Влюблённая в Серого Волка

Глава 4.

Подавив желание потерять сознание прямо сейчас и забить на всё происходящее, я мужественно выстояла под фосфорирующим взглядом Вольфыча. М-да, что с шерстью, что без неё уровень опасности зашкаливает.

Оборотень, на груди которого не было ни малейшего следа от ужасных ран, не отводя от меня глаз, шумно вдохнул воздух. Вряд ли ему понравилось то, что он учуял. Вон как перекосило бедненького.

– Где... Акулина?.. – будто бы через силу произнёс Владислав.

Я мысленно переместилась на улицу, оценила состояние больного и решила не рисковать... его здоровьем.

– Она вышла за водой. Недавно. Почти только что. – Если бы не пустое ведро, брошенное мной посреди комнаты, то вполне возможно, ложь могла бы сойти за правду. Видимо, у них здесь по одному железному ведру на дом, раз меня оперативно убрали с дороги и, буквально, поползли открывать дверь. Её, как назло, кто-то попытался выбить с той стороны. – З-замечательно, – процедив сквозь зубы одно из своих любимых наречий, я взяла полено, что выглядело потяжелее, и приготовилась обороняться.

Через минуту бесплодных попыток и где-то два удара в несчастную дверь присела отдохнуть на маленькую скамеечку. Спустя ещё минуту сел мужчина. Попросить меня помочь у него, конечно, язык отвалится. По крайней мере, есть уверенность в том, что дверь выстоит хоть часок, а оборотень с его регенерацией успеет поднабраться сил. Подумаешь, первая попаду под горячую руку. Придется делать всё возможное, чтобы этого не произошло.

Огоньки не мигали. Видимо, он закрыл глаза, лишь бы меня не видеть. Больно надо. Лучина вон уже заканчивается. Пойду свет добывать. Где, интересно, у неё щепки?

Так, а чегой-то я тут торможу? Бревно в руке, найти бы теперь что-нибудь поострей. А этот пусть сам мучается.
Благо, огня хватало на освещение большого стола, на котором и нашёлся нож. Да ещё какой! Да несколько!

Представьте себе десятый год на Руси после Рождества Христова. Деревянная избушка, лучина, печь, мало напоминающая наши, железное ведро и набор ножей с пластмассовыми ручками, разрисованными под хохлому, которую просто обожает моя бабушка. Возникает закономерный вопрос. Почему лучина? Не свеча, не лампа?
Так мне было о чём подумать, в то время как я пыталась отковырнуть от бревна хоть малюсенькую щепку. А если прислушаться к звукам за стеной, Владик у нас тоже не бездельничает. Не жарко ему там? Можно подумать, он так стремится водички попить. Тут-то её нема.

– Йес! – Мои старания не прошли даром. Кучка мелких палочек подкормили огонёк, и пара щепок побольше снова вернули свет в нашу деревянную темницу.

Потеряв увлекательное занятие, я уж подумывала присоединиться к Владиславу, но передумала. Кто знает, не взбешён ли он сейчас? Лучше окна поищу. Не может же быть вот это отверстие под потолком окном. Если школьные знания меня не подводят, через него должен выходить дым.
Да что же такое? Ни единого окошка. Как тут жить то можно?

Я вернулась к наблюдению за оборотнем. Механизм, закрученный до упора никак не хотел поддаваться его усилиям. В конце концов, не очень здравый смысл победил гордость.

– Открой дверь. – Ой, мы уже и разговаривать можем без пауз. Посидим немного и ходить начнём, не пародируя зомби. Кстати, раз здесь есть колдуны, то могут ли они поднимать мертвяков? Интересненько.

– Нет. – Самый обычный стук не дал мужчине перейти к угрозам. Мы оба напряглись и даже синхронно переглянулись.

– Открывайте, – раздался усталый голос. – Это я, Акулина.

Я потянулась к замку, но Владислав остановил меня.

– Эй, ты чего? – Ладно, ладно. Нечего так глазищами сверкать.

– Если дверь сейчас же не будет открыта, живым отсюда никто не выйдет. – Оборотень кивнул самому себе и дал мне знак открывать. Словно по волшебству, отперла дверь за каких-то три секунды.

– Влад, я вижу, ты в порядке. Почини колодец. – И всё – тоном, не терпящим возражений. – Юнона, за мной.

М-да, теперь я начинаю сомневаться, кто здесь настоящий монстр.

С приходом хозяйки дом словно посветлел. Так, стоп, окна?!

– А...

– Садись, – велела женщина, – и слушай внимательно. Русалки или не знают, где твоя бабуля, или очень хорошо держат язык за зубами. Это во-первых. А во-вторых, на жителей, – а как же без них? – Ведьминого леса нападают упыри. Кикиморы друг на друга озлобились, чуть не поубивали. Никогда такого не было, а тут...

Видно, сильно досталось Акулине. Вид-то измождённый, будто вагоны разгружала.

– А, – я всё ж осмелилась перебить её, – можно три вопроса?

– Всего? Ну, задавай. Может, новые появятся. – Акулина поднялась, и снова забренчали бутыльки.

– Вы сейчас с кем-то боролись, да?

– Во дворе, что ли? Нет. Кикимор разнимала. Когда эти ссорятся, таким, как ты, лучше прятаться. Будешь? – Зеленоволосая протянула деревянную чашку с чем-то бурым и вязким, но, когда я уже была готова её взять, отвела руку. – Урок первый: пока не назовут, что подают, – не бери. А если взяла, проверь.

– Но зачем мне ваши знания? – Собственная беспомощность заставила сникнуть. – Я же полный ноль в магии.

– С таким настроением можешь отправляться к своим сводным сестрам хоть сейчас, – проворчала Акулина, но смешивать содержимое разных баночек продолжила. – Они с радостью тебя прибьют. А вот чтобы они этого не сделали, я знания и даю. Ты хоть поняла, что сотворила с Владиславом?

– Я его даже пальцем не тронула! – Комом в горле стало несправедливое обвинение. – Но... Если не считать того лечения.

– То-то и оно. Кабы не была ты магом, пальцы пупырышками покрылись бы, – неожиданно захихикала женщина.

От возмущения мой словарный запас просто испарился.
Очаровательно. То есть я спокойно могла откинуть рожки, а она хихикает?!

Чему нас научили школьные психологи? Юнона, вдох-выдох, выдох... Блин, где воздух?

Я – маг. Нет. Я ма-аг!

Всё это пронеслось в голове за пару мгновений, но совершенно не отразилось на лице, что, как ни странно, насторожило Акулину.