Внеклассное чтение про Черного лорда

Глава 7.

Несмотря на пугающее пророчество белой магини, которая судила по своему печальному опыту, ничего страшного с Интентой не происходило. Дни шли один за другим, потом полетели — и вот Интента уже отметила, как истек ее первый месяц в Академии — и никто из двух коварных соблазнителей не проявлял к ней особого интереса. Чаще всего ей доводилось общаться с Амалией и леди Лизергейн, которая посетила одну ее лекцию и, найдя ее весьма интересной, смягчилась окончательно — да так, что даже позвала Интенту к себе на чай.

Там, беседуя с ней о том о сем, леди Мелиция дала молодой учительнице несколько очень интересных советов, которые Интента, воодушевленная одобрением обожаемой наставницы, стала внедрять на ближайших же уроках. Самым главным из этих советов, как ни странно, было напутствие вести себя посмелее и не ограничивать фантазии в том, как преподносить материал студентам.

Лорда Кетима Интента продолжала видеть ежедневно, но как и до этого он бросал пару слов, комплимент мимоходом, какую-нибудь шутку — и бежал дальше по делам.

Точно также Ульрис общался и с другими учителями, ничем не выделяя ее. Наоборот, по сравнению с некоторыми даже обделял вниманием — и Интента с ужасом поняла, что ее это слегка задевает. Она невольно следила, как он ухаживает за другими женщинами, как соблазняет их, заметила даже момент его расставания с одной студенткой — то, какой она была возбужденной за день до, и то, как на девушке лица не было наутро после. Трудно не заметить, когда такое происходит с ученицей из твоего класса.

И даже несмотря на то, что Интента всей душой осуждала жестокость темного, она каждый раз испытывала легкое разочарование, когда он пробегал мимо и не замечал ее. Попробовав применить навыки созерцания, помедитировать на это глупое чувство, она с отчаянием поняла, что его корни лежат слишком глубоко — в женской сущности, выделяющей самого интересного самца из окружения, а также в пытливой природе ее мозга, любившего решать загадки.

А потому рассеять это просто так не удастся, осознала она, придется бороться, мучительно сражаться с этим каждый день и молиться, чтобы устоять.

Но был и еще один мужчина, привлекавший ее внимание, хоть и видела его Интента лишь однажды. Ректор не выходил у нее из головы, сколько она ни убеждала себя, что глупо так много думать о нем и, главное, о том, какое впечатление она сама на него произвела.

И все же не проходило дня без того, чтобы подобные мысли не тревожили ее — в основном благодаря тому, что невозможно было не слышать, как имя Черного лорда произносится то тут, то там — то студенты шепчутся, то преподаватели к слову поминают главного человека в Академии. Кто-то боялся его и недолюбливал, кто-то — наоборот, считал дружелюбным и очень приятным человеком, а многие студентки были влюблены так, что едва в обморок не падали при одном упоминании ректора. И чем больше Интента слышала противоречивых отзывов, тем больше ей хотелось узнать, какой же он на самом деле.

Кроме того, принц Маркал даже раньше, заочно, вызывал у нее интерес и уважение. Он был одним из немногих людей в королевстве, чьи достижения никто не стал бы оспаривать — хотя бы потому, что они затронули почти всех жителей. Например, его закон о торговле вдвое расширил ассортимент в продуктовых магазинах в Вотчине Созерцателей, и каждый житель это почувствовал. Интента лично была признательна ему за появление в продаже своих любимых ведьминских настоек и эльфийских сладостей.

Второй раз они встретились на собрании преподавателей две недели спустя после скомканного знакомства. Ректор, как выяснилось, практиковал такие встречи, чтобы обсудить программу, пожелания профессоров и вдохновить коллектив на новые свершения. И выступление его, действительно, было завораживающим — Интента вдруг поняла, что Черный лорд искренне горит идеей сделать из Академии лучший вуз королевства. И от этого ей самой захотелось немедленно бежать в аудиторию и до последней капли отдать всю свою энергию на дело воспитания молодых умов.

Затем он дал слово леди Лизергейн, которая весьма жестко и насмешливо прошлась по промахам некоторых преподавателей, особенно остановившись на неудачном проекте трехнедельных занятий созерцанием.

- Чья это была идея, хотела бы я знать, чтобы у нас ведьма с любительским сертификатом преподавала углубленный курс созерцания за три, праматерь их, недели? - резко осведомилась Мелиция. Непроизвольно фыркнув, Интента зажала рот — правда, такое же сдавленное фырчание послышалось со всех сторон и от других учителей, не ожидавших ругательств из уст внешне чопорной Лизергейн.

Под строгим взглядом, которым декан обвела всю аудиторию, Интента едва не покраснела, но почему-то после этого ей снова захотелось фыркнуть, и она изо всех сил напрягла мышцы живота и глубоко вздохнула, чтобы сдержать смешок. Ее глаза от этих усилий слегка округлились и тут, как назло, она встретилась взглядом с ректором. Черный лорд с абсолютно невозмутимым лицом слегка приподнял бровь, но в следующую секунду тоже выпучил свои глаза, явно передразнивая ее. Интента не выдержала: у нее вырвался мучительный смешок, который больше походил на громкую икоту после всех попыток сдержаться — ректор, очень довольный собой, улыбнулся.

Вспыхнув до корней волос, Интента опустила глаза и скосила взгляд на молодую ведьму, нервно сжимавшую ладонями подол длинной черной юбки. Девушка смотрела в пол и молча заливалась пунцовой краской — ей единственной приходилось невесело. Мгновенно переключившись на сочувствие, Интента справилась со своей смешливостью.

- Должен ли я повторить вопрос леди Лизергейн о том, чья это была идея? - вмешался Черный лорд, на лице которого уже не отражалось ни капли веселья, а лишь суровость, грозившая виновнику страшными карами.

- Моя, - пискнула ведьма, еще ниже опуская темноволосую голову.

Но вопреки ожиданиям Интенты ректор не стал делать ей выговор. Он, казалось, полностью удовлетворился полученным ответом и спокойно кивнул: