Влюбиться в гота

2 часть.

На следующий день, я уже стояла около кабинета Геннадия Васильевича и ждала его, чтобы показать изменения в своей курсовой работе. Вчера ночью, я почти не спала, работая над курсовой. Мама с утра изумилась, увидев синяки под моими глазами и строго запретила мне не спать по ночам. Но она не понимает, что я должна получить эту долбанутую пятёрку.

— Царёва?? — изумился старикан, выходя из своего кабинета.

Он покосился на меня так, будто увидел сумасшедшую. Я знаю, что уже достала его, но мне нужна эта пятёрка.

— Что ты тут делаешь?

— Доброе утро, Геннадий Васильевич! – улыбнулась я и протянула ему свою папку. — Я доделала курсовую, проверите?

— Но у меня сейчас дела.

— Геннадий Васильевич, пожалуйста, проверьте курсовую! Я очень старалась.

Старикашка посмотрел на меня сквозь свои очки и хмыкнул.

— Ладно, посмотрю.

Он взял из моих рук папку и пригласил зайти в его кабинет. Я села напротив преподавателя и внимательно уставилась на него. Надеюсь, что сейчас он не будет ко мне придираться.

— Итак, Царёва, есть некие недочёты, — равнодушно отбросил Геннадий и закрыл мою папку. — Ты не точно написала, чем отличаетсч готская молодёжь от обычной, нормальной.

— Ну я же написала минусы и плюсы готов, – в свою защиту сказала я, нервно теребя в руках ремешок своей сумки.

Старикан развел руки в стороны в изумлении:

— Царёва, а это мало для пятёрки! Ты же хочешь отличную оценку, а не слабую четвёрку, ведь да?

Я скривилась, будто мне предложили съесть лимон Четвёрка? Это почти победа, но с горьким послевкусием. Как будто ты бежишь марафон, спотыкаешься на последнем метре, и все кричат: «Ну почти!»

— Да, Геннадий Васильевич.

— Исправь свои ошибки и потом приходи, — этот зануда выбросил папку на стол и небрежно встал со своего места.

— Но Геннадий Васильевич, я не могу найти больше никакой информации! — воскликнула я. — Я перерыла весь интернет и это всё, что я нашла.

Мужчина со скучающим выражением лица посмотрел на меня. Старый слизняк, неужели нельзя сжалиться и поставить мне пятёрку?! Да чтоб тебя!

— Я поставлю тебе четвёрку, тебя устроит такая оценка?

— Нет!

— Тогда работай! Иначе вообще поставлю три.

Я почувствовала, как пальцы замерли над папкой и сглотнула слюну.

Три?? Поставить мне три? Никогда! Я отличница с красным аттестатом. Я — отличница. А отличница — это идеал, совершенство. Какая, чёрт возьми тройка??

— Нет, я сделаю всё, — пискнула и развернулась, чтобы уйти.

Я шумно вздохнула. Опять придётся ночами сидеть и работать над этой курсовой, делать её совершенством для других. Мама точно будет ругаться.

— Царёва, постойте, — сказал старикан и я повернулась к нему.

Препод задумчиво на меня посмотрел и решительно кивнул:

— Я могу поставить вам пять за курсовую.

— Пять?! — воскликнула я, тут же садясь напротив старикана.

— Именно, Царёва. Но вы должны кое-что сделать. Точнее помочь мне кое с чем.

Я изогнула бровь. Надеюсь, не попросит убраться в его квартире. Я и в своей то мало убираюсь, а тут ещё и в чужой убираться. А если он меня попросит приготовить ему котлеты с картошкой? Я посмотрела на толстое пузо препода и хмыкнула. Котлет с картошкой будет мало.

Морщусь, словно сама мысль о готовке вызывает омерзение. Ну да. Я не особо хороша в готовке. Ощущение, что готовка для меня табу, чуть ли не позор. Я пыталась пару раз, но это была катастрофа. Будто кто-то подлил в мою стряпню целую бочку уксуса. Так что, мне лучше придерживаться микроволновки и доставки. Всё, к чему я прикасаюсь на кухне, превращается либо в уголь, либо в непонятную субстанцию. Один раз я даже умудрилась поджечь варёные макароны. Как? До сих пор загадка. Я лучше три диплома защищу, чем ещё раз попробую пожарить яйца. Уверенное поражение — это тоже своего рода талант, да?

— Что мне надо сделать?

— Есть один школьный проект. Называется: «Мир в мире подростков» и я хочу, чтобы ты занялась им. Надо будет показать студентам, что все мы одинаковы и должны уважать друг друга. Надо будет сделать плакаты, презентацию и подготовить речь для студентов, также номера.

— Да что вы говорите?? – вырвалось у меня и я, как дурочка захихикала, заметив непонятный взгляд Геннадия. — А срок какой?

Старикан хмыкнул:

— Месяц.

— Месяц? Это же мало! Я вряд-ли всё успею. А вы ещё хотите танцевальные номера. Надо будет собрать людей, а потом разучивать движения.

— Я думаю, ты ради пятёрки справишься, да же?

Я гадко усмехнулась и закивала:

— Да, Геннадий Васильевич, вы правы.

— Но это не всё. Ты будешь работать над проектом не одна. Тебе будет помогать Марк Миронов, — оповестил меня «прекрасной» новостью преподаватель. — У него сейчас проблемы с дисциплиной и его декан наказал. Надо было найти ему кое-какую работу, вот мы и нашли. Вы вместе будете работать над проектом. Удачи вам!

— Но..

— Давайте идите, — гнал меня этот старикашка. — У меня сейчас дела поважнее твоей курсовой, Царёва.

— Но, сэр....

Меня насильно выгнали из кабинета и заперли её перед моим носом. Я осталась стоять с папкой в руках и с открытым ртом. Работать целый месяц в совместном проекте с парнем, который наводит на меня дикий ужас? Класс!

Я уже начинаю жалеть, что согласилась на этот проект. Марк, всегда такой молчаливый и холодный. Как он вообще отреагирует когда я буду рядом? А сейчас я буду тесно сотрудничать с ним. Великолепно. Но я быстро гашу эти сомнения. Я Алиса, чёрт подери! Я отличница и отличницы не сдаются. Так что я просто сделаю свою часть работы. И надо держаться подальше от Марка.

— Что ж, мой ад уже начался, — угрюмо сказала я и вздохнула.

Надеюсь, этот вампир не съест меня за месяц.

***

— Ты будешь работать с ним? — с презрением сказала Верка, тыча вилкой в сторону столика готов.

Я раздражённо фыркнула и проследила за ее жестом. Ребята сидели, болтали о чём-то и смеялись. Точнее пытались смеяться. Ладно, смеялись все, кроме Миронова. Он сидел и хмуро смотрел на Богдана, который о чём-то болтал.