Внеземная любовь

Глава 14

     Когда я выбрался из скутера, ребята сразу поняли — что-то произошло, и засыпали меня вопросами. Я не стал скрывать и рассказал всё, как было. Алекс сначала отругал меня за включение тормозного двигателя:

       — Тебя же просто могло убить резкой перегрузкой! — кричал он.

       Но потом понял, что у меня не было другого выхода. Поступи я иначе, то не смог бы выполнить задание, да ещё попал бы в плен.

       — Ребята, давайте уходить отсюда, пока они не послали против нас космические корабли. Возможно, нам удалось уничтожить их космодром, но такой корабль, как тот, на котором мы прилетели, может подняться просто с ровной площадки. Энны не дураки, они поняли что, разбомбив завод по созданию военных космолётов, мы захотим уничтожить и космодром. Они ждали нас там. Как только радар обнаружил скутер, они подняли три летательных аппарата, чтобы поймать меня и вынудить сесть. Мне просто сильно повезло, что сумел выбраться. Лэй, срочно прокладывал курс на Гаину. Надеюсь, мы успеем унести ноги. Все быстро пристегнулись к креслам, ожидая перегрузку, а я сел в шестое кресло в бывшей кабинке энна и тоже пристегнулся.

        Мы покинули орбиту бинарной планеты, не особо жалея об этом, а Лина вдруг заплакала — она-то улетала, а столько друзей оставались в плену. Мы её успокаивали как могли, обещая, что вернёмся сюда ещё раз на больших кораблях и заберём всех детей-землян, а среди них и её друзей.

       — Как вы это сделаете? — спросила сквозь слёзы девушка. — Эти медузы погонят трионов воевать с вами. Вы что, будете их убивать? Они же не виноваты, они наши друзья.

       Я постарался объяснить, что для этого мы и летим на Гаину, чтобы попытаться раскрыть секрет защитного поля, позволяющего избавиться от подчинения эннов.

        Полёт до орбиты Гаины длился целую неделю Все изнывали от безделья, да ещё и запертые в тесных помещениях корабля. Больше всего угнетало отсутствие связи с Землёй. Всем хотелось рассказать о наших успехах, узнать, что происходит у них, как продвигается строительство новых космолётов, и просто пообщаться с родными и друзьями.

        Наконец, впереди, между незнакомыми звёздами, они увидели маленький зелёный шарик, который потихоньку приближался и увеличивался. Такой издалека виделась Гаина. Только через сутки мы долетели на достаточное расстояние к планете, чтобы оказаться на её орбите. Никакого биополя простым глазом видно не было, но приборы его воспринимали, Вэннь и Саймон занялись измерениями. Сначала выяснили состав воздуха, он оказался близким к земному, только кислорода в нём было больше — около тридцати процентов. Затем занялись изучением биополя, стараясь как можно точнее определить все его параметры. Все остальные просто рассматривали планету. На Гаине были и моря, и горы, но большую её часть занимали леса и луга. Только на небольших участках около гор отсутствовала растительность. Сколько мы не присматривались, не находили следов разумной жизни. Даже с помощью оптики не удавалось разглядеть хоть какие-то участки. Алекс предположил, что биополе планеты мешает работе приборов. Только раз нам показалось, что на одной из площадок около гор блеснуло что-то, очень похожее на отражение солнца от полированного металла или стекла. На следующем витке, сколько мы пытались увидеть это — не смогли. Но всё-таки решили посадить скутер именно там, в надежде найти собратьев по разуму.

         Теперь встал вопрос, кому спускаться на планету. Я собирался это сделать сам, хотя каждый хотел стать первым. Но потом всё-таки согласились — у меня наибольший опыт и умение при необходимости быстро принимать решения. Пришлось составить приказ, что в случае непредвиденных обстоятельств, командовать кораблём будет Лэй.

          На заднее сидение скутера сложили некоторый запас еды и воды, а также целый арсенал различного оружия, начиная с мачете и заканчивая небольшим гранатомётом. Микроволновые и электрические ружья решил не брать, считая, что они вряд ли пригодятся.

        Мы рассчитали время вылета, чтобы приземлиться в намеченном месте утром. Так у меня будет больше времени осмотреться. Я покинул космолёт точно в назначенный час, отдалился от корабля, включил тормозной двигатель и начал спуск на планету. Минут десять-пятнадцать всё шло нормально, потом тормозной двигатель начал «чихать», а затем и вовсе заглох. После этого стали один за другим отказывать все приборы. Пока рация ещё работала, успел передать на корабль: «Поле отключило все двигатели и навигационное оборудование, падаю на планету». Отправив сообщение, стал пытаться запустить хоть что-нибудь, но и ни ходовой, ни рулёжные двигатели не запускались. Аппарат антигравитации так же не работал. Тем временем скутер входил в плотные слои атмосферы, от сопротивления воздуха корпус его стал нагреваться. Ещё немного и металл начнёт плавиться, а я заживо зажарюсь внутри скутера. Эта мысль заставила меня ещё активнее пытаться что-нибудь предпринять, но ничего не получалось. Остался единственный вариант — катапультироваться. Я понимал, в этом случае я останусь на незнакомой, неизведанной планете без еды и оружия. Жар в кабине становился нестерпимым, уже не помогал защитный скафандр. Я взялся за рукоятку катапульты, благо, здесь сплошная механика и должно сработать. Но в последнее мгновение решил ещё один раз включить антигравитацию. Раздался какой-то треск. Мне показалось, что дно скутера обо что-то стукнулось. Но нет! Это сработал аппарат и падение начало замедляться. Как видно, я смог проскочить защитное поле. Вскоре я уже запустил тормозной двигатель и, когда скорость ещё уменьшилась, перешёл на режим полёта в атмосфере. Но тут меня вновь ждало очередное разочарование — не мог остановить спуск скутера. Сколько не тянул джойстик на себя, летательный аппарат продолжал опускался на поверхность планеты, хоть и медленно, но верно. Кроме того, до сих пор не работали навигационные приборы и я не имел представления, куда лететь, если бы даже мог. Той площадки, на которую собирался сесть, видно не было. Подо мной был сплошной лес. Ещё немного — и я начну цепляться за верхушки деревьев. Стал глазами быстро искать хоть небольшую полянку, но ничего подходящего не находил. Наконец увидел просвет между двумя деревьями и стал вертикально спускаться. Когда до поверхности оставалось меньше метра понял, что там лежит поваленное дерево, но падение остановить уже не сумел. Против меня дополнительно сработало то, что на Гаине сила тяжести больше и равна один и две десятых g. Удар получился настолько сильным, что скутер значительно погнулся, чуть ли не преломившись пополам. Я стукнулся головой о верхний колпак так сильно, что шлем смялся и стекло лопнуло. Хорошо, что не разлетелось, а только покрылось паутиной трещин, которые полностью заслонили мне обзор. Пришлось срочно снимать шлем, чтобы хоть что-то видеть. Но я заранее знал, что воздух на планете пригоден для дыхания. Откинул колпак и почувствовал свежесть, наполненную ароматом незнакомых трав и деревьев. Вот так я сидел и думал что, надо бы выбираться из кабины, только вот руки и ноги не действовали. По всему телу разлилась такая тяжесть, двигаться совсем не хотелось. Последняя мысль, которая мелькнула в моём мозгу, была: «А может этот запах ядовит?» — дальше ничего не помню.