Вместо волшебницы 2

Глава 26

Падать в темноте это уже почти смерть.
Сколько мне лететь до того мгновения, когда превращусь в груду поломанных костей и разорванного о скалы мяса?
Секунд десять? Вряд ли больше.
Время будто замедляется – так и должно быть перед смертью.
Ветер бьется в заложенных, от высоты или скорости - не знаю, ушах. Он будто радуется тому что кто-то такой же быстрый и бесстрашный как он падает рядом…
Вот только я не бесстрашная – я умираю. Это случится всего через несколько коротких секунд.
"Ким-мах" – разрывает мне уши ветер.
Такое смешное слово – думаю я. Никогда не замечала что ветер умеет разговаривать. Свистеть, биться, шуметь... но только не разговаривать.
"Ким-мах" – продолжает о чем-то непонятном рассказывать он мне... и мне тоже вдруг хочется ему рассказать в ответ.

О моей короткой так и не прожитой жизни. О скалах совсем близко внизу... скалах которые совсем скоро причинят мне боль.
Очень сильную боль... радостно лишь то, что она будет совсем короткой.
Так долго тянутся эти короткие несколько секунд – я даже успеваю вспомнить все. Вообще все... все, что случилось со мной за двадцать четыре моих года. Я, даже вспоминаю как первый раз пошла... разве можно такое вспомнить?!
"Ким-мах" – не отстает ветер обжигая холодом ночи мое лицо.
"Отстань" - мысленно говорю ему и закрываю глаза. - "Мне пора".
Я уже чувствую запах земли – так близко она.
"Ким-мах"…
Это будет последнее что я услышу в своей жизни...
* * *
Меня будто бьёт током.
Бьёт ровно мгновение, а потом, все вдруг поняв я ору что есть мочи заветное слово.
– Ким-мах, – ору я и тут же повторяю: – Ким-мах.
Воздух вокруг вдруг густеет, словно превращается в кисель, словно обнимает, словно связывает меня...
Связывает и опускает на скалы. Бережно.
Как родной.
– Спасибо, – шепчу я цепляясь за землю так, будто у меня ее сейчас отнимут. Я шепчу своё тихое «спасибо» и плачу. Плачу потому, что ничего не может быть лучше второй жизни вдруг подаренной тебе.
Прижимаюсь к земле и лежу не шевелясь. Еще не веря что не будет боли. И что смерти не будет тоже.
– Ким-мах, – благодарно шепчу я чувствуя на мокрых от слез губах землю.
* * *
Черное очень близко. Черное и опасное. Я не могу его разглядеть даже на фоне звёздного неба – я лишь чувствую его.
– Уходи, – шепчу вцепляясь в камни до боли в пальцах.
Это черное пришло за мной – я знаю это, поэтому вскакиваю на ноги и бегу. Наугад. Падая, разбивая колени, вставая и снова падая.
Я знаю что бежать придется долго. До рассвета, а потом, когда я пойму с какой стороны океан придется бежать снова – на этот раз к нему.
А потом нужно будет плыть... тоже, наверное, долго. До спасительного острова… на котором меня уже никогда не встретит Лу.
Я справлюсь. Лишь бы то страшное и черное которое летит за мной по пятам не догнало.
* * *
Я не успеваю убежать – меня кто-то хватает и тащит, волочет по камням. Я слышу его тяжелое дыхание... Я хочу кричать, но сил от страха не остается.
Лапы которые меня держат сильные и безжалостные и они не выпустят меня. Ни за что и никогда не выпустят.
Почти теряя сознание от ужаса вцепляюсь в эти лапы, пытаясь оторвать их от себя, а потом кусаю. Кусаю так, чтобы насквозь прокусить жесткую кожу твари.
Та воет от боли... и бросает меня. Не веря в чудо падаю на камни и ползу… Я буду кусать эту тварь снова и снова пусть только попробует опять схватить меня. Я даже рычу на нее... Вдруг забыв о том, что совсем недавно была человеком.
– Да иди ты к черту, – говорит тварь знакомым голосом и машет рукой. – Дальше спасай себя сама.
– Лу?!
Голос мой дрожит.
– Ну а кто еще, – он плюхается на камень рядом и вытирает пот со лба.
Кажется, я все поняла... Этот воздух который, как мне казалось, спас меня на самом деле был последним моим видением. Перед смертью.
– Я умерла, Лу?
– Умерла? – он наклоняется и через темноту вглядывается в мои глаза. – Да вроде жива. Откуда такой пессимизм?
– Но…, – мне страшно ему об этот сказать. – Но ведь ты умер. Поэтому и видим друг друга. Мы оба мертвы. Ты и я.
– Ой, да перестань, – он машет рукой. – я же бессмертный, забыла?
Мне становится страшно и я начинаю плакать. – Я видела тебя. Распятого. Мертвого. Гилл убил тебя. И показал мне. Прямо на свадьбе. И я целую ночь просидела с тобой рядом. С мертвым. А потом Гилл выбросил меня в окно.
– Ого. Свадьба… в окно выбросил… да вы там время не теряли. Не то, что моя жизнь – скукотища.
Слезы душат меня – не сдержавшись начинаю рыдать. Слишком большое облегчение.
– Ну, детка, – он садится рядом и обнимает меня. – Ну перестань. Я рядом и все невзгоды позади, видишь?
– Лучше расскажи мне как тебе удалось оттуда выбраться, – он кивает силуэт возвышающегося на едва светлеющем небе замка.
– Я же говорю – он меня сбросил… а потом… потом…, – я замираю. До меня доходит.
– У меня получилось! – ору я так громко, что Лу затыкает мне рот ладонями.
– Что получилось?

Отпихиваю его руки.
– Волшебство! Я волшебница! – продолжаю орать забыв об осторожности.

– Врёшь же, – он недоверчиво косится на меня.

– Нет! Не вру! Вот смотри…

Начинаю оглядываться в поисках подходящего объекта для демонстрации.

– Что-то потеряла? – интересуется Лу.

Не отвечаю, просто отмахиваюсь.

Вокруг только скалы, чуть дальше впереди бурлящая полоска океана отделяющая нас от родного острова. И кстати этот кусок океана еще нужно как-то переплыть чтобы вернуться обратно.

Чуть выше, над местом на котором мы устроились с демоном, есть уступ. На самом краю уступа небольшой, размером с кочан капусты камень.

То, что надо.

– Смотри, – я киваю в сторону камня.

– Куда смотреть? – Лу следит за моим взглядом. – На этого огромного паука?

И показывает на огромного паучищу висящего прямо над нашими головами.