Внеклассные уроки темной магии

Глава 4

После урока темные без конца называли Тиура великим колдуном, пока об этом не узнали даже студенты старших курсов и преподаватели. А Болгану теперь дразнили столбиком, и он чувствовал перед ней все больше вины — и за это, и за то, что напугал.

Он и сам мог догадаться, что использовать запирающую магию нельзя, но так боялся опростоволоситься перед лордом Кетимом второй раз, что пульнул первым попавшимся заклинанием.

Программа Болганы явно отличалась от его, но они снова встретились на зельеварении, и тогда Тиур попытался подойти, чтобы извиниться. Но бестолку: ее подруга так зашипела, что пришлось ретироваться.

— Не расстраивайся, — она отойдет, — внезапно успокоила его хриплым голосом ведьма в ярко-желтом платье, которая расталкивала травяную ботву за соседним столом. — Кстати, ты неправильно готовишь этот корень. Его надо сначала обварить, а потом уже тереть.

В зельях Тиур был не силен — потратив лето на темную магию, чтобы хоть как-то подготовиться к Академии, он полностью пожертвовал этим предметом. И теперь пожинал плоды: не мог сделать даже самых элементарных вещей на первом уроке, посвященном предварительной оценке знаний.

Спросив еще пару советов у ведьмы, Тиур негромко представился и она улыбнулась в ответ, протягивая изящную кисть с кроваво-красным маникюром на острых ноготках:

— Велсула. Можно просто Велс. Кстати, ты потрясающе выступил на уроке темной магии. Если бы его вел не лорд Кетим, получил бы двадцать баллов, не меньше.

Пару дней спустя Тиур понял, что «кстати» — это любимое словечко Велс. Она использовала его в конце каждого второго или третьего предложения. Так же, как и он, Велс выбрала темную магию неспроста, хоть и изучала ее с нуля: она хотела стать ученым-исследователем, чтобы делать открытия и писать о них книги. И сразу похвасталась, что ее тетя возглавляет ведьминское издательство.

Очень уверенная в себе, хвастаться и мечтать о будущем Велс особенно любила. Она ходила в ярких платьях, звеня слабыми ведьминскими амулетами, которые надевала больше для красоты, а ее черные, как у всех ведьм волосы, обрамляли такое же яркое лицо с большими черными глазами, длинным прямым носом и широким разлетом темных бровей.

— Почему же ты не хочешь исследовать ведьминскую магию? — спросил Тиур за обедом, на который они отправились вместе после первого же урока зельеварения.

— При всем уважении к моему роду, там особо нечего изучать умом, — отмахнулась Велс. — Это интуитивная штука, ее постигают в глубоких трансах, как созерцание. Неделю назад, например, мы собрались у костра и три часа практиковали парализующие крики. И думаешь, я что-нибудь помню? Села к костру, провалилась и очнулась, когда все закончилось! — с досадой добавила ведьма.

— Ну, практиковалась ты явно прилежно, голос у тебя охрип, — улыбнулся Тиур.

— Это мой нормальный голос, белый. У всех ведьм такой, — насмешливо сказала она и впилась чернющим взглядом в лицо. — Ну и забавно же ты смущаешься!

— Надеюсь, я не оскорбил тебя?

— Да перестань. Расскажи лучше, на кой тебе темная магия сдалась? Ты же белый как эльфийское мыло.

— Сложно объяснить. Но это не прихоть, я решил сменить цвет.

— Да какая уж там прихоть, раз ты заклятия третьего уровня изучил, — кивнула она. — Ладно, давай так. Ты меня по темной магии подтягиваешь, я тебя по практическим зельям, идет?

— Еще как идет! — выпалил Тиур, не веря своему везению. Ведь всякий знал, что лучше ведьм в зельеварении не разбирается никто, и некоторые студентки уже сейчас могли бы заткнуть за пояс препода, если бы не сложная теория, которую ведьмы не секли.

Но к этим занятиям по обмену они смогли приступить не сразу. За первые несколько дней навалилось столько домашних заданий, что даже спать было некогда. Еле выкроив часок на то, чтобы обойти всю академию вместе с Велс, Тиур нашел дорогу к библиотеке, запомнил расположение кабинетов преподавателей и проложил краткий путь к столовой.

Основное было понятно: преподавателей и студентов из благородных семейств, созерцающих и прочих полноценных селили в восточном крыле, падшие жили на нижних этажах западного, вампиры — вообще ниже уровня земли, но им так было комфортнее. Кроме того, как сообщалось в правилах, каждое полнолуние эта часть академии закрывается, и всем падшим будет запрещено покидать зону своего проживания, а остальным — входить в нее, чтобы не стать едой.

Тиур все свое детство переписывался с мальчиком-вампиром и знал, что подобные ограничения и физические страдания в полнолуние для них — норма жизни. Но сейчас, столкнувшись с этим в такой близи, он ощущал что-то вроде неудобства. Ему было стыдно, что королевство и самые богатые семьи вроде его собственной до сих пор не могут обеспечить всех падших достаточным количеством настоек мексена для оборотней, экстрактов крови для вампиров и магических камней для ведьм, которые позволяют снять симптомы безумия в полнолуние.

В остальном замок Мерсье, в котором располагалась Академия, произвел на него только приятное впечатление: комнаты для занятий были светлыми и хорошо обставленными, коридоры чистыми и просторными, в столовой вкусно готовили, быстро обслуживали, для всех хватало места. А его комната была почти такой же комфортной, как и дома. Благодаря очень щедрому взносу родителей он поселился отдельно.

Впрочем, заглянув в пару комнат попроще, Тиур убедился, что и другие студенты расположились удобно, хоть и по двое-трое в одном помещении. Везде хватало хороших кроватей, каминов, уборных и прислуги.

Вокруг замка тоже было очень красиво и ухожено: просторный двор, что-то вроде ухоженного парка, оранжерея, а дальше с одной стороны — поле и деревня вдалеке, с другой — лес. Вот только времени на прогулки пока не хватало.

Когда Тиур не был занят выполнением домашней работы, он тщательно готовился к каждому уроку по темной магии. И дело было уже не только в том, чтобы не вылететь с программы Кетима — как он узнал, в Академии были и другие достойные преподаватели темной магии, на занятия которых можно было безболезненно перейти.