Вместо Ритма

Глава 7. А может ночь не торопить, и все сначала повторить...

Эту ночь я проспала с большим трудом. Потому что все время в голову лезли воспоминания о прошлом вечере. И даже то, как я поцеловала Белова в щеку и коснулась губ. Черт, почему я такая глупая? Почему вечно мне неловко за такие тупые моменты? Как же бесит!
Утром Лена разбудила меня с приятными новостями. Она приготовила бульончик. И ее стряпню я готова есть всегда!
— Как тебе? — спрашивала она, пока я с огромным удовольствием ела ее еду.
— От-лично, — с трудом бормотала я от того, что рот был занят хлебом и супом. Идеальное сочетание.
Закончив с завтраком, я спешно пошла в спальню и плюхнулась на кровать. О том, что надо посетить пары, я не думала. Потому что чувствовала себя все еще не очень хорошо.
— Мне на занятия надо. Если что, обязательно звони, хорошо? Даже если просто немного хуже станет, — приказным тоном произнесла Лена, собирая сумочку.
— Танцы сегодня будут? Не хочу второй день пропускать, — Да и до выступления надо подготовиться на «отлично».
— Будут-будут, ложись давай. Я позвонила Леше, он зайдет сегодня.
Не дослушав моей реакции, Лена убежала. А я просто не понимала, зачем. Даже смутилась от мысли, что Леша будет у меня дома.
Удобнее разлегшись в кровати, я положила градусник в подмышечную впадину, а сама начала листать ленту новостей. За день, оказывается, столько всего случилось в университете. Там кто-то кому-то предложение сделал, кто-то кого-то бросил...
Через пять минут я достала градусник. Тридцать семь и восемь. Ну, не критично, но и не хорошо. Надо будет чаю приготовить и лекарства выпить.
Но не мгновение я вспомнила, как вчера Матвей мне помогал. Переодевал, купил еды и градусник, бросил на балкон постельное белье... И чуть не поцеловал. И плевать, что в ту секунду я, к своему страху и риску, хотела именно этого. Даже не думая о том, что он может заболеть из-за меня.
Черт. Как же я боялась, что он услышит, как быстро бьется мое сердце. Именно из-за него. Я боялась, что он все поймет. И снова уйдет, как много лет назад. Или посмеется, откуда мне знать. Но судьбу я испытывать не буду. Мне... не хотелось снова оставаться без него...
Когда в дверь позвонили, я даже вздрогнула, потому что была занята мыслями о Матвее. И не сразу догадалась, что это Леша. Поэтому я быстро подбежала к двери и открыла.
Сразу, как только он вошел, бросил какие-то пакеты на пол и крепко меня обнял. Я прижалась к нему, вдыхая аромат его резких духов, которые уже немного выветрились.
— Ты как? Как себя чувствуешь сегодня? — спросил Леша, чуть отстраняясь от меня, но не отпуская.
— Уже лучше. Температура спала, сегодня тоже полежу, а завтра уже на пары пойду.
— Хочешь, справку сделаем? Чтобы пропусков не ставили.
Это заманчивая идея, но я отказалась. Не нужно. Мне и так нормально будет, и так мало ведь пропусков.
— Идем на кухню. Угощу тебя хоть чаем, — неловко произнесла я, указывая рукой в сторону кухни.
Без уклонений Леша легко взял пакеты в руки и прошел внутрь. Положил их на стол и начал доставать оттуда продукты. Мне стало в разы неловко. Зачем он так? Белов и так вчера все купил...
Но я решила промолчать. Включила чайник и решила взять самые красивые кружки. Которые мы использовали только когда важные гости приходили.
— Помочь? — предложил парень, когда заметил, что я не могу достать до тех самых кружек.
Не дослушав мой ответ, он подошел ко мне, встал вплотную и достал кружки. От неожиданности я резко повернулась к нему лицом, стоя все еще на носочках.
Я встретилась с его взглядом. Он положил кружки на стол и расположил свои руки так, что я бы не смогла выбраться, если бы захотела. А я не знала чего хотела. Особенно после вчерашних открытий.
— Я могу тебя поцеловать? — шепотом спросил Леша, поправляя сбившуюся прядь за ухо.
— Я ведь болею. Заразишься, — ответила я, не желая отказывать ему. Черт. Чувствую себя чудовищем.
— Плевать, — положив руку мне на затылок, он крепко поцеловал меня, а я ответила. Потому что мне хотелось все забыть. И я наивно предполагала, что Леша в этом мне поможет.
Он целовал меня то быстро, то медленно. А я игралась с его светлыми прядями за затылке, пытаясь заткнуть внутренний голос, который кричал мне очень громко: «Ты неправильно поступаешь. Признайся ему и перестань страдать. Не разбивай сердце бедного парня».
А я громко посылала этот голос куда подальше, с упоением отвечая Леше, но отчетливо понимая, что чувствую только размеренное биение сердца...
Поэтому я первая отстранилась от него. И оправдала себя тем, что все-таки не хочу, чтобы он заболел из-за меня. И мы наконец выпили чай, о котором благополучно забыли оба.
Леша много рассказывал мне про свою работу. Он работал в фирме отца и готовился стать генеральным директором. Честно, я слышала его вполуха, все время погружаясь в воспоминания.
— ...а ты кем будешь после учебы? Куда пойдешь учиться?
— А? — я не сразу его расслышала, а потом ответила: — Никуда. Буду танцевать. Или в хореографы.
Это было правдой. Я не хотела быть экономистом. Поступила, потому что так хотели родители. Сама я хотела стать танцовщицей или хореографом. Потому что только эта деятельность доставляла мне удовольствие.
