Влюбиться в гота

2 часть.

На следующий день, я уже стояла около кабинета Геннадия Васильевича и ждала его, чтобы показать ему изменения в своей курсовой работе. Вчера ночью, я почти не спала, работая над курсовой. Мама с утра изумилась, увидев синяки под моими глазами и строго запретила мне не спать по ночам. Но она не понимает, что я должна получить эту долбанутую пятёрку!

— Царёва?? — изумился старикан, выйдя из своего кабинета. Он покосился на меня так, будто увидел сумасшедшую. Я знаю, что уже достала его, но чёрт, мне нужна эта пятёрка!

— Что ты тут делаешь??

— Доброе утро, Геннадий Васильевич! – улыбнулась я и протянула ему свою папку. — Я доделала курсовую, проверите?

— Но у меня сейчас дела...

— Геннадий Васильевич, пожалуйста, проверьте курсовую! Я очень старалась!

Старикашка посмотрел на меня сквозь свои очки и хмыкнул.

— Ладно, Царёва, посмотрю.

Он взял из моих рук папку и пригласил меня зайти в его кабинет. Я села напротив преподавателя и внимательно уставилась на него. Надеюсь, что сейчас он не будет ко мне придираться. Господи, пожалуйста, помоги мне!

— Итак, Царёва, есть некие недочёты, — равнодушно отбросил Геннадий и закрыл мою папку. — Ты не точно написала, чем отличаются готская молодёжь от обычной, нормальной.

— Ну я же написала минусы и плюсы готов, – в свою защиту сказала я, нервно теребя в руках ремешок своей сумки.

Старикашка развел руки в стороны в изумлении:

— Царёва, а это мало для пятёрки! Ты же хочешь отличную оценку, а не слабую четвёрку, ведь да?

— Да, Геннадий Васильевич.

— Исправь свои дефекты и потом приходи, — этот зануда выбросил папку на стол и небрежно встал с места.

— Но Геннадий Васильевич, я не могу найти больше никакой информации! Я перерыла весь интернет и это всё, что я нашла.

Мужчина со скучающим выражением лица посмотрел на меня. Старый слизняк, неужели нельзя сжалиться и поставить мне пятёрку?! Да чтоб тебя!

— Тогда я поставлю тебе четвёрку, тебя устроит такая оценка?

Я отрицательно покачала головой и встала:

— Нет!

— Тогда работай! Иначе вообще поставлю три!

Я почувствовала, как пальцы замерли над папкой и сглотнула слюну. Три?? Поставить мне три?? Никогда! Это же самая ужасная оценка! Для меня получить три – это опозориться перед всеми! Я — отличница с красным аттестатом! Я — отличница! А отличница — это идеал, совершенство. Мы как памятники или знаменитости из энциклопедии. Какая, чёрт возьми тройка?? Что уж там говорить о двойке?! Ужас! Позор!

— Нет, я сделаю всё, — пискнула я и развернулась, чтобы уйти. Я шумно вздохнула. Опять придётся ночами сидеть и работать над этой курсовой, делать её совершенством для других. Мама точно будет ругаться.

— Царёва, постойте, — сказал старикан и я повернулась к нему. Препод задумчиво на меня посмотрел и решительно кивнул. — Я могу поставить вам пять за курсовую.

— Пять?! — воскликнула я, тут же садясь напротив старикана.

— Именно, Царёва. Но вы должны кое-что сделать. Точнее помочь мне кое с чем.

Я изогнула бровь. Надеюсь, не попросит убраться в его квартире. Я и в своей то мало убираюсь, а тут ещё и в чужой убираться. Боже! А если он меня попросит приготовить ему котлеты с картошкой? Я посмотрела на толстое пузо препода и хмыкнула. Котлет с картошкой будет мало. Я не умею готовить!

— Что мне надо сделать?

— Есть один школьный проект «Мир во всём мире» и я хочу, чтобы ты занялась им. Надо будет показать студентам, что все мы одинаковы и должны уважать друг друга. Надо будет сделать плакаты, презентацию и подготовить речь для студентов, также номера.

— Да что вы?! – вырвалось у меня и я, как дурочка захихикала, заметив непонятный взгляд Геннадия. — А срок какой?

Старикашка хмыкнул.

— Месяц.

— Месяц? Это же мало! Я вряд-ли всё успею. А вы ещё хотите танцевальные номера. Надо будет собрать людей для них, а потом учить.

— Я думаю, ты ради пятёрки справишься, да же?

Я гадко усмехнулась и закивала:

— Да, Геннадий Васильевич, вы правы!

— Но это не всё. Ты будешь работать над проектом не одна. Тебе будет помогать Марк Миронов, — оповестил меня «прекрасной» новостью препод. — У него сейчас проблемы с дисциплиной и его декан наказал. Надо было найти ему кое-какую работку, вот мы и нашли. Вы вместе будете работать над проектом! Удачи вам!

— Но...

— Давайте, давайте, Царёва идите, — гнал меня этот старикашка. — У меня дела поважнее твоей курсовой.

— Но, сэр....

Меня насильно выгнали из кабинета и заперли её перед моим носом. Я осталась стоять с папкой в руках и с открытым ртом. Работать целый месяц в совместном проекте с парнем, который наводит на меня дикий ужас? Класс!

— Что ж, мой ад уже начался, — угрюмо сказала я и вздохнула. Надеюсь, этот вампир не съест меня за месяц.

***

— Ты будешь работать с ним? — с презрением сказала Верка, тыча вилкой в сторону столика готов.

Я раздражённо фыркнула и проследила за ее жестом. Ребята сидели, болтали о чём-то и смеялись. Точнее пытались смеяться. Ладно, смеялись все, кроме Миронова. Он сидел и хмуро смотрел на Богдана, который о чём-то болтал.

Но вдруг, парень поднял голову и встретился с моим взглядом. Он с интересом склонил голову набок и я резко опустила голову в тарелку, схватив ложку в руки.

– Лучше с Достоевским работать, чем с ним.