Влюбиться в тебя

16 глава

Томас

Когда девочки собирались переезжать в новую квартиру, то изъявили желание, чтобы на каждой двери был поставлен замок, а на спальнях девушек очень прочный. К чему эти процедуры были нужны, если жили девушки вдвоём, ни я, ни Элайджа вдумываться не стали, списав всё на обычную женскую логику. Не думал я об этом и позже, и даже ни разу не попытался. Но сегодня, кажется, я разгадал эту загадку.

После где-то получаса в душе я вышел оттуда чистый, свежий и почти даже довольный. Чтобы наткнуться на запертую, наверное, на все два оборота дверь в спальню Арианы. Вот здесь то мне в голову и пришла мысль, что следовало сделать дубликат ключа, и я понял, для чего всё-таки Ари захотела на свою дверь замок. Чтобы прятаться там от меня!

По ту сторону не было слышно практически ничего. Можно даже сказать, была гробовая тишина, но мой отличный слух уловил еле слышимое копошение и дал понять, что хозяйка комнаты ещё бодрствует. На сначала тихие, а следом более громкие стуки мне, конечно, не ответили. На вполне логичное желание, открыть дверь - тоже. На попытку начать разговор и узнать о причинах таких действий, меня довольно резко и в достаточно грубой форме послали отдыхать на диване, чтобы желательно в своей квартире и где-нибудь в тысячах милях отсюда.

Конечно, я прекрасно понимал причину женской обиды. Понимал, принимал и даже осознавал. Но я же не мог словно зверь наброситься на бедную девушку? Именно эту, которую я люблю и которой хочется меньше всего причинять боли. И я бы, наверное, все же плюнул на все здравые мысли, но проблема состояла в том, что Ариана не помнила о той ночи практически ничего. Знание лишь нашего разговора не давало полной картины произошедшего, а причина крылась в самой ночи, которая сто раз не была простой. Там существуют настолько сложные обстоятельства, которые по итогу могут грозить мне не только обычным фингалом под глазом, но и вполне оторванным достоинством. Последнее, разумеется, хотелось меньше всего на свете. В данную же минуту меньше всего желалось ругаться с девушкой, которая, кстати говоря, даже будучи рассерженной не осталась равнодушной.

На диване небольшой горой выстроились одеяло, простынь и подушка. Расстелив всё и улёгшись, я все же счастливо улыбнулся тому, что влюбился в практически идеальную девушку, если, конечно, закрыть глаза на некоторые обстоятельства.

Я думал, что принял отличное решение, дождаться утра, когда Ариана успокоится и, возможно, даже перестанет на меня обижаться. Но как и всегда во всех ситуациях с этой девушкой я ошибался, неверно понял её молчание и просто опростоволосился.

Первое, что сразу бросалось в глаза, пустота. Ариана сумела проснуться раньше меня, собраться и благополучно уйти на учебу. Ни записок, ни сообщений, ни звонков. Такое чувство, будто она в спешке сбегала от меня.

Второе, что заставляло нервные клетки лишний раз напрягаться, Ариана не отвечала ни на мои звонки, ни на мои сообщения. Наше общение этим днём было сугубо одностороннее, что мне, конечно, не сильно нравилось. Но сорваться с работы я не мог, а потому продолжал надеяться, что девушка ответит хотя бы на сообщение.

Третье, что резко рвало нить нервов, скопленных за весь день, Арианы не было дома. В темноте квартиры, когда за коном почти глубокая ночь, а на часах скрипит уже одиннадцатый час, меня ждала очередная пустота. И вновь ни письма, ни звонка, ни сообщения. То, что на мои сделанные за десять минуть штук сто звонков не ответили, говорить не следует. А попытаться найти беглянку было почти невозможно. Лучшая её подруга так же отказывалась брать трубку, а Элайджа, лишь проржавшись над ситуацией прошлого вечера и моей сегодняшней, сбросил звонок, напоследок сообщив, что понятия не имел о местонахождении собственной сестры. О том, что его не сильно волновало, где она шляется в такое позднее время, мне спросить не удалось.

Спустя где-то пятнадцать минут, как раз когда я уже сто тысячный раз изводил бедный телефон бессмысленными звонками и сообщениями, на сотовый раздался звонок от человека, о котором в последний раз я вспоминал очень давно. Времени как-то совершенно не было.

Говоривший не стал начинать со вполне обычных приветствий и сразу же перешёл к делу, сказав лишь несколько предложений.

— Кажется, у меня тут твоя девочка. И, похоже, что ей очень весело вне твоей компании.

Дослушивать я, само собой не стал, сорвавшись с места и отправившись за своей девочкой, которой, видимо, было очень хорошо в неизвестно чьей компании.