Влюбиться в декабре

Глава 3

Богдан

Дверь с силой распахивается, так что я еле успеваю отскочить в сторону. Хочу уже открыть рот и сказать пару ласковых этому рыжему придурку, но слова застревают где-то в горле, не успев вырваться наружу. На пороге стоит девчонка. По ее уже чуть приоткрывшимся губам видно – она тоже собиралась что-то произнести, но почему-то этого не делает. Лишь смотрит теперь, широко распахнув глаза и застыв всем телом, и будто бы разглядывает меня. Понимаю, что сейчас возможно выгляжу точно так же, скользя взглядом по ее лицу и пытаясь понять, отчего она кажется такой знакомой. Темные карие глаза, глядящие прямо в упор, длинные густые волосы цвета темного шоколада, рассыпанные по плечам мягкими кудрями, пухлые губы и аккуратный чуть вздернутый нос. Высокая и стройная, я только в этот момент замечаю, что она одета лишь в пижаму. Но похоже ее это никак не смущает. Наоборот, девушка вдруг меняется в лице, словно ее осенило нечто очень значимое. И я, клянусь, хотел бы прочитать ее мысли прямо сейчас.

Не знаю, сколько мы так стоим и пялимся друг на друга, но неожиданно тишину, возникшую вокруг, разрезает чей-то голос.

- Систер, кто там? – Голос Рыжего начинает приводить меня в чувство. Твою ж мать, я даже забыл, куда и зачем пришел. А все эта девчонка загипнотизировала.

- Никто, – громко говорит незнакомка и дергает дверь за ручку, которую не отпускала все это время. Но моя реакция работает быстрее, и я резко ставлю ногу в проем.

- Лен, ты чего это? Кто там? – Снова слышу голос друга и спешу поздороваться.

- Привет, Темыч! Как ты? – спрашиваю.

- О, Бо! Это ты! Привет! – Друг прямо-таки кричит. И это он вчера говорить не мог? – Да все путем. Как сам?

- Да ты заходи, заходи. Чего там встал-то? Ленка отойди, дай гость зайдет. Это, кстати, Богдан. Ты должна его помнить, мы в школе учились вместе. – говорит Артем девушке, и тут картинка в моей голове складывается.

- Лена?! – произношу, наверное, чересчур удивленно. Ну, конечно, вот отчего она показалась мне знакомой. Лена – младшая сестра Рыжего. Я совсем о ней забыл. Подумать только, такая мелюзга стала очень даже хорошенькой, и это еще мягко сказано.

Никольская глядит как-то недовольно, а ее брат, ничего не замечая, прижимает ее по-свойски к своему боку и с гордостью произносит: - Конечно, Лена. Не узнал, что ли? Естественно, - говорит словно себе, - вымахала как.

- Я тебе морковь на грядке, а? – Подает голос девушка и недовольно глядит на Тему сверху вниз. – Вымахивает у него тут что-то! – Вырывается из братских объятий и уходит, так ничего мне и не сказав.

Да уж, они всегда были забавные, эти Никольские. Особенно, когда работали в дуэте.

- Она сегодня весь день такая, - сказал друг, махнув рукой в ту сторону, куда ушла Елена, - не обращай внимания. Да ты раздевайся, заходи. Я пока чайник поставлю. Есть будешь? – начинает суетиться Рыжий словно наседка, поэтому я быстро скидываю куртку и ботинки и прохожу вслед за ним.

Через двадцать минут мы с Артемом сидим на просторной и очень уютной кухне Никольских, уже вдоволь напузырившись чаем с печеньем и горячими бутербродами, которые искусно смастерил Тема из всего, что имелось в холодильнике – на вид была, конечно, та еще вкуснятина, а вот на вкус очень даже ничего. Мы болтаем, вспоминая разные угарные случаи из жизни, и шутим все тупее и тупее с каждой минутой, отчего ржем точно, как кони. Отсмеявшись, Рыжий встает со своего места, чтобы налить себе еще чая, и я спрашиваю:

- Темыч, а тебе нормально так гоготать-то? Вдруг снова горло прихватит? – И сам удивляюсь, почему раньше об этом не подумал.

- А что ему будет? – Не понимает друг. – Я же голосистый. – Откашливается и пробует петь на манер оперы. Меня начинает бить в конвульсиях от этого приколиста, но спустя минуту решаю ему подыграть. И вот мы уже орем вместе как два дурака и скачем по кухне, изображая настоящую оперу, какой ее представляем. И плевать, что нам обоим медведь на ухо наступил, а соседи уже стучат по батареям. Но Артем вдруг замолкает и выходит из кухни в прихожую.

- Ты куда на ночь глядя собралась? – Слышится голос друга, и я иду к ребятам.

- А что мне дома-то делать? – Произносит Лена, натягивая черную дубленку поверх огромного свитера. – На кухне мартовские коты какие-то засели, песни свои горланят. – Оглядывает нас, сморщив нос, и быстрее одевает ботинки на толстой подошве. – Того и гляди, соседи еще придут разбираться.

- А кто же в прошлый раз кричал: «Пусть только появятся, я им устрою», когда врубил музыку, а соседи так же настукивали? – спрашивает Никольский, потрясая кулаком, и уходит обратно на кухню.

Мы остаемся с Леной вдвоем в узкой прихожей. Я стою, уперевшись плечом в шкаф, и наблюдаю, как девушка завязывает огромный шарф, продолжая на меня недовольно поглядывать.

- Неужели ты не рада меня видеть? – Не успев подумать, спрашиваю и почему-то чувствую, что мне не все равно, что ответит Лена.

- А с чего мне радоваться, Бо? – Равнодушно отзывается девушка. – Разве мы с тобой друзья, чтобы я по тебе скучала?

- А разве нет? – Отвечаю вопросом на вопрос.

- Нет, - резко начинает Никольская, - Тема – твой друг, а я так, скорее объект для приколов. Ничего не изменилось, поэтому лучше не лезь ко мне.