Леша только мило кивнул. И мы продолжили пить чай в тишине, пока парню не позвонили по работе и ему пришлось срочно куда-то уехать.
Я снова осталась дома одна. Без понятия, когда приедут родители или сестра... Мне скучно одной. А танцы только вечером. Черт, и что мне делать весь день одной?
Хотя, одной я не была. Мой внутренний голос все отчитывал меня за то, что я не честна с собой и не могу сказать человеку слова, которые я говорила ему же много лет назад. Но все дело было в том, что я боялась. Боялась своих чувств, отказа, насмешки. Боялась, что снова останусь с разбитым сердцем...
Через четверть часа Через четверть часа мне позвонила мама и весело о чем-то рассказывала, а потом резко выдала:
— Ой, ты же не в курсе! Любовь Олеговна хочет зайти к нам. Встретишь ее? Она прямо сегодня будет.
Да не-е-е! Бабуле зачем так внезапно понадобилось приехать? Ее даже шантажом невозможно было убедить в город приехать и с нами жить! В свои девяносто четыре она была такой активной дамой, что все равно жила одна и ухаживала ха огородом.
— Ладно... — тихо ответила я, понимая, что никуда не денусь.
— Ну все, пока, Танюш. Нам тут в магазин нужно заехать. Привезем тебе вкусной еды.
Мама первая отключилась, а я быстро встала с кровати и начала убираться в доме. Просто бабуля была такой немного привередой, что сама бы заставила убираться. А так мне будет удобнее.
И несмотря на болезнь, я справилась меньше чем за час. Убрала весь дом так, будто перевернула верх ногами. И сама чуть так не перевернулась от усталости.
А баба Люба приехала ближе к вечеру. И принесла столько всего, что я сама с трудом бы подняла, но она несла с легкостью. Да, надо чаще бегать и тяжести поднимать. Не то до шестидесяти не доживу.
— Танюша! — протянула устало бабуля и крепко обняла меня. Она была чуть ниже меня, поэтому мне пришлось наклоняться.
— Как ты, баба Люба? Чего так решила приехать? — спросила я, неся ее пакеты на кухню. Она медленно шла за мной, а когда села, взяла со стола стакан воды и залпом выпила.
— Ой, да ты глянь-ка! — бабушка махнула рукой. — Дак я это… давеча внучка мне звонила, спрашивала, али болею я, али чего. Я и сказываю: мол, жива, да здоровехонька, чего зря переживать-то? Дак я и решилась, думаю: сама приеду-ка, навещу правнучек да внуков.
Обожаю, как говорит бабуля. Будто из классической литературы сбежала. Всегда слушаю так, будто аудиокнигу.
— А хочешь, я летом к тебе приеду? Помогу с огородом, дачей.
— Ой живи, внучка, эвон мне соседа сын помогает летом, справляюсь. Ты лучше скажи, жених-то есть у тебя или сестры?
— Да ты чего, бабуль, — я немного смутилась, — еще рано. Мне двадцать два, а Вале двадцать три, рано нам еще.
Но баба Люба никак не унималась. Твердила о том, что в ее время таких могли посчитать старо родящими или девками. А я пыталась убедить, что мне пока никто не нужен. Но бабулям что говори, что не говори.
— Ой, внучка… Дома покои-то будут? Устала я, старая, глаз-то не смыкала с самой зари.
Сразу взяв бабушку под локоть, я пошла с ней в комнату родителей. Там низкая кровать, ей удобнее будет поспать.
— Бабуль, ничего, если я на танцы пойду? Всего два часа, рано приду домой? — я боялась оставлять ее одну. Вдруг не дай Бог, что-то случится с ней?
— Эвон этот ваш телефон есть. Мне соседа сын учил звонить. Иди, внучка, я просто на часок лягу отдохну.
Облегченно вздохнув, я вбежала в свою комнату и начала быстро переодеваться. И так опоздать могла. Поэтому быстро переоделась в то, что надела в прошлый раз, и быстро выбежала из дома, захватив сумку с запасной формой.
Несмотря на температуру, я чувствовала себя хорошо. Поэтому радостно шла, вдыхая свежий весенний воздух. На этот раз я надела куртку. Точно не заболею.
Пока я шла, мне позвонила и Диана, и Лена. Обе спрашивали, приду ли я. И обеим я сказала одно и то же. Не могла пропустить танцы из-за болезни. И так пропустила вчера и в день вечеринки глупой. Из-за Белова.
— Тань, — крикнул кто-то и я спешно обернулась. А он тут что забыл? Да еще и пешком...
— Привет... — сказала я второй раз за день, обнимая Лешу.
— Зачем ты пошла на танцы? Болеешь ведь, ну! Я хотел зайти еще вечером, но Лена заставила прийти сюда. Ее сумку занес.
Понятно. Лена как всегда забыла свои вещи. Ну, это в ее духе.
— Ты не на машине? — спросила я, пытаясь разглядеть на темной улице его дорогую машину.
Он только кивнул и улыбнулся. Так нежно, что мне стало стыдно за себя. Такая глупая, такая тупая! Как я могу не влюбляться в такого хорошего парня?
Леша даже вызвался меня проводить! Поэтому всю дорогу я держала его за руку, стараясь прочувствовать хоть что-то. Но было только спокойствие. Будто гуляю не с парнем, которому нравлюсь, а с лучшим другом, у которого я только в друзьях.
Когда мы добрались до студии, то я отстранилась от него и хотела уйти, но он остановил меня.
— Береги себя, ладно? Если что, звони, обязательно. Сразу приеду заберу, — в который раз убеждаюсь, что я его недостойна. Он такой хороший, а я обманываю и себя, и его.