимаешь, черствый ты баран!

- Плоские у тебя какие-то шутки. Молчи лучше! – со звуком ставлю предмет мебели на место и иду к окну.

Вид из окна пятизвездочного отеля красивый, даже очень, но сейчас меня это ни черта не волнует!

- Ох, горе дружок мой! – говорит Демьян. – Совсем из ума тут выжил, пока вдалеке от нас с Богданом находишься. А прошло-то от силы двое суток…

- Ты чё несешь?

Власов посмотрел на меня, как на ненормального. Причем впервые, потому что до этого, как на ненормального всегда смотрели на него.

- Понятно всё с тобой. Так как случай тяжелый, эту тему отложим. Лучше спроси, как там, в столице дела.

- Зачем? – иногда у меня возникает такое ощущение, что я перестал понимать окружающих или это они начали разговаривать на не понятном мне языке.

- И это мой друг, - закатывает глаза Власов. – За мясом. Спрашивай, говорю!

- Идиот, - иду в сторону дивана.

- Сам такой.

- В столице случилось что-то интересное?

- Нет.

- А зачем тогда мне мозги компостируешь?!

- Тебя отвлечь пытаюсь, но снова на одни и те же грабли! Всё, не дождётесь от меня помощи, раз вы такие неблагодарные!

- Красно девицу, обиженную из себя не строй. Достань лучше из мини бара что-нибудь покрепче.

- Ум проясняется? – ржет друг. – Методика сэнсэя Демьяна Великолепного – вынести то, чего нет – работает на все сто!

- Реально же сейчас стулом шандарахну!

Показав мне средний палец, Власов начал копаться в мини баре.

Всё-таки иногда то, что Демьян валяет дурака бывает полезным. Не всегда, правда, но сейчас у него же получилось вытащить из меня дерьмо, которое накопилось за последние несколько дней. Пусть на время, но получилось же…

- Пернатый, ты здесь? Или дяденька сверху тебя в свои рабы забрал? – Власов машет бутылками у меня перед носом. – Телефон уже минуты две как разрывается.

Нахмурившись, кидаю взгляд на мобильный. Действительно, пара пропущенных звонов от…отца.

Ему-то что надо?

- Дядя Паша? – спрашивает Демьян, отпивая из бутылки какую-то синюю жидкость. Сляжет потом с отравлением желудка, черта с два приду к нему в больничку с пакетом витаминов, потому что не фиг всякую фигню пить.

- Он самый.

- Возьми.

- Не вижу смысла. Я ему уже все сказал.

- Вдруг что-то важное. Сам говоришь не строить из себя обиженного. Противоречишь самому себе, брат.

Экран давно потух, но вскоре он загорелся снова, где высветилось «Папа». Недовольно посмотрев на друга, с неохотой отвечаю на звонок.

- Слушаю, - как можно равнодушнее говорю я.

- Здравствуй, сын, - ровным тоном говорит отец. - Как дела?

- Ты мне позвонил явно не для того, чтобы спросить как моя жизнь. Говори быстро и по существу, я тороплюсь.

Всем своим тоном я хотел показать насколько сильно у меня нет желания вести с ним разговор, но судя потому, как Власов поморщился, получилось это так себе…

- Нам нужно встретиться и поговорить.

- Тебе может и нужно, но мне нет. Это всё? У меня дела.

- Если положишь трубку – навсегда потеряешь отца.

Он решил меня напугать?

- Я его и так потерял, - без зазрения совести говорю я.

- Как ни крути, твоя мать любит меня таким, какой я есть, поэтому велика вероятность, что ты лишишься обоих родителей. Через полчаса в ресторане Князева на окраине города. Жду.

- Тварь! – сквозь зубы цежу я, слыша короткие гудки.

- Что случилось? – спросил друг.

- Ненавижу гада! – поднимаюсь с дивана, на ходу кидая Власову ключи от номера, и иду к выходу.

По дороге в ресторан в моей голове звучит множество мыслей о том, как я высказываю своему отцу всё, что о нем думаю. Он настолько упал в моих глазах, что одна лишь мысль о встрече с ним вызывает бешенное отвращение.