Влюблённая в Серого Волка

Глава 5.

Куда идём мы с Пяточком?

Пятачок молчит. Топает себе без пути, без тропинки, а я устала вообще-то. Считай, всю ночь не спала. Так, в обмороке повалялась.

Скажите, пожалуйста, откуда у него столько сил? Полтора часа назад в отключке был, а сейчас бодрячком через кусты чешет. Неужели сложно у лешего помощи попросить?
Хоть бы рассказали мне что-нибудь о нём. Иду по лесу за каким-то незнакомым мужиком, который в волка превращается и колодцы быстрее трёх бригад строит.

– Возьмёшь шишигу? – Фрося протянула мне что-то в ладошках. Как оказалось на свету, на них удобно расположился маленький носатый человечек с очень тонкими руками и ногами. Он мельком взглянул на меня, но тут же вернулся к прерванному занятию – почесыванию рожек.

– Ты его хотела в штаны засунуть? – охнула я при виде такой милоты, но взять не решилась. Это не котёнок, вдруг палец оттяпает?

– Кого же ещё? – За спиной главной кикиморы, как призналась она сама немного позже, сновала Акулина. Всё не могла решить, какие травки мне больше пригодятся. Кабы её воля, все бы засунула. – Глупый он и любопытный жутко. Терпения на этого паразита не хватает. Братишек замучал, болоту днём спать не даёт. Пусть узнает, как вдали от матери живётся. Старшенький, вот и балуется.

Тут-то я догадалась.

– Он твой сын?

– Шутишь, что ли? – возмутилась Фрося. – Внук! Тридцать второй уже. Быстро время летит. Так возьмёшь? Клянусь, мешать не будет. А коли деньги закончатся, на местных натравишь, а потом вызволишь их из беды. Как миленькие гроши принесут. –

Я вновь взглянула на абсолютно невозмутимого парнишку и засомневалась.

– А если домой захочет? Кормить чем? Прятать где? Фрось, я не справлюсь.

– Кормить не надо, – отмахнулась она. – Гулять выпускай, мошками наестся. Где хочешь, прячь. Смотри, что покажу.
Глазом моргнуть не успела, человечек размером с ладонь уменьшился до трёх сантиметров и, проворно взбежав по руке, спрятался в волосах. Хм, лёгкий-то, словно пушинка.

– Домой он через любую лужицу вернётся, а так мы связь с тобой держать сможем. – В комнату зашёл Вольфыч. Уже рубаху сменил. Не впервой, наверное. При виде мужчины Фрося заметно помрачнела. Что-то тут нечисто. – Акулин, ты там всё собрала? Владислав извелся, поди. Обычно его ждут, а тут барышня задерживается.

Оборотень проигнорировал язвительную реплику и, дождавшись, пока мне вернут заметно потяжелевший рюкзак и вдоволь наобнимают, двинулся в лес. Под сочувственным взглядом Ефросиньи я посеменила за ним.

Иду, думаю, как Акулине удалось так быстро высушить моё платье и круто было бы не мучиться с феном.
Всё, больше не могу. Я совсем не феминистка, поэтому эксплуатировать мужиков умею. Только не знаю, останусь ли в живых после эксплуатации этого самого...

– Я устала. – Ближайшая берёзка заботливо поддержала меня и пять километров груза на хрупких плечах недомагички. Здесь не помешала бы Гермиона с её мега-сумкой. Раз, и не надо изображать из себя плющ, обвивающий дерево.

Не сильно разговорчивый спутник всё-таки остановился и даже соизволил обернуться. На его лбу крупным тайм–нью–романсом распечаталось: «Если бы не способности, оставил бы на съедение психопаткам. Зачем я на это всё подписался? Ещё и бабку спасать».

Но вслух он, конечно же, ничего не выдал.

– На. – И вряд ли вообще ожидал, что я суну в его перекаченные руки свою ношу. – Ну, идём?
А, в принципе, неплохой мужик. Гена и продукты из магазина домой притащить не мог. Боялся, как бы мышцу какую-нибудь не потянуть, несуществующую.

Молчаливое и получасовое созерцание рельефной спины прервал шишига, судя по возбужденному виду, захотевший есть.

– Ты можешь на бегу их ловить? – Шиш (Фрося милостиво разрешила называть парня как вздумается) почесал нос и увеличился до восьми-десяти сантиметров, а затем пожал плечами. Видно, дальше расти он не мог.

– Владислав! – Мужчина, пристроивший на спине рюкзак, замедлился. Пришлось догонять, чтобы видеть лицо. – Нужен привал. Шиш хочет кушать.

Впервые за прошедшие два часа Влад решил заговорить. Вернее, покомандовать.

– Оставь здесь. – Его карие глаза перестали буравить шишигу, чем тот сразу же воспользовался. Спрыгнул на ближайший куст и начал охотиться. Полюбоваться сим действием противный бука не дал. – Мы не возьмём это в деревню.

Свершилось. Теперь хотя бы знаю, куда он так целенаправленно чешет.

– Я тебя не спрашивала. – Полянка, послужившая Шишу столовой, оказалась последней. За деревьями уже виднелся восход солнца. Одна лишь недовольная морда омрачала эстетическое наслаждение.

Шишига прыгнул за очередной вертлявой мошкой, и тут в носатика попал маленький огненный шар. Не настолько, чтобы сжечь, но, кажется, ожог был достаточно сильным питомец взвизгнул и внезапно телепортнулся на моё плечо.
Аккуратно сняла его, чтобы рассмотреть рану на лопатке. Что ж не так плохо, как думала. Всего лишь покраснение. Но откуда знать, вдруг для шишиг огонь смертелен?

Секундная паника отступила, стоило питомцу заурчать, а красному пятну исчезнуть.

Я вернула носатика в волосы и только после этого взглянула на Влада, явно угрызениями совести не мучающегося.

– Значит, полукровка? – Самообладание. Бабушка говорила, что плох тот лекарь, который всего боится. Страх одурманивает разум и делает слабее, заставляет паниковать и совершать ошибки. Если Акулина с Фросей считали, что я не запомню весь разговор, они сильно просчитались. – Не слышала я, чтобы оборотни магией обладали. Или ты маг, оборачивающийся в волка? Поэтому слабый?

Напряжение повисло между нами. Влад, наверное, пытался подобрать нематерные слова, я – готовилась тикать.

– Покажешь его в деревне – убью. – Никогда не считала себя безбашенной стервой, но мозг подсказывает, что не убьёт.

– А скоро мы...

– Полчаса. – Главное, не бросил рюкзак. Какая-никакая, а мужественность.

Мне же остается ближайшие тридцать минут лицезреть... спину своего не очень дипломатичного рыцаря.