Влюбить нельзя влюбиться!

Глава 15. Это одеколон или романтика так кружит голову?

Первым пунктом нашей фотосессии стало самое простое, по мнению Оли, место — большой красивый фонтан, именно на его высокий и нагретый солнцем бортик, по указанию подруги, мы с Антоном и сели. Я завертела головой по сторонам, рассматривая людей. Искала глазами парочек, чтобы хотя бы примерно скопировать их поведение. Олин брат придвинулся ко мне впритык с левой стороны и приобнял за талию.

— Чего пытаешься высмотреть? — дыхание пощекотало ухо, отчего по телу побежали мурашки.

— Не знаю… как себя вести, наверное... — Над ухом раздался смешок. Я обернулась и якобы возмущенно нахмурила брови. — Не смейся надо мной!

Он был ко мне очень близко, но я сидела, немного сгорбившись, поэтому мои глаза были на уровне его растянутых в улыбке губ.

— Просто представь, что мы с тобой реальная пара и все получиться.

— Легко сказать… Я ведь могу так представить, что и сама потом в это поверю. И придется тебе жениться на мне, чтобы наши придуманные детки не остались сиротами… и вообще, ты сегодня слишком довольный. Подозрительно!

— О, всегда мечтал о девушке с богатой фантазией. Вот и узнаю, какого это. А будешь хмуриться — я тебя в глаз поцелую!

— Говоришь, как моя школьная учительница… — не к месту вспомнились школьные годы и одна учительница, которая любила отпускать замечания ученикам, заканчивая их фразой: «Сейчас как поцелую в глаз!».

— Я предупреждал. — Он приблизился и на самом деле легко коснулся губами левого глаза. Когда же отстранился, у него на губах остался слабый след от туши… Вместо того, чтобы смутиться, мне захотелось смеяться, потому что Антон с черными прожилками на губах смотрелся комично; но я удержалась. Хотя мои брови все же поползли вверх…

— Хм, не действует. — Проговорил Антон, внимательно рассматривая мое лицо, затем повторил странный маневр, но уже подольше задержав губы на второй мишени. Я не выдержала и захихикала. Стала пытаться оттолкнуть его и одновременно проговорить сквозь смех:

— Хватит... портить мой… макияж, чудик!

— Меня и без него все устраивает, тем более, видишь — подействовало.

— Ты бы так не говорил, если бы сейчас в зеркало заглянул.

Намек он быстро понял и стал тереть рукой губы. Я же достала телефон и, включив селфи-камеру, попыталась проверить, что у меня на лице. Пришлось подавить вздох, потому что вид у меня был хуже, чем у Антона. Я специально накрасила ресницы простой неводостойкой тушью, чтобы ее было легко стереть. И вот она размазалась по глазам. Да, не сильно, но на снимках будет видно. Пришлось исправлять. А поскольку под рукой ни салфеток, ни ватных дисков не оказалось, пришлось все делать пальцами.

Я перевела взгляд в сторону Оли. Она делала снимки с понятной только ей периодичностью. Подруга быстро показала мне одной рукой «класс», продолжая глядеть в маленькое окошечко на камере. Я же обернулась обратно к ее брату, тот уже стер черные следы и внимательно следил за мной.

— Что делать будем? — уже более расслаблено спросила у Антона.

— Позировать, а заодно обниматься. — он снова обнял мою талию, только на этот раз обеими руками, и утянул меня к себе на колени. Я оказалась прижата к нему спиной, а его руки оказались на моем животе. — Думаешь, мы похожи на влюбленную парочку?

— Скорее на дурную парочку, но… — договорить я не успела, потому что к нам подлетела Оля.

— Так начало мне нравиться. Смотритесь естественно, только много болтаете. Так что пару минут глядите друг на дружку молча. И с улыбками! А потом пойдем переодеваться. — Подруга снова отошла на приличное расстояние и направила на нас фотоаппарат.

Я немного развернулась, чтобы сидеть прижатой не спиной, а боком, отчего обнимающие меня руки переместились на талию. А вот мои ноги тоже пришлось немного переместить, зато стало удобно разглядывать Олиного брата, только руки не знала куда деть. Антон загадочно улыбался, рассматривая меня в ответ. А я… пару секунд подумала и все же представила, что мы реально вместе и пришли на романтическую прогулку.

Воодушевившись, поставила локоть на его плечо и облокотилась на руку головой. Мы оказались еще ближе, практически прижимались друг к другу лбами, нас разделяли парочка сантиметров. И, удивительно, но мне было комфортно. Не было этого ощущения вторжения в личное пространство или неправильности происходящего. Да еще и приятный запах щекотал ноздри: тот самый, что привлек меня еще тем совместным утром. Даже проснулось какое-то женское любопытство. Спонтанно получилось, но я потянулась и слегка погладила его щетину. Проследила взглядом, до куда она растет, и на шее заметила белую веревочку. Аккуратно погладила и ее тоже.

Антон позволял исследовать свое лицо и шею, но в какой-то момент и сам стал поглаживать сначала мою талию, потом одну руку направил ниже и переместил на бедро. Задержался на мгновение на джинсовой ткани… и менее уверенно передвинул ладонь на оголенную кожу, но это скорее было легкое касание пальцами, при этом оно было немного будоражащее, неловкое и одновременно интимное, и даже щекотное. Внутри снова разлилось что-то теплое и сбивающее дыхание. Видимо, Олин брат умеет не только ворчать, но и странно на меня влиять.

Подруга оборвала поток ненужных мне мыслей об Антоне, подскочив к нам со словами:

— О, супер! Даже я чуть не поверила, что вы встречаетесь. Гнусный сморчок еще все локти себе пооткусывает, когда увидит ваши фотки! Идемте переодеваться.

Мы послушно поднялись и направились за Олей, взявшись за руки. Фонтан был всего в пятнадцати шагах от входа в парк, поэтому до машины нужно было идти не больше пяти минут. Подруга продолжила смотреть в фотоаппарат и всю недолгую дорогу тараторила:

— Я так увлеклась, что у меня, наверное, фотографий 100 получилось. Надо будет поумерить аппетиты. Давно в руках не держала фотик, теперь сама не своя. Все хочется заснять, правильно поймать свет и каждый жест. Такое удовольствие, аж словами не передать! Думаю, дальше управимся быстро. Таш, тебе с макияжем надо будет помочь?