Внеплановая беременность

13 глава Аня

 Аня

Месяц спустя

Смотрю на время, еще десять минут, и можно закрывать кассу. Я согласилась на предложение Полины Сергеевны по поводу работы. После выписки из больницы мной руководил страх потерять малыша. Я строго выполняла все предписания врача, я сразу же решила, что возвращаться в кафе мне нельзя, скрепя сердце пошла работать кассиром в билетную кассу одного из театров.

Раз в неделю после работы я захожу в торговый центр. Меня большего всего интересуют детские отделы. Я уже считаю дни до первых шевелений малыша. В интернете прочитала, что при первой беременности у некоторых они могут возникнуть в шестнадцать недель. На одном «мамском» форуме писали, что по ощущениям – это словно внутри тебя плавает рыбка. Вот и жду, когда моя «рыбка» даст о себе знать, каждый день перед сном задираю футболку, глажу себя по еще плоскому животу.

– Аня, можешь идти домой, я все тут закрою, – появляется Юлия Михайловна, старший кассир. Она всегда за мной закрывает кассу, считает деньги.

– Спасибо. Приятных вам выходных.

– И тебе.

Сегодня именно тот самый день, когда я иду в магазин любоваться крошечными вещами. Мне нравится рассматривать одежду для детей. Все такое красивое, на любой вкус и цвет. Очень много одежды, как у взрослых. Я уже представляю, как дочка или сынок будет одет в одном стиле со мной. Понимаю, пока рано об этом думать, но иногда очень хочется поторопить события.

Иногда задумываюсь о том, как все сложится после рождения малыша. Тревожные мысли о будущем меня ни на минуту не покидают. Папе подтвердили инвалидность, назначили пенсию. Мама хоть и старается держаться, разговаривает бодрым голосом, но я порой улавливаю в нем нотки отчаянья. Я до сих пор ей не рассказала о своей беременности и не имею понятия, когда скажу. Возможно, когда уже буду малютку держать на руках. Добавлять маме еще беспокойства своими проблемами – неправильно. Она недавно недовольно заметила, что слишком мало прислала ей денег, в сезон я могла бы и серьезнее помогать. Пришлось наврать, что нам задержали зарплату, пообещала в следующем месяце прислать больше. Дальше придется врать, что работы нет.

– Аня? – меня кто-то окликает, растерянно смотрю по сторонам. Странно, никого из знакомых не думала встретить в детском отделе. Тут меня охватывает паника и желание уйти, но сдерживаю себя, выдавливаю улыбку.

– Привет. Не ожидала тебя здесь увидеть, – нервно заправляю волосы за ухо, выдерживая пристальный осмотр некогда любимых глаз. Сердце и сейчас екает.

– Я тоже не ожидал увидеть тебя в Москве, думал, ты уехала сразу.

– Как видишь, осталась в столице, нашла работу, жилье и вполне хорошо живу, – встречаемся глазами. Я все жду, когда он спросит о ребенке, но вместо вопроса очаровательно улыбается. Эта улыбка когда-то покорила меня с первой минуты знакомства, я и сейчас чувствую, как учащается сердцебиение, как от волнения сбивается дыхание.

– Ты торопишься? – от его притягательного взгляда мое «да» превращается в дым, я не замечаю, как отрицательно мотаю головой, с надеждой глядя в родное лицо. Скоро этими чертами я буду любоваться каждый день, у меня обязательно будет мини-копия Димы.

– Отлично, приглашаю посидеть в кафе, выпить чаю, – вот он берет меня под локоть и уверенно ведет из магазина. Я не сопротивляюсь, послушно иду рядом с ним, пытаясь заглушить наивное трепыхание своего сердца: вдруг случится чудо.

Мы приходим в кафе, расположенное на верхнем этаже торгового центра. Дима делает заказ за нас двоих. Я чувствую некую неловкость рядом с ним, не знаю, о чем с ним разговаривать.

– Честно, удивлен. Ты всегда говорила, что Москва тебя не притягивает, какие бы тут ни были заработки.

– После того, как мы расстались, мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что делать дальше.

– Где сейчас работаешь? – Дима заинтересованно на меня смотрит, как тогда, летом, когда мне казалось, что ему важны все мои слова.

– Я работают в билетной кассе. Продаю билеты на спектакли.

– Я так понимаю, квартиру снимаешь.

– Комнату. Я живу с хозяйкой, чудесным человеком.

– Тебе повезло. Обычно в столице стремятся приезжих обмануть, требуют плату за жилье за полгода вперед.

– Нет, меня миновала такая участь. А ты как?

– Я? – удивляется, смеется. Некоторое время молчим, так как официант приносит две чашки чая. – Я жду со дня на день повышение. И меня отправляют работать в Китай.

– Китай? – эхом повторяю.

– Да. Фирма вышла на международный рынок, несколько человек отправляют в открывшийся филиал.

– Поздравляю. Думаю, ты это заслужил, – чашка в руке дрожит. Что скрывать, где-то в глубине души верила, что случится вот эта встреча, Дима внезапно прозреет, попросит прощения за обидные слова и скажет, что ему нужна и я, и наш ребенок. А сейчас... сейчас получается, что Дима уедет в далекий Китай, не узнает о рождении малыша, да, похоже, и не желает знать, раз еще не спросил меня о нем.

– Спасибо. Я действительно очень много работал в этом направлении. Конечно, попасть в число счастливчиков мне еще помогла женитьба, мой тесть – руководитель нового отдела.

– Женитьба? – только сейчас обращаю внимание на обручальное кольцо у него на безымянном пальце. Дима довольно улыбается, подносит чашку к губам. Откуда у меня силы сдержать слезы, не знаю, но мне хватает мужества смотреть в красивое лицо бывшего сухими глазами.

– Да, уже месяц как у меня статус счастливого мужа. А ты встретила кого-то в Москве? – Дима разговаривает со мной, как с хорошей знакомой, с которой когда-то было общее времяпрепровождение и о которой остались приятные воспоминания. Рука рефлекторно ложится на живот, защищая нерожденного малыша.

– Нет, я никого не встретила, – показательно смотрю на наручные часы. – Ой, мне уже пора возвращаться домой. Было приятно тебя встретить и пообщаться. Рада, что мы можем вот так сидеть напротив друг друга, как друзья, без обид и претензий. Спасибо за чай, – вежливо улыбаюсь Диме, встаю. Он тоже поднимается, берет мое пальто с вешалки, помогает его надеть.