Внезапно найденная жизнь

7

Столкнулись вдруг миры,
Искрой и пылью, и молний брызг,
Вокруг все всплеском укрывая,

И скорлупу зеркал, пленивших мир, в осколки разбивая.

Но вот, блестящий бастион разбит,
Впервые в чужое сущее взгляд каждого проник,
И сердце ледяное прогревая,
Из зазеркалья взгляд пленит,
Глубинный смысл, своих миров,
Друг другу обнажая.


- Простите за мой экспромт, на самом деле я не поэт,- улыбнулся молодой человек. Быстро глянул на своего собеседника и, тут же отвел взгляд в сторону, устремив его вдаль, к заснеженным вершинам.
Но его умудренный опытом попутчик уловил некую застенчивость во взгляде, но, проявляя тактичность, сделал вид, что от его колющих серых глаз сие событье ускользнуло. Но секунду помешкав, решил все же начать свое очередное наступление.

- Стихи красивы. Как и о большинстве из них, можно сказать, рождаемые этим хитросплетением слов образы, будоражат и пленят. Больше бы сказал, уводят в сторону от сути. В прозе мысль выразить будет несколько сложнее, уложить ее в несколько строк. По сему, хочу сказать, что поэтикой авторы просто экономят время. А за метафорами прячут истинное положение вещей. Прочтя больше хочется подумать, ах, как красиво сказано, нежели над тем. Что с этим делать!
Молодой человек посмотрел на него, и задумчиво произнес:
- Не думал об этом так. Это слишком логичный и сухой взгляд.
- Тогда обоснуйте свой экспромт, и убедитесь в этом сами.

- Однажды придет мгновение, когда этот зеркальный бастион должен рухнуть. Окружающий нас мир, словно предвидя в нас такую природу, подарил нам чувства. И у каждого наступают такие моменты, когда мы видим мир другого человека, хотим его видеть. И он стает нам близким. И понимаем мир внешний, когда видим, что все здесь прекрасно и взаимосвязано, и необходимо. Даже хруст упавшего листа. И скрип засохшей ветки. Каким бы жутким нам он не казался. Но таковым, страшным ли приятным, делает наша собственная среда, в которой и привыкли жить и давать оценку. Наше зеркало, что же еще!

- Заставив его разбиться, мы увидим все иначе?

- Конечно. Мы увидим насколько полной и прекрасной картина мира может быть. Все краски и звуки мира составят полное для нас понимание. Мир огромен и никак не улежится в русле лишь нашего привычного пути. Это произойдет и не иначе.

*******


- Ха! Вот ты где?!
Закадычный друг Денис распахнул дверь кабинета. Его покрасневшие глаза зажглись радостью. Потом, вдруг расплывшееся было в улыбке лицо, скрутила гримаса боли. Будто что-то ударило его изнутри.
В руке, откуда ни возьмись, появилась большая таблетка.
- Друг …,- прохрипел он,- дай воды.
Дмитрий посмотрел на своего приятеля и, волей-неволей, рассмеялся.
- Ай, Денчик …, ты чего Светке-то звонил?

Гримаса друга стала еще более глубокой.
- Чего, сдал, блин, с потрохами? Прости, друг. Ты просто вчера был …, в общем, сам не свой,- снова захрипел он, и внимательней рассмотрел Дмитрия,- слушай, а ты вообще, огурец! Как это тебе удалось после вчерашнего?

Денис бросил в стакан таблетку, и друзья вдвоем некоторое время изучали, как та скакала под водой, поднимаемая пузырьками воздуха. Каждый пузырек, отрываясь от белой поверхности, словно от планеты, улетал зигзагом вверх. Улетал и отражал весь свой путь двух наблюдателей, кабинет с его стенами, квадратом окна и картинами, изображавшие причудливые компьютерные миры, затем потянувшуюся к ним руку создателя этого бурлящего действа. Этого внезапно созданного нового мира. Хозяин руки поморщился и проронил:

- Ой, здоровье уже не то ….

- Ты лучше какой-нибудь гимнастикой займись, йогой, что ли,- проговорил Димка и откинулся на спинку стула. И не в силах сдерживаться, опять засмеялся. Его почему-то всегда веселил вид страдающих похмельем.

Денис, сделав глоток, остановился, кашлянул, показывая, что поперхнулся. И посмотрел на друга:
- Йогой? Нет, брат …,- поморщился Дэн, поболтал содержимое стакана и принялся дальше пить небольшими, осторожными глотками. Каждый глоток уничтожал мир маленьких пузырьков, осушая, делая безжизненным этот сверкающий на холодном зимнем, подглядывающем в окно солнце,- такая гимнастика не для нас. Мы …, эти, как нас назвать …. Мы другие. Не такие, как …, в общем, те, кому йога помогает. А, вот! Сообразил! Мы - люди аппаратного мышления. И нам должны помогать такие вот аппараты-препараты.

Денис постучал пальцем по стакану, потряс головой и продолжил уже веселей:

- А заработали мозги! Ну, я же говорил. Действительно, помогает!

- Аппаратного мышления?
- Точно! Именно. Аппаратного,- потряс он указательным пальцем, будто подчеркивая сказанное.
- И как это понимать?
- Ну, смотри. Йога где была придумана?
- Ну …,- начал, было, Дмитрий.

- Не силься, тебе же, тоже тяжело думать, друг,- Денис в останавливающем жесте вытянул руку,- я скажу, ты отдыхай. Индия. Там тепло. Ну и, в общем, не сильно ребята над обустройством мира своего окружающего заботились. Они там до сих пор верхом на поездах ездят. Больше над всякими странностями раздумывали – растяжками связок, гибкостью суставов …, медитацией какой-то, черт ее дери, гимнастикой, так сказать. Оно-то и понятно заскакивать на поезд на ходу. Так только для этого какую форму нужно держать! Но это ерунда. Они философствовали. А мы? Вот, правильно, нам некогда было. К нам слишком часто зима приходила. Чаще, чем к ним! Нам приходилось обустраивать наш мир. Нам, чтоб выжить, думать надо было не о чем-то отстраненном, а очень прагматичном. Причем сразу. Даже, чтоб просто согреться. Посиди под дубом в медитации на морозе. Так и сам дуба врежешь! Машины, где придумали? Правильно. Самолеты. Компьютеры. Интернет. Вот видишь? Мы другие. И нам медицина другая помогает. Это у них там эти, как их …, хироманты, что ли, кто без инструментов операции делает. А у нас все аппараты.

- Да, сильно. Учитывая твое состояние,- Дмитрий опять засмеялся,- и операции без скальпеля делают хиллеры.
- Ну, это детали уже,- Дениса уже просто понесло,- я даже не удивлюсь, если это они, заметь, не мы ангелов придумали. Именно они, простые душевные люди придумали этих милых с пушистыми крыльями созданий. Помогающих безвозмездно людям.

Улыбка с лица Дмитрия медленно сползла. Все, что у него получилось в этот момент, просто повторить: