Влюблённые поневоле

1.

Торжественный зал был переполнен обеспеченными людьми в дорогих вечерних костюмах. Многие мужчины были одеты в сдержанные смокинги, черные брюки и накрахмаленные рубашки, в то время как их дамы отдавали предпочтение нарядным вечерним платьям, которые они скорее всего больше никогда не наденут ни на один праздник и сразу же избавятся от них, как от ненужного барахла, который все сплетницы соседних округов уже видели. Официанты сновали по кругу, предлагая гостям вкусные закуски и бокалы, доверху наполненные игристым напитком. Персонал вел себя сдержанно, профессионально: заученные фразы, вежливый тон голоса, а частые комплименты, и похвала были короткими, но эффектными, когда этого от них требовали гости. Лишь изредка можно было услышать, как кто-то из присутствующих громко смеялся и рассказывал оживленные истории. В основном, предпочтение отдавалось деловым переговорам и сделкам, от которых напрямую зависела прибыль компаний.

Дарья стояла поодаль дискуссий и скучающим взглядом наблюдала за тем, как ее отец обрастает нужными связями и выгодными партнерами. Младший брат, - Артем, - уже давно затерялся в толпе и наверняка поедает уже двадцатую закуску, от скуки пересчитывая количество людей в зале. На самом деле девушка уверена, что он пытался сделать это уже три раза и каждый раз сбивался на цифре семьдесят, с раздражением отмечая, что в зале за это время появлялись новые лица и подсчет придется начинать сначала. В это время, в другом конце зала, родительница влюбленными глазами наблюдала за своим мужем, каждый раз бросая неловкие взгляды на родную дочь. На самом деле девушка не может ее в этом винить. Будь ее воля, она бы давно уже сбежала с этого мероприятия и с удовольствием провела лишние несколько часов на диване у лучших подруг, поедая сладкое мороженое с крошкой и смотря дешевое комедийное шоу, которое часто крутят на больших экранах в полночь по вторникам и четвергам. Тем более, она была прекрасно осведомлена о намерениях своих родителей на этом вечере и это только сильнее подстегивало ее бросить все и сбежать, оставив после себя хаос и раздор.

Женитьба.

Это слово въелось ей под кожу и заставило пересмотреть свои планы на жизнь. Это звучит нелепо и смешно, но оказывается несколько лет назад, когда Дарья была еще совсем малюткой, а ее избраннику только-только исполнилось два года, их родители решили засватать своих детей, чтобы навсегда остаться близкими друзьями, растить в будущем общих внуков и объединить акции двух компаний, чтобы опередить конкурентов и построить собственную империю, основанную на взаимопонимании и выручке. Только одна лишь ее комната знает сколько слез было выплакано за все бессонные ночи и сколько обид таит в себе сердце девушки. Были крики, слезы, мольбы, но глава семейства оставался непреклонным, каждый раз повторяя одно и то же: «Этот парень тебе подходит по всем критериям, прекрати истерику, ты его даже не видела». Но если бы это было возможным и желания исполнялись по щелчку пальцев, Даша бы загадала никогда не встречаться с этим парнем.

Ее избранник должен был вот-вот появиться на вечере, отчего ее сердце билось как заведенное, отбивая ритм о грудную клетку. Ответственность, возложенная родителями на ее хрупкие плечи и собственная тревога давили на нее, с каждой секундой заполняя разум девушки. Ей хотелось плакать, кричать и истерически смеяться. Совсем не так она представляла свою жизнь еще всего год назад, ведь тогда у нее было столько планов, мечт и целей, а сейчас, в эту самую секунду, кажется, что жизнь спонтанно разрушилась, оставив после себя только горстку пепла.

— А вот и семья Смирновых прибыла… — послышался шепот позади девушки, отчего она невольно вздрогнула и подняла любопытный взгляд.

Смирнов Тимофей Игоревич.

Ее проклятие и наказание в одном лице прибыл на вечер, посвященный благотворительности. Ирония заключалась в том, что на свою одежду, макияж и наряды, окружавшие ее люди потратили больше, чем на «добросердечные» сборы для больных детей.

Она пыталась найти его – свой источник невроза и истерик, - но увидела только возрастную пару и несколько любопытных зевак, поспешивших к новым гостям вечера, чтобы утолить любопытство и возможно, если им повезет, найти новые темы для сплетен и слухов. Возможно это и к лучшему, ведь она совсем не уверена, что смогла бы достойно продержаться хотя бы несколько минут в его окружении не заплакав и не вцепившись в него ногтями от обиды и злости за то, что он одним своим существованием перевернул ее привычную жизнь с ног на голову.

Ее мать, — статная женщина, изысканно умевшая сочетать несочетаемые вещи, - обернулась к дочери и подозвала к себе рукой, не переставая улыбаться и беседовать с пожилой женщиной, одетой в яркое красное платье и черные туфли на высоком каблуке. Этот образ был бы довольно симпатичным, если бы на ее лице не красовалась кривая улыбка, а на обветренных губах был бы другой оттенок помады.

Даша медленно двинулась с места, не переставая пытаться избавиться от ощущения страха, что мерзкими холодными щупальцами душил ее тело. Перед глазами то и дело появлялись картинки совсем недалекого будущего, в котором она замужем за нелюбимым человеком, бросила заниматься своим детищем – приютом для бездомных животных, и пытается подстроиться под чужие стандарты, стирая с лица земли свою личность.

Эта мысль заставила ее остановиться посреди зала. Ноги будто приросли к земле, будто само подсознание пыталось всеми силами защитить свою хозяйку от роковой ошибки. Нет. Она не могла так поступить. Она не могла предать себя и свои интересы. Разве ради этого дана жизнь, чтобы так бездумно растоптать свои мечты и попытаться найти в экономике что-то интересное, только, чтобы стать хорошей дочерью?

Нет.

Сердце с каждой новой мыслью билось все сильнее, дыхание учащалось, а руки постепенно стали холодными как у античной скульптуры, но она не могла перестать искать выходы. Сдаться – не ее метод. Разве не она учила своих подруг бороться до конца за свои права? Так почему же, когда дело коснулось ее жизни, все стало слишком запутанно